полосами были тонкими, но только по сравнению с остальным телом. Он легко превосходил размерами всех троих путешественников и щелкал острыми клешнями под восемью глазками-бусинками. Во рту у Фи пересохло.
— Что это такое? — крикнула Шейн.
— Пещерный паук, — выдохнула Фи. — Никогда раньше их не видела.
Гигантские паукообразные в основном обитали в глубоких пещерах и расщепленных скалах в самых высоких горах, но иногда их находили в развалинах, которые стояли нетронутыми десятилетия или даже больше. А какое место оставалось запечатанным дольше, чем замок Андара?
— Возможно, это самый старый гигантский паук в мире, — предположила она вслух.
Шейн бросила на подругу дикий взгляд.
— Фи, ну ты нашла время!
Многочисленные глаза паука обшаривали поляну. Затем он внезапно бросился на путешественников, двигаясь быстрее, чем Фи могла себе представить. К счастью, его целью оказался Шиповник. Принц инстинктивно вскинул руки, и паук проскочил сквозь него, хлестнув ногами пустой воздух. Тело чудища качнулось, когда он развернулся, цепляясь за нити паутины.
Филоре схватилась за веревку на поясе, проклиная себя за то, что до сих пор ее не вытащила. И успела дернуть только металлическое кольцо, а паук уже отвернулся от Шиповника и кинулся на нее.
— Осторожно! — закричала Шейн, отталкивая напарницу с дороги.
Фи увидела, как мелькнули скользкие от яда жвала, когда северянка перехватила дергающиеся ноги паука топором и отшвырнула существо в сторону.
Все еще сражаясь с веревкой, Филоре в ужасе отступила на шаг.
Ее ботинок провалился в пустоту. Время, казалось, замедлилось. Она увидела широко раскрытые синие глаза Шиповника. А затем под грохот воды полетела с берега прямо к реке и поджидающим в ней шипам.
— Фи! Нет!
— Фи!
Она слышала, как Шейн и принц звали ее, но они были слишком далеко и не могли помочь. У Фи оставалась всего секунда. В тот момент, когда она ударится о воду и течение понесет ее на шипы, ей конец.
Филоре отклонилась назад, насколько могла, и вытянула руки, чтобы превратить падение в нырок. Она распутала металлическое кольцо на конце веревки. Половина шнура так и осталась на талии, но Фи на это и рассчитывала. Она глубоко вздохнула, прежде чем коснуться воды, а затем быстро нырнула глубоко под шипы. В центре реки было чистое пятно — только бы добраться до него.
Фи отчаянно брыкалась, течение увлекало за собой, тащило по дну. Руки скользнули по гладкой белой гальке вдоль русла. Камни были теплыми, как и вода. Затем что-то дернуло ее за талию так, что вылетел воздух из легких. Металлическое кольцо зацепилось за одну из колючих ветвей наверху, и веревка натянулась.
Фи бы обрадовалась, но у нее не осталось кислорода. Она оттолкнулась от дна реки, схватилась за шнур и подтянулась. Течение продолжало мотать Филоре, как ветку, и она чуть не разбилась о шипы, вынырнув на поверхность.
Она повозилась с ремнем и освободила еще немного веревки, чтобы проскочить опасное место.
Этого оказалось недостаточно. Крик вырвался из груди — один из шипов вонзился в руку, оставив рваную рану ниже плеча.
Фи задыхалась, извиваясь в воде. Она не осмелилась схватиться за какую-нибудь лозу и, взглянув дальше по реке, не увидела ничего, кроме новых шипов, готовых разорвать ее на части, стоит отпустить веревку. Не получится нырнуть так глубоко и задержать дыхание так надолго. Выхода не было — вокруг только колючки, натянутая веревка и блестящие на дне реки белые гладкие камешки.
Нет, не камешки. Чешуя. Чешуя, которую Фи уже видела раньше, на статуе белой змеи и на рептилии из воспоминаний Шиповника.
Вот так и пришел к ней ответ. Фи поняла, как провести их через Терновый лес. Все, что нужно, лежало прямо здесь, в месте последнего упокоения Змеи, которая действительно отдала жизнь, чтобы проложить этот путь.
Только как поведать об открытии Шейн — если та вообще еще жива? Фи ничего не видела на берегу, а грохот воды перекрывал все звуки боя. Наемница не могла далеко уйти. Если Фи выберется из воды, то сможет увидеть Шейн, помочь, объяснить, как им сбежать…
Поток снова утащил ее вниз.
Фи вынырнула, жадно глотнула воздух и оставила все попытки самостоятельно вылезти на берег. Тягаться с рекой ей не под силу. Придется надеяться на Шейн и продолжать барахтаться.
Глава 27. Шейн
На глазах Шейн Фи оступилась и упала с обрыва прямиком в русло. Северянка едва успела взмолиться, чтобы подругу не перемололо шипами, а затем поверженный паук вновь поднялся на ноги, и пришлось заниматься своими проблемами.
Чудище настигло Шейн за секунду. Огромная туша передвигалась невероятно быстро. Наемница попыталась рубануть по брюху, но тварь отскочила назад к колючему стволу, цепляясь за него и размахивая своими волосатыми ногами, словно кирками.
Глаза-бусинки пробежали по Шейн. Потом тело паука дернулось и выплюнуло веревку из странной бледной жижи.
Паутина — как та, что на деревьях.
Шейн бросилась в сторону, но не успела. Липкая веревка зацепилась за сапог и опрокинула наемницу. Паук тряс ее, как тряпичную куклу, покачивая туловищем взад-вперед, а затем, тошнотворно изогнувшись, начал втягивать паутину обратно, увлекая за собой добычу.
Мелькнула синяя вспышка. Шиповник появился рядом и схватил наемницу за плащ. Его рука прошла насквозь, лишний раз подтверждая бесполезность принца.
Шейн издала не боевой клич, а поток ругательств. Ее тащили через поляну к щелкающим жвалам и вращающимся черным глазам. Топор проделывал в грязи борозду, и наконец северянка ощутила на шее колючие коричневые волоски паучьей лапы. Шейн впечатала каблук между клыками твари.
Голова существа отклонилась назад. Наемница вырвалась из его хватки, вонзив топор в обнажившееся брюхо, а затем отпрыгнула, когда в грязь хлынула чернильная кровь. Паук рухнул на спину, поджав ноги. Шейн содрала с себя остатки липкой веревки, проклиная этого паука и всех остальных, которые когда-либо бродили по земле. Она не знала, как ее напарница могла выносить этих уродливых восьминогих тварей.
Фи. У наемницы снова подскочил адреналин.
Она повернулась и помчалась к руслу, топор подпрыгивал у нее на плече.
— Фи! — крикнула Шейн. Она практически съехала на берег и попятилась назад, когда рыхлая земля посыпалась из-под ног. Сердце билось в горле, не давая вздохнуть. Шейн обшаривала взглядом реку, выискивая в бурлящей воде хоть что-то, а затем заметила чуть ниже по течению фигуру, цепляющуюся за веревку между двумя колючими зарослями.
Живая. Шейн испытала такое облегчение, что громко рассмеялась.
— Фи! Держись!
Она сомневалась, услышала ли ее напарница сквозь грохот.
