Морфы представляют непрерывное изменение, воплощенное действие, без которого нет развития. Тело. Эльфы — утонченные игроки, знатоки и поклонники страстей. Душа. Дриады являются женской частью Отца, а альвы олицетворяют мужскую его половину. Драконы — мечту, что окрыляет. Жизнь. Морры — глубину познания и исследования. Смерть.
Мать садовниц[73] согласится без уговоров. Она не допустит, чтобы часть всего живого под Звездой корчилась в муках, погибая. Дочь Владыки Вод уже приняла решение. Она еще молода, чтобы стать равнодушной, как ее отец, и боится этого. Готова бежать куда угодно в надежде, что сможет обогнать участь любого из своей расы.
Оло… Он крепко сидит на крючке, но, чтобы потянуть за него, надо подобраться близко и пояснить рыбке, что она давно не в море, а в аквариуме. Эльфы… Правительница слишком важна, чтобы рисковать ей. Вся политика умещается в один взгляд лукавых ореховых глаз соблазнительницы. Ее супруг будет жертвой от остроухих. Сэллариона с радостью воспользуется возможностью тихо избавиться от глупой обузы. Гайде прочно застрял в незримой ловушке. Осталось только захлопнуть капкан. От альвов выступит сам Сойварраш. Такова его Нить, и он готов принять ее неизменной. Смиренно.
Разрушающая и Воплощающий… Слабое место в отличной схеме. Кривой набросок, режущий глаз своим несовершенством. Спасет импровизация. Отличный метод, когда все остальное дает сбой. Его применяют осторожно. Дозировано. «Он попробует…»
Готово. Непонятные значки на песке расползлись и сложились в мозаичную картинку. Дело за малым — действовать!
Сомнение… Кусочек выпадает из общей схемы и лежит обособленно. Сойварраш перечитал записи, именно там закралась ошибка… Проклятье! Не хватает Ключа! Магия сотворенных обернется бестелесным дымом, если не будет существа, направляющего ее на цель. У Первых есть все шансы выжить, навсегда лишиться магических сил, но сохранить жизнь, а вот Ключ сгорит в зареве полыхающей силы. Так кто же займет пустое место?
Гайде единственный. Сила Оло перейдет к сыновьям только после смерти крылатого. С дриадами такая же история. Оставить эльфов без Правительницы — обречь расу на смутные времена. Пожертвовать братом? Отпадает. Альвам нужна сильная рука, иначе они опять устроят резню. Амниса не заставить. Не на его территории…
Кого еще коснулось дыхание Создателя, кто еще носит в себе частицу его благословения? Без Ключа затея теряет всякий смысл. Какой выбор будет правильный? Какая потеря менее ощутима для мира? Кого он сам себе[74] желает получить в напарники по созерцанию вечности? «Думай… Вспоминай… Давай! Давай!»
Кто же…
Кто?
КТО?!
Тепло. Еще теплее. Близко. Рядом…
Смех, вспугнув стройных хор веселых скрипачей[75], разорвал тишину ночи. Да, уже стемнело, а он и не заметил!
— Сойварраш, ты в порядке? — из тени выступила Нейлин. Дочь Владыки Вод давно наблюдала за погруженным в созерцание альвом.
— Что? А, это ты, — Знающий обернулся, обдал гневным взглядом морру. — Тебе что надо?!
— Я… — девушка невольно отступила. Куда подевалась выдержка и невозмутимость Сойварраша? — Я… Пришла сказать, что могу попробовать уговорить отца стать Ключом, — выпалила она.
— Зачем? Чего ты хочешь этим добиться? Занять его место? Глупая, да в тебе нет сотой доли тех знаний и опыта, что у него. Бессмысленно! — мужчина выкрикнул последнее слово, ударив кулаком по песку.
— Мне не нужно это. Мне не нужна власть, — оправдывалась Нейлин. — Я хочу, чтобы мы выжили, чтобы ты выжил. Ведь, чем сильнее Ключ, тем больше шансов у нас!
— Я? Выжил? Зачем? — удивился альв.
— Чтобы… — морра облизнула пересохшие губы, — мы были вместе! — прижатые к груди руки. Низко опущенная голова.
— Создатель! Какую чушь ты несешь! — Сойварраш повернулся, смерил девушку презрительным взглядом. Она понимала, но решилась попробовать… А вдруг?
— Чем я хуже нее? Почему презренная человечка, а не я? — первая слезинка соскользнула с ресниц. Проложила блестящую дорожку по матово-синей щеке.
— Нейлин! Не смей так говорить про мое Творение! Кто ты такая? Мне не важно, в каком виде ты будешь лежать в саркофаге: в сознании или без него. Предупреждаю — не вынуждай… — альв перешел на хриплый шепот с придыханием. Морра отступила дальше. К воде, куда звали ее инстинкты расы.
— Сойварраш, — девушка все-таки осмелилась, — но как же…
— Ключ? Не беспокойся об этом. Я нашел его, — ответил альв, поглаживая полузасыпанные песком волосы Риины.
— И кто же? Кем ты пожертвуешь? — задохнулась от волнения морра. «Возможно, мной?»
— Уходи… Немедленно… — проигнорировал вопрос девушки Знающий. Его тон не предвещал ничего хорошего. Морра послушалась, бросила последний отчаянный взгляд, но уперлась в сгорбленную спину. «Не расскажет…»
Сойварраш почувствовал желанное одиночество. Он лег на берег, обнял Риину и стал напевать колыбельную-заклинание, которую узнал от Амниса.
Его Творение. Самый важный для него человек. Драгоценность, более не принадлежащая ему. Синеглазая роскошь, на которую предъявил свои права Мир.
Заветный Ключик с сапфиром. Обреченный вспыхнуть в свете Звезды, как ни одно существо до этого, но только один раз… Последний раз…
Глава 22
Соперники
Земли морров. Следующий восход.
Он проснулся от ощущения потери. Его руки сжимали пустоту. Сойварраш подскочил на месте, встал и осмотрелся. По берегу моря, со стороны восхода к нему шагала маленькая фигурка. Одинокая на пустынном берегу пляжа в это утро. Звезда позолотила небо и воду, запуталась в длинных прядях волос и надежно укрыла в тени лицо девушки.
«Риина…» — сорвалось с губ и полетело, подбрасываемое ветром. Альв отправился ей навстречу, периодически срываясь на бег, но тут же ловил себя на этом, останавливался, чтобы через пару вдохов вновь забыть.
— Знаешь, — заговорила девушка, не поднимая глаз, когда они замерли напротив друг друга. Не касаясь. — Все воспевают в песнях и книгах красоту заката. Величие символа смерти, и лишь немногие встают пораньше, чтобы полюбоваться на рождение новой жизни… Я раньше не замечала этого, — девушка обернулась лицом к востоку, завороженная возвышенностью огненного момента.
— Тео! — альв погладил перепутанные, в песчинках, волосы, бережно привлек дрожащую девушку к себе, согревая своим теплом.
Толики витиеватого красноречивого словесного выражения хватило, чтобы понять — она изменилась. Стала открытой. Услышала мелодию мира и делает первые па в ритме бесконечного танца жизни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
