Глава 15
Самый длинный день
В те времена, когда хадж совершали только несколько тысяч паломников, собрание верующих поднималось для молитвы на гору Арафат. Сегодня каждый делает то что хочет. Какой имам и какой громкоговоритель заставят прислушаться к себе одновременно два миллиона паломников?
9-е Зу-ль-хиджа
В шесть утра становится ясно, что день будет очень жарким. Над головой с оглушительным грохотом пролетают вертолеты. В цистернах кончилась вода, так что омовение перед молитвой совершить не удастся. Опасность навредить хаджу сейчас велика, как никогда. Обезумевшие паломники мечутся в поисках бутылок с минералкой, штурмуют грузовики, с которых бесплатно раздают воду, бегают по лагерю в поисках укромного уголка, где можно было бы очистить себя. Стадо баранов беспристрастно взирает на шумиху и суету.
Среди людей распределяют огромные глыбы льда, только что привезенные на грузовиках. Их разламывают об асфальт, чтобы приложить маленькие кусочки к телу или сунугь их в рот. Небо огненной лавой стекает на лагерь, земля обжигает. Хребты гор, обступивших равнину, кажутся отсюда прохладными и манящими. У Благодатной горы колышется море людей в белых одеждах, проведших здесь всю ночь.
В Мекке же в это время обход Каабы совершают главы государств, послы и гости короля Саудовской Аравии. Они движутся цепочкой между стеной своих телохранителей. Король Иордании Абдаллах[81] был убит в 1951 году на священной площади между двух мечетей в Иерусалиме. Затем пришло время сменить кисву, и на Каабу, уже вымытую месяцем ранее в присутствии эмира Маджида ибн Абдель-Азиза, с большой помпой набросили новый покров. С помощью выдвижных лестниц одни рабочие осторожно сняли старую кисву, в то время как другие надевали новую. Торжественный момент. Когда, наконец, ткань ложится на землю, собравшаяся толпа хлопает в ладоши. Затем почетные гости спешат в долину Арафат.
Полдень. Зной становится невыносимым. Солнце — пятно, источающее жар. Небо — раскаленный свинец. Умма окутана пеленой оцепенения, ее голос затихает, ее движения замирают. Белизна палаток столь же ослепительна, что и небесная синева. Кажется, что все устремлено в вечность… Обычное начало вукуф — стояния на горе Арафат, которое будет длиться до захода солнца. Раньше «указывающие» взмахивали платками, подавая сигнал, и верующие приближались к холму, выполняли необходимые ритуалы, молились и слушали проповедь с Арафата, как некогда ее произносил с этой горы пророк.
В наши дни проповедь не является обязательной, как и стояние, что снимает обвинение с ислама о его якобы неспособности к изменениям и реформам. Египетские улемы авторитетного во всем исламском мире медресе аль-Азхара в I960 году вынесли фетву, разрешившую паломникам оставаться в своих палатках во время вукуфа и участвовать в нем в своем сердце. Но самые рьяные мусульмане все равно карабкаются на гору, чтобы вернуться только в сумерках. Это их рвение не особо приветствуется, простым хаджи оно кажется показным.
Пророк, которому исполнилось к 632 году уже шестьдесят лет, медленно поднялся по тропинке к вершине Благодатной. С нее он обратился к своему народу, говоря прямо и кратко. Его речь была торжественной. Он говорил о предписаниях, связанных с летосчислением, о возврате к лунному календарю, о взаимных обязанностях супругов. Так, женщина, совершившая супружескую измену, должна быть наказана, но без жестокости, и если она пообещает, что это не повторится, то следует перевернуть страницу и забыть о случившемся. Мухаммед призывал своих последователей опасаться козней дьявола, призывал хорошо относиться к рабам, жить в братстве со всеми мусульманами и настаивал на равенстве людей перед Богом. «Араб может превосходить другого араба только набожностью». Толпа преданных, окружившая пророка, была взволнована, люди тянули к нему руки, на глаза их наворачивались слезы. Прощальная проповедь (хаутбат аль-вада) завершилась такими словами: «Сегодня я завершил для вас вашу религию… и закончил для вас мою милость, и удовлетворился для вас исламом как религией» (Коран, 5:5). «Хорошо ли я передал послание?» — спросил посланник. «Именем Господа — да!» — ответила толпа. «Именем Господа, я возвращаю свидетельство!»
Из-за невозможности совершить остановку у подножия Благословенной горы, паломники еще более тщательно, чем обычно, блюдут чистоту ихрама. И это настоящая пытка, так как состояние ритуальной чистоты так важно для мусульманина, что только болезнь может заставить его отказаться от ее сохранения. Нельзя почесываться, нельзя стричь ногти, нельзя ничего делать с волосами на теле и даже с насекомыми, которые могут там завестись! Правоверные спорят о том, можно ли мыть голову алтеем или лотосом (интересно, откуда они возьмутся в пустыне). Кое-кто утверждает, что больным разрешается бриться, но очень осторожно, чтобы не раздавить ненароком вшей, если те живут в волосах. Другие улемы считают, что этих отвратительных насекомых вполне можно убить. Третьи возмущаются, услышав о такой жестокости. Сходятся на том, что паломник может аккуратно пересадить вшей на другой участок тела, «если там у них будут те же условия питания» — то есть на лобок или подмышки. Точно также можно сменить одежду хаджи, не причиняя вреда укрывшимся в складках ткани паразитам. Если паломник причесывается, и на гребне остаются волосы, то искупить этот невольный проступок можно символической милостыней. Можно ли массировать ноги или спину? Выдирать зубы? Что, если пошла кровь? И так далее. Удовлетворительного ответа нет.
Однако предусмотрены варианты «искупления» провинности, такие, как трехдневный пост перед мытьем головы или штраф за убийство саранчи (несмотря на то, что здесь это насекомое традиционно употребляется в пишу).
Навязчивая идея о соблюдении ритуальной чистоты достигает сейчас апогея. Воду найти крайне сложно, что увеличивает риск запятнать ихрам. Особенно следует остерегаться тех коварных капель, которые могут попасть на одежду при мочеиспускании. На этот случай знатоки веры изобрели способ истибра (иммунитет, освобождение). Так, чтобы полностью опустошить мочевой пузырь, нужно «топнуть по земле, с силой кашлянуть, зацепить правой стопой левую, присесть и встать…». Но остается другая опасность. «Омовение оскверняется всем, что исходит из двух проходов: мочой, спермой, газами и пр.». В фикхе — науке исламского права — составили список уточнений, который может показаться длинным и избыточным некоторым несознательным членам уммы. Различают — мани, собственно сперму, мази, секрет предстательной железы, и вадзи, густую мочу, которая иногда выделяется после полового акта, смесь всех этих жидкостей. Эти же самые термины используются и в отношении организма женщины, но здесь они обозначают вагинальные выделения, лохии и слизь.
