объективной реальности.
— Что станет с этим именем, когда ты уедешь из Литлвиладжа? — спросила я и отступила к плите. Вроде бы за тем, чтобы овсянки наложить, но на самом деле, чтобы спрятать лицо. Боюсь, по нему сейчас можно было бы прочитать больше, чем я сама о себе понимала.
— Уезжай со мной, — как ни в чём не бывало, предложил он.
И мне вдруг стало жарко и одновременно страшно.
— К-куда уезжай? — пролепетала я. — К-когда уезжай?
— В Сити, — всё с тем же невозмутимым спокойствием ответил Марк. — Как только я закончу здесь свои дела.
— И что мы там будем делать?
— Жить. — Он протянул руку и накрыл своею ладонью мою. — Мы просто будем жить, Ви. Я стану за тобой ухаживать, познакомлю с друзьями, познакомлюсь с твоими, найдём тебе новую интересную работу. В Сити очень много возможностей, гораздо больше, чем в Литлвиладже. А с твоими талантами… Ви! Да ты бы могла сделать отличную карьеру в тайной службе!
Дзынь! Это мозг вернулся ко мне в голову и оповестил о своём возвращении, позвонив в колокольчик реальности. Какое «вместе»? Какие друзья? Какая тайная служба? То есть, друзья ещё ладно, но служба… Представляю, как вытянется лицо у бабушки, когда ей в руки попадут мои бумаги. А уж про папеньку я вообще молчу.
К тому же…
— Марк, — я осторожно освободила свою ладонь и с лёгким чувством вины (но только с лёгким!) посмотрела парню в глаза. — Вчера я разговаривала с бургомистром, и он сделал мне предложение, от которого невозможно было отказаться.
— Это какое же?
— Господин Отис оценил мои алхимические способности и отдал мне твой контракт.
Марк задумчиво кивнул.
— Так что я не могу уехать с тобой в Сити. Это неправильно, да и некрасиво.
— Кто мы с тобой для этого города, Ви? — После непродолжительной, но выразительной паузы спросил Такер. — Два чужака, взбаламутившие их тихий омут? Да у них через неделю очередной повозкой сшибёт свинью. Или Мардж Отис выведет ещё одного цветочного уродца. И они о нас даже не вспомнят.
— Рафочка не уродец! — возмутилась я.
— То есть ты от её неземной красоты тогда в обморок упала?
Я поджала губы.
— Это не повод её оскорблять. Она же может обидеться. Зачем ты так?
Однако, вместо того, чтобы устыдиться, Такер рассмеялся.
— Ты самая невероятная девушка из всех, кого я только знал, — признался он. — Ну, не сверкай глазами. Я услышал тебя и понял.
Наверное, я должна была радоваться тому, что Марк так спокойно принял подписанный за его спиной договор, но мне отчего-то было обидно. Мог бы и подольше поуговаривать…
— Тащи сюда овсянку, — откидываясь на спинку стула, велел сосед, — и я расскажу, как прошёл мой вчерашний день, и что нас ждёт в самом ближайшем будущем.
— И что нас ждёт?
Овсянка была невыносимо прекрасна, и я, отправив в рот первую ложку, зажмурилась от удовольствия.
Марк, скрипнув стулом, встал из-за стола, буркнув неразборчиво:
— Надеюсь, вы вчера с бургомистром только мой херес вылакали? Мясо и сыр я по-прежнему смогу отыскать в холодильном шкафу? Кто, вообще, придумал эту овсянку? Слизкая, мерзкая, и на вкус, как сопли огра.
— Тебя в детстве кормили соплями огра? Бедняжечка…
— Почему ты думаешь, что в детстве?
— Да потому, что тебя взрослого вряд ли кто-то может заставить сделать что-то против твоей воли.
И тут он снова рассмеялся тем самым своим смехом, от которого у меня внутри что-то плавилось, медово и неправильно. Вдвойне неправильно из-за того, что мы уже всё обсудили и решили. Марка ждёт Сити, я остаюсь в Литлвиладже.
— Меня радует, что ты это понимаешь. — Голову по плечи засунул в холодильный шкаф. — Вот так и знал, что съели моё мясо.
— Да не трогал его никто. Оно там.
— Нет его тут.
— Ну, как же нет, когда есть! На второй полке сверху.
— Значит, Джей Ми слопал.
Отодвинув тарелку, я встала из-за стола и, подойдя к холодильному шкафу, ткнула Марка носом в потерянную им тарелку с вяленым мясом.
— Это ты искал?
— Это, — ответил он, и вдруг обхватил меня руками за талию, приподнял над полом и нет, не поцеловал, а легонько цапнул зубами за верхнюю губу, а когда я ахнула… Тогда уже поцеловал нормально, по-настоящему, до головокружения и ватных коленок.
Как там дедушка Тан говорил? Доведёт тебя твой некромант до греха? Ох, доведёт…
— Пусти. — Я вывернулась из соблазнительных объятий и вернулась к столу. — А то мы с тобой немного увлеклись и забыли, что помолвка у нас липовая.
— Увлеклись, — хрипловатым голосом согласился Марк. — И забыли. Я с тобой обо всём забываю. А у меня, между прочим, интересные новости.
— Какие?
— Ну, ВО-ПЕРВЫХ, артефакт у отловленных на кладбище злодеев был липовый. Какой-то умелец в нём чешуйку призрачного дракона на чешую озёрного карпа заменил. — Он щёлкнул языком и весело мне подмигнул.
— А ВО-ВТОРЫХ, я ведь не мальчишка зелёный, чтобы просто так свои лавры другим отдавать. Я наших могильщиков ночью хорошенько допросил, а потом утром, по дороге в Бигтаун — ещё раз. По дороге, если честно, они даже больше рассказали. Уж больно к тому атмосферка — Марк фыркнул, — располагала.
Он поставил на стол тарелку с холодным мясом, добавил туда сыр и зелень, выставил плетёнку с помидорами и огурцами, кувшин с молоком, четыре сваренных вкрутую яйца и четвертинку хлеба. Оглядел всю эту прорву продуктов придирчивым взглядом и удовлетворённо крякнул:
— Для начала хватит.
Ну а потом устроился напротив меня и, игнорируя мой шокированный взгляд, в котором любой бы сумел прочитать вопрос «Как, ты это всё собираешься сожрать?», вернулся к прерванному разговору.
— Ты видела повозку, на которой магживотных в зверинец перевозят? Там прутья в мою руку толщиной, следы от когтей, подпалины. А запах… — Марк передёрнул плечами и покачал головой. — В общем, тебе не понравилось бы. Они, кстати, тоже в восторг не пришли. Поначалу держались, а
