— Ага, вы решили провести ритуал, — кивнул Странник. — Это правильно, так исцелятся все. Вы предпочтете омоложение в ритуале вместе со всеми или позже, отдельно?
— Отдельно, — переглянулись женщины, прекрасно понимая, что работая со всеми мужчина не сможет уделить достаточно внимания конкретно им, да и пронаблюдать за ритуалом хотелось, все же их род специализировался именно на ритуалистике.
Увиденное в ритуальном зале заставило госпожу рода изумленно застыть на месте. Сложнейшая схема, ни один местный ритуал не требовал ничего столь же сложного, нарисовала себя сама, причем почти мгновенно. Откуда-то появились черные свечи и странного вида светильники, загоревшиеся на узловых точках. Гость по воздуху, усилием воли перенес стонущих раненых в определенные места на схеме, после чего приступил. Прозвучали первые катрены на неизвестном языке, линии схемы загорелись потусторонним опаловым огнем, от вида которого у опытных ритуалисток мороз по коже прошел. Это говорило, что идет обращение к силам, к которым лучше не обращаться, Тилана бы на это не решилась.
Когда ощущение чуждого присутствия в зале стало ощущаться буквально физически, началось нечто жуткое. Мало того, что Странник обработал каждую раненую языком, так он сделал еще кое-что, от чего женщин едва не стошнило, вспоминать потом об этом не хотелось. Причем все происходило настолько быстро, что они едва успевали заметить, словно внутри ритуальной схемы время шло в несколько раз быстрее обычного. Но вскоре разглядеть, что происходит внутри стало невозможно, все затянул опаловый же туман, откуда раздавались чьи-то вздохи, причмокивающие звуки и стоны, словно кого-то ели заживо. Последними раздались крики, полные безумной радости, и все закончилось, туман рассеялся, а линии схемы погасли.
Тилана подошла к самой границе схемы, не рискнув переступать ее. Ее глазам предстало нечто удивительное — в ритуальный зал снесли всех раненых и больных в поместье, включая и калек, потерявших ноги и руки раньше. Разве что старух оставили, чтобы не вызвать негативной реакции Странника. И теперь госпожа рода видела перед собой толпу молодых, не старше двадцати лет девушек. И каждая буквально светилась здоровьем! Даже Фатиха, потерявшая обе ноги четыре года назад, сейчас стояла самостоятельно и, судя по ее виду, никак не могла поверить в чудо. Это они еще не знают, что помолодели! Что тогда за слухи пойдут, страшно представить.
— Ну как, мама, убедилась? — весело поинтересовалась Лаира.
— Убедилась, — проворчала потрясенная до глубины души Тилана. — Это действительно нечто невероятное. Но что будет, когда об этом узнают?
— Ты думаешь, он здесь задержится? — усмехнулась девушка. — Вряд ли, у него хватает дел в других мирах. И… ты не обижайся, но я пойду с ним…
— И тебя не смущает, что он на твоих глазах других женщин пользует? — заинтересованно приподняла бровь ее мать.
— Абсолютно! — заверила Лаира. — Никогда не понимала глупостей в стиле «только мой», да и не интересовали меня мальчики в питомнике. Получала свое и уходила, часто вместе с подругами. А Артем — мужчина, в отличие от наших. И раз его хватает на стольких женщин, то это его право. Мое же — быть рядом. Мало того, если ему понадобится какая-то конкретная женщина, то я ее к нему за волосы притащу и буду держать, чтобы не трепыхалась в процессе.
— Я тебя понимаю, — медленно наклонила голову Тилана. — Многие из нас мечтают о сильном мужчине, особенно после наших томных мальчиков, чтоб им провалиться. Точнее, чтобы твари, которая их такими сделала, провалиться! Мальчики-то не виноваты, они другими стать не в состоянии…
— Так и провалилась, — заметила девушка. — Артем ее в Бездну спровадил, ты же слышала. Не поверила, да?
— Не поверила, — честно признала женщина. — Для меня это слишком.
— Ладно, потом еще успеем поговорить. Отправляй выздоровевших, пусть он вами займется. Представляешь, совсем скоро ты будешь мне, как сестра! Такая же молодая.
— Вижу это своими глазами, но никак не могу поверить…
Ошалевших от абсолютного здоровья и новой молодости девушек рода отправили по домам и казармам. Судя по их предвкушающему виду, сегодня поместье ждала большая пьянка. Да и мальчикам из питомника придется хорошенько потрудиться, чтобы удовлетворить жадных до любви. Многие, очень многие уходя бросали на Артема похотливые взгляды, таких мужчин им видеть никогда не доводилось, да еще и способных на то, что он сделал во время ритуала — каждая, как потом девушки с восторгом рассказывали подругам, обкончалась, как последняя шлюха. А уж подаренные во время ритуала здоровье и вторая молодость и вовсе были чудом.
Как только последняя выздоровевшая покинула ритуальный зал, Странник решительно направился к ожидающим его женщинам, присел перед госпожой клана на пол, стащил с нее кожаные штаны, усадил на свое лицо и буквально впился губами в сокровенное. Не прошла и нескольких минут, как Тилана принялась трястись в судорогах оргазма и тоненько кричать. Ничего подобного она в жизни не испытывала, понятен теперь восторг дочери. Что было дальше, она не помнила, полностью отдавшись наслаждению. А когда все закончилось, подошла к зеркалу и убедилась, что действительно выглядит не старше Лаиры. Да и чувствовала себя соответственно.
Она с интересом наблюдала, как Артем занимался Рианой, а затем Шаорой, это было интересно. Мальчики из питомника, соглашающиеся поработать язычком, ни на что подобное не способны. Старые подруги, с которыми пуд соли вместе съели, тоже помолодели, а у Шаоры и вовсе отросли рука и глаз, сейчас она выглядела, как тогда, когда они только познакомились и подрались в родовой школе, — юной и наивной, разве что в глазах наивности не было ни на грош, оружейница, невзирая на вторую молодость, осталась прожженной циничной стервой.
— А теперь мне нужно то, что мужчина обычно хочет от женщины, — заявил Артем, закончив с исцелением.
Лаира тут повернулась к нему задом и наклонилась. Он не стал церемониться, войдя в нее резко и без подготовки, впрочем она давно была готова и изнывала от желания. Остальные трое, немного подумав, тоже предложили мужчине себя, на что он только кивнул и сказал, что его на всех хватит. И хватило, да так, что все четыре едва дышали, когда он насытился.
— Отлично! — потер руками Артем, оторвавшись от пошатывающейся Шаоры. — А теперь я вызову эту вашу богиню и сообщу ей о подозрениях в ее адрес. Посмотрим, что она скажет.
Немного помолчав, он загвоорил пронизывающим, вызывающим ужас и дрожь дребезжащим голосом, от которого женщины присели, закрыв ладонями уши и едва не обделавшись на месте:
— Архаяна! Иди сюда! Я пришел за тобой! Если не придешь добровольно, будет хуже, приговор будет более суров!
Некоторое время ничего не происходило, а затем воздух напротив Артема засветился, и оттуда вышла белокурая, совсем юная девочка с широко распахнутыми большими голубыми глазами, она казалась героиней земного аниме, была невинна и трогательна. Впрочем, Веселая Малышка выглядела не менее невинно, и Артем сразу насторожился, даже скорее ощетинился.
— Кто ты и что тебе нужно? — прошелестела гостя, видно было, что она находится в крайней степени отчаяния.
— Восьмой Авари. Я пришел судить тебя, ты и твои жрицы превысили меру терпения. И если ты виновна, тебя ждет Бездна.
— Ой, мамочки! — обхватила себя ладонями за щеки богиня. — Да за что⁈ Что я такого сделала⁈
Вот тут уже не выдержала Тилана, она принялась описывать творимое жрицами Архаяны, гибель множества родов, поддержку принцессы-садистки, убийства и многое, многое другое. Белокурая девушка слушала в явной растерянности, она, судя по виду, ничего не понимала.
— Но это не мои жрицы… — чуть не плача с трудом выдавила она. — Они только зовутся моими, но служат кому-то другому, прикрываясь моим именем… От них мне не перепадает ни капли ба-хионь… Куда она уходит я не знаю… Я попробовала разобраться, так меня кто-то невидимый ударил так, что я долго в себя прийти не могла, теперь сижу тихо, ни во что не вмешиваюсь…
