— А в последние дни было два довольно странных происшествия, советник, — начала принцесса. — Вчера я услышала голос, который звал меня. Или вообще хоть кого-нибудь. Мне не померещилось, я даже разобрала слова. Том сказал, что тоже слышал его, и сегодня ночью, и — в первый раз — за две недели до того, как я приехала. Мы говорили об этом. Не думаю, что оба могли ошибиться.
Мистая очень осторожно подбирала слова. Ей совершенно не хотелось вдаваться в детали. Если советник сочтет, что его воспитаннице угрожает серьезная опасность, то немедленно заберет ее отсюда, а принцесса не была настроена на скорый отъезд. Во-первых, их общение с Томом становилось все интереснее. Во-вторых, Мистая не считала, что она оказалась в опасности.
Волшебник кивнул, словно ему все стало ясно:
— Да, вполне вероятно, что вы и впрямь что-то слышали.
— Так вот, — продолжила девушка, желая представить своему учителю всю картину, а уже потом выслушать его мнение. — А второе… Когда я лежала на полу — решила отдохнуть немного, — тут же поправилась Мистая, — я прижалась щекой к деревянным доскам и внезапно ощутила странную пульсацию и тепло, которое сразу же напомнило мне о Чистейшем Серебре. Но я не понимаю, как это могло случиться.
Ей пришлось довольно долго ждать ответа, поскольку советник не спешил излагать свои соображения. Вместо этого волшебник сжал губы, изогнул сначала одну, а потом другую бровь, сузил глаза и наконец глубоко вздохнул:
— Да…
— Что «да»?
— Если бы ты вместо того, чтобы сбегать той ночью в полной уверенности, что ничего страшного не случится, потратила немного времени на попытку узнать о Либирисе, то смогла бы избежать большого количества проблем, в которых, позволю себе заметить, ты теперь увязла. — Он предостерегающе поднял палец, не давая Мистае возразить. — Я считаю, что прежде, чем получить ответы на свои вопросы, ты должна узнать, какую боль причинила людям, которые очень любят тебя. Все испугались, Мистая. Не могу, к сожалению, поверить в то, что ты не знала, как мы все переживем, гадая, не попала ли ты в беду. Никто и думать ни о чем не мог с тех пор, как ты исчезла. Если бы дедушка не приехал сообщить королю и королеве о твоем визите к нему, мы бы даже этого не смогли выяснить.
— Я знаю, — отозвалась Мистая. Она оставила своих родителей и друзей в полном неведении, сбежав из дома. Но какой у нее был выбор? И все же извиниться не помешает… — Мне очень жаль, — добавила девушка, хотя на деле чрезмерного раскаяния не испытывала.
Советник важно кивнул:
— Что ж, в таком случае мы оставим эту тему. А теперь позволь рассказать тебе некоторые подробности о Либирисе, которых ты еще не знаешь. Эти вещи, я возьму на себя смелость заметить, можно было бы сообщить гораздо раньше, если бы ты согласилась приехать со мной сюда добровольно. Но теперь уже слишком поздно сожалеть об этом, содеянного не исправишь.
Колдун помолчал немного, а затем снова заговорил:
— Полагаю, прежде всего следует заметить, что ты не ошиблась, поверив, будто Либирис похож на Чистейшее Серебро. Это и в самом деле так, и на то есть свои причины. У этих зданий есть общие черты, о которых ты ничего не знаешь. Чистейшее Серебро был возведен с помощью определенных материалов и магического воздействия, взятых в равных пропорциях, в незапамятные времена. Его создали как разумное существо, которое могло бы дарить королям и королевам Заземелья свою заботу и защищать их. Все это ты знаешь из своего обучения. Некоторые из этих качеств присущи и Либирису, хоть и в меньшей степени. Когда старый король распорядился построить библиотеку, задолго до того, как твой отец стал правителем Заземелья, некоторые материалы были взяты из Чистейшего Серебра. Он приказал сделать это, надеясь, что Либирис, как и Чистейшее Серебро, обретет собственную жизнь и сознание, станет цельным, единым организмом, который будет точно так же заботиться о книгах, как королевский дом заботится о своих хозяевах.
Старик одарил Мистаю многозначительным взглядом:
— Зачем ему это было нужно? Потому что короли Заземелья с течением времени поняли, что, даже предоставленный самому себе, замок Чистейшее Серебро, если в нем живет истинный король, заботится о своих нуждах без помощи людей или волшебных созданий. Он может чинить сломанное, устранять тусклый налет, счищать грязь и в целом поддерживать свое существование на достойном уровне. Это становилось проблематичным лишь в одном случае: если король не сидел на троне Заземелья, поскольку таким образом подрывались главные основы его существования.
Старый король, зная об этом, поручил придворному волшебнику собрать стеллажи по всему замку, чтобы сделать Хранилище, а также извлечь камень из зубчатых стен и бастионов, чтобы увенчать стены зданий библиотеки. Требовалось не так уж много пропитанного магией материала. Его всего лишь должно было хватить на то, чтобы дать Либирису собственную жизнь. Чтобы этот замок тоже мог функционировать как цельная, единая сущность. Разумеется, расчеты при таком строительстве не могли быть точными, и убеждение тогдашнего правителя, будто нужно просто вставить кусок одного здания в другое и добиться тех же результатов, оказалось неверным. Думаю, тот факт, что постройкой занимался мой брат, тоже не помог делу, поскольку Микс уже тогда планировал захватить трон после смерти старого короля.
Тьюс вздохнул:
— В общем, затея с треском провалилась, хотя и не до конца. Либирис и впрямь стал живым существом, и даже разумным, только не с таким уровнем интеллекта, как у замка Чистейшее Серебро. Строителям банально не хватило материалов с магическими свойствами, чтобы добиться желаемого результата. Старый король получил замок, который по уровню своего развития недалеко ушел от ребенка. Он мог выполнять простые задачи, но при этом ему не хватало способности к критическому мышлению и адекватному разрешению проблем. Соответственно позаботиться о себе и о размещаемых здесь книгах он также оказался не в состоянии.
— Значит, это Либирис звал меня на помощь? — уточнила Мистая.
— Разумеется. Ощущение жизни в досках под ногами и пульсации — это верные признаки того, что замок обладает сознанием. Либирис действительно живое создание, и, судя по всему, он сам решил позвать тебя и заявить о своем существовании. Возможно, замок почувствовал некое родство, обусловленное твоей неразрывной связью с Чистейшим Серебром. Я не знаю. Остается только гадать.
Мистая сосредоточенно обдумывала услышанное. Рассказ советника объяснил многое из того, с чем ей довелось столкнуться, но далеко не все. В частности, он никак не касался огромной зияющей дыры в задней части Хранилища, или того, почему полки и переходы в зале казались бесконечными, или зачем с помощью волшебства были изменены время и пространство, а также создана непроглядная тьма. Мистая не считала, что это сделал сам Либирис, особенно учитывая, что у его способностей имелись пределы. Нет, здесь поработал кто-то еще — или что-то. К тому же нельзя забывать о разговоре его преосвященства и Скряга, часть которого принцесса успела услышать. По всей видимости, это было как-то связано с тем, что происходит в Либирисе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
