Война в Боснии завершилась по указке Вашингтона в 1995 году подписанием Дейтонских соглашений. Это совпало с моментом, когда администрация Клинтона убедилась в стратегическом значении каспийской нефти и в усилиях ЕС обеспечить себе доступ к этой нефти по балканским нефтепроводам. Очевидно, Вашингтон решил, что в регионе нужен мир для строительства нефтяных магистралей с Каспия в Европу. Но этот мир следовало заключить на условиях Вашингтона.
После Дейтонских соглашений когда-то многонациональная Босния была утверждена как де-факто мусульманское государство, по сути, государство-сателлит под контролем МВФ и НАТО. Клинтоновская администрация в значительной степени финансировала вооружение армии боснийских мусульман. В международных СМИ войну изображали так, чтобы максимально усилить впечатление о бессилии Европейского Союза, неспособного остановить войну на своих границах без американского вмешательства. Аргументы Вашингтона в пользу расширения НАТО на восток при этом значительно усилились. Польша, Венгрия и Чехия стали перспективными партнерами НАТО, что было немыслимо еще пять лет назад.
Вскоре клинтоновская администрация продолжила работу на следующем этапе разрушения националистических сил на Балканах, которые могли бы предложить региональную программу действий, хоть в какой-то степени отличную от вашингтонской. Американские и британские нефтяные компании боролись между собой за право разрабатывать потенциально огромные нефтяные запасы на Каспийском море возле Баку и в соседнем Казахстане в Центральной Азии. Геологи заговорили о «новом Кувейте и Саудовской Аравии» в этих регионах. По оценкам правительства США, нефтяные запасы могли превышать 200 млрд. баррелей, что означало бы крупнейшее открытие месторождений нефти за последние десятилетия. Хорошо оплачиваемый вашингтонский лоббист Збигнев Бжезинский представлял интересы «Бритиш Петролеум», британско-американского нефтяного гиганта с большим участием в каспийском нефтяном регионе.
Нефтяная геополитика США на БалканахНе успела рухнуть Берлинская стена, как Европейский Союз по инициативе Франции, Италии и Голландии объявил о широкомасштабной стратегии энергетической безопасности ЕС. Стабильность на Балканах была центральной частью этой стратегии. На саммите ЕС в июне 1990 года голландский премьер-министр Рууд Любберс изложил предложения по созданию европейского энергетического сообщества, связывающего страны «Европейского Экономического Сообщества с СССР и странами Центральной и Восточной Европы». План Любберса был лишь первым в ряду программ помощи ЕС, направленных на энергетическую безопасность ЕС в период после Холодной войны.
К 1992 году ЕС выработал Энергетическую Хартию, которая предоставила бы законодательную основу для инвестиций ЕС в нефтяные и энергетические ресурсы к тому времени распавшегося СССР. Новые независимые государства Каспийского региона, прежде всего Азербайджан и Казахстан, имели первоочередное значение для будущей энергетической безопасности ЕС. Новая клинтоновская администрация, казалось, была занята другими проблемами и в тот момент не обращала внимания на каспийскую нефть. Однако эта ситуация начала понемногу меняться.
К 1994 году, когда ЕС надеялся обеспечить ратификацию Энергетической Хартии 49-ю государствами, среди которых были США и Россия, Вашингтон внезапно отказался ее подписывать по неубедительным техническим причинам. ЕС продолжил без американской поддержки, и в декабре 1998 года странами, подписавшими Хартию, была организована Переходная рабочая группа. Генеральный секретарь этой конференции подчеркнул значение новых нефтяных и газовых регионов, «таких как регион Каспийского моря. Обеспечение надежности поставок из таких областей является ключевой стратегической задачей для правительств». ЕС заговорил о «важной вехе на пути энергетической кооперации Восток-Запад».
Начиная с 1990 года и вплоть до бомбардировки Сербии в 1999 году, ЕС без особого шума предпринял ряд инициатив, включающих помощь по модернизации азербайджанского порта возле Баку, который, согласно одному из докладов Министерства энергетики США, «позволил бы [обеспечить] нефтяные поставки из восточного Каспия вплоть до 500 тыс. баррелей в день». В 1995 году ЕС начал Программу Межгосударственной транспортировки нефти и газа в Европу с целью «повысить безопасность энергетических поставок». В феврале 1999 года непосредственно перед началом бомбардировок Белграда клинтоновской администрацией комиссар ЕС Ханс ван дер Брок обозначил цель Программы как «помощь в высвобождении огромных газовых и нефтяных запасов Каспийского бассейна путем преодоления…узких мест, которые затрудняли им доступ на местные и европейские рынки».
Самое узкое место было впереди: бомбардировки НАТО Белграда.
Правительства Западной Европы однозначно рассматривали район от Балкан до Каспийского моря как стратегическое поле для инвестиций в альтернативные поставки нефти и газа, потенциальный шаг к энергетической независимости, особенно ввиду снижения запасов нефти в Северном море. Со всей определенностью можно сказать, что ведущие политические круги в Вашингтоне в 1999 году такую точку зрения не разделяли.
К середине 1990-х, частично благодаря активному лоббированию Бжезинского и крупнейших нефтяных компаний США, администрация Клинтона начала рассматривать вопрос о каспийской нефти как стратегически приоритетный вопрос. В июле 1996 года Вашингтон сформировал «Южнобалканскую инициативу развития» для обсуждения сотрудничества по трубопроводам с Болгарией, Македонией и Албанией. Он поддержал две каспийские ветки трубопровода. Одна из них должна была пройти из Баку через Грузию в турецкий порт Джейхан. В 1997 году бывший госсекретарь Буша Джеймс Бейкер написал статью в номере «Нью-Йорк Таймс» от 21 июля, озаглавленную «Жизненные интересы Америки на Новом шелковом пути». Бейкер, который позднее стал важной фигурой в последующей администрации Буша-младшего, утверждал, что «стратегическим интересам Соединенных Штатов отвечает установление максимально возможных экономических, культурных и политических связей с Грузией», той страной, которая находилась между каспийской нефтью и западными рынками. «Каспийская нефть может постепенно оказаться настолько же важной для промышленно развитых стран, как ближневосточная нефть сегодня», — добавил он. В то время Бейкер также представлял интересы «Бритиш Петролеум Амоко» в Баку.
Вторая ветка трубопровода, АМБО или «Албанско-македонско-болгарская нефтепроводная корпорация», поддерживаемая правительством США и банком «Ферст Бостон», была заморожена на несколько лет. Вашингтон решил, что прежде чем двигаться дальше, ему следует убрать препятствие в лице режима Милошевича.
Слободан Милошевич, избранный президент Югославии, бывший банкир, в свое время пользовался благосклонностью Вашингтона, полагавшего, что Милошевич будет играть по правилам МВФ. Теперь же в американских СМИ он стал новым «Адольфом Гитлером». Многочисленные свидетельства региональных и сторонних наблюдателей подтверждали, что к середине 1990-х все стороны в дестабилизированной бывшей Югославии были виновны в военных преступлениях: и боснийские мусульмане, и хорватские католики, и сербские православные христиане. Срежиссированные в Вашингтоне и НАТО репортажи, однако же, концентрировались только на одной стороне: на непокорном сербском президенте Милошевиче. До тех пор пока в сердце Балкан оставался хорошо защищенный анклав, отринувший «реформу» МВФ и присутствие НАТО, долгосрочные геополитические планы Вашингтона по контролю трубопроводов с Каспия и из Центральной Азии были заблокированы.
К началу 1999 года администрация Клинтона решила, что настало время это изменить. Милошевич в Рамбуйе с негодованием отверг требования США, печально знаменитое Приложение Б, предписывающее ему позволить войскам НАТО оккупировать Косово и возможно Сербию «по гуманитарным причинам предотвращения геноцида». Предсказуемый отказ Милошевича был использован для обоснования войны. Вашингтон начал кампанию массированных бомбардировок, отринув условности международных законов, Хартию ООН, какое-либо посредничество ООН при этом, Хартию НАТО, которая определяет чисто оборонительную роль альянса, хельсинкские соглашения от 1975 года и даже забыв про объявление войны Конгрессом США, требуемое конституцией США. Президент Клинтон, ссылаясь на «гуманитарные» причины, угрозу неотвратимого геноцида в отношении косовских албанцев, начал безжалостные бомбардировки гражданских объектов в Сербии.
Тысячи тонн бомб спустя, разрушив экономику и инфраструктуру Сербии на примерную сумму 40 млрд. долларов, Пентагон начал строительство одной из крупнейших военных баз США в мире. «Кэмп Бонд Стил» неподалеку от Гнилане на юго-востоке Косово, крепость с 3 тыс. солдат, аэродромом и самыми современными телекоммуникациями дала Соединенным Штатам решающее и, очевидно, постоянное военное присутствие на стратегических Балканах, откуда рукой подать до Каспийского моря.
