небогатой семьи, она так выглядит, а для лэра Мюнтендора двести золотых вполне могут быть не той суммой, за которую я мог бы купить его мнение или благоприятное расположение к себе.
Ну, извините. Я пока не настолько богат, чтобы предлагать больше.
И кроме того, я помню, сколько наши учёные мужи решили запросить за изучение ими подопытной мышки, по имени Ларри Ронси.
Надеюсь, их жадность и смета предполагают хоть какие-то меры безопасности для сохранности объекта изучения, то есть — меня. А то ведь они такие деньжищи скоро получат, если уже не получили, а тут вдруг меня очередной отряд мстителей схватит и увезёт куда-нибудь в далёкий Тугудым, причём явно с нездоровыми намерениями и с непростым интересом. И что тогда? Придётся полученные деньги возвращать, которые уже поделены и с которых откат уже удержан?
Мне вполне понятно желание ректора не выпускать меня за стены Академии, но зря он надеется, что я, пропустив один — два выходных, не начну качать права. Понятное дело, не перегибая палку, чтобы она по мне же не треснула.
Итак, что мы имеем на сегодняшний день? Кстати, за очень неплохой такой денёк…
А имеем мы (это я про себя и Ларри, всё ещё никак не научусь нас считать единым целым) семьсот пятьдесят золотых за день, если всё срастётся, как надо. Сумасшедшие деньги, если разобраться.
— Йо-ху, — издав радостный вопль, я с трудом удержался, чтобы не крутануть фляк.
Ладно, что иду короткой дорогой, срезая углы аллей тропинками, на которых никто меня не видит и, скорее всего, не слышит. Но что-то из меня энергия сегодня так и прёт. Хочется творить глупости и совершать непотребства.
С непотребствами полный порядок. Они по плану у меня на вечер намечены. Должен же кто-то за Элину искренне порадоваться и накрыть в честь нашего общего успеха праздничный ужин на двоих. А с глупостями…
Тут я выскочил на финишную прямую, появившись всего лишь метрах в ста от своего дома, но вынужден был резко затормозить.
— Это ты что ли Ларри Ронси? — лениво спросил у меня здоровенный бугай, в расстёгнутой до пупа рубахе, перекатывая спичку меж зубов.
У него за спиной стоял ещё один парень, чуть пожиже сложением, но мосластый и такой же желтолицый.
Оппачки! Я и без всякого навыка Предчувствия догадался, о чём сейчас пойдёт речь у желтолицых братьев. О некой желтолицей кенгуру и её желтолицей подруге!
— Ларри там живёт, — показал я на наш дом, и парни дёрнулись, собираясь оглянуться.
Дожидаться полного отвлечения их внимания я не стал, прямо сквозь кусты ушёл, перепрыгнув через них, едва задев верхушки веток, и помчался в глубь парка. Местность я тут не очень хорошо изучил, но куда бежать, знаю.
— Ноги мои ноги, уносите мою жопу, — вдруг вспомнил я где-то то ли услышанное, то ли прочитанное и чуть не заржал.
Нет, это не мой случай. Ни о каком бегстве речь не идёт.
Я всего лишь осуществляю тактическое отступление на заранее подготовленные позиции.
Мосластый неплохо бегает. Похуже меня, конечно, но всё равно хорош. Всего-то секунды на четыре отстал.
Выскочив на поляну, он так и не успел сообразить, почему из-за толстого ствола дерева ему по рёбрам прилетело здоровенной палкой, которой любая бейсбольная бита годится лишь в младшие сёстры, да так, что его пополам согнуло и отбросило в куст терновника.
— Огонь — оглушить! Воздух — врежь ему по кишкам!
Оба Элементаля выполнили свою задачу на «отлично».
Бугай, пробороздивший пару метров после оглушения, получил офигенскую плюху по животу и судя по звукам гадить и блевать начал одновременно.
А я что? Я ничего. Меня здесь не было.
Просто парни бежали — бежали по лесу и упали.
Бывает…
Глава 28
Трудно быть звездой.
Ещё труднее сделать звезду из девушки, которая всячески этому сопротивляется.
Я бы бросил такое бесящее занятие, если бы не необходимость в отвлекающем факторе. Даже по мнению моих одногруппников — мои успехи меркнут перед достижениями Эмганы.
Да что там одногруппники. Кто-то же выдвинул её и мою кандидатуры для выборов на главу студенческого совета, которые состоятся после зимних праздников. Эмгана пока меня серьёзно опережает, но и я, и она, находимся во второй половине общего списка кандидатов, если судить по ежедневно публикуемому ТОП-25. Она расположилась на тринадцатом месте, а я всего лишь на восемнадцатом.
Ах, да… Мы единственные второкурсники в этом ТОПе.
Впрочем, голосование ещё только началось, и к этим цифрам никто всерьёз не относится. Дай Релти, если сейчас проголосовало процентов десять — пятнадцать студентов. Так что пока сегодняшние цифры и места ничего не значат. По сути, самая большая интрига развернётся ближе к Новому году, если я так могу назвать местный праздник зимы, и завершится по его окончанию.
Как несложно догадаться, я никаких поползновений для занятия этой никчёмной должности не делал. У меня и без этих глупостей есть, кем заняться.
— У тебя ещё есть девушки! — встретил меня возглас Элины, стоило мне только открыть двери клуба.
В руках у неё были женские трусики, а на столе лежала пара шпилек для волос. Как говорится — все улики налицо.
— Конечно, — ничуть не удивившись, ответил я ей, проходя к шкафчику, где у меня хранится одежда для танцев.
Видимо, столь откровенное признание нарушило предполагаемый ею сценарий скандальчика. К чести девушки надо сказать, что она не стала орать дальше, а попробовала подумать.
— А почему? — спустя добрую минуту прозвучал вопрос, заданный уже совсем другим тоном.
— Ты одна со мной не справляешься, — коротко отметил я, начиная небольшую разминку.
Зеркал мне не хватает, и видеокамеры не помешали бы. Сложно понять, как выглядят твои движения в пантомиме, если нет взгляда со стороны.
— Мой танец тебе не понравился, — уже совсем убитым голосом отметила Элина.
— Местами танец неплох, но мы всего лишь его фрагменты в номер вставим. Ты будешь одета в ослепительно белое и очень короткое платьице, — попытался руками показать и пояснить, как будет выглядеть балетная пачка.
Мои действия вызвали такое количество вопросов, что я попросту заткнул уши пальцами. Понаблюдав за девушкой, и заметив, что она перестала открывать рот, я вытащил пальцы из ушей.
— Дорогая, прошу тебя, доставь мне наслаждение орально, — осторожно пожелал я, не особо торопясь менять затычки из пальцев на что-то другое.
— Ты хочешь, чтоб я взяла в рот? — Элина, с её непосредственностью, вся в этом вопросе.
Завидую, как просто она живёт. Что думает, то и
