столь талантливому юному магу. Вам точно нет пятнадцати, из чего следует вы скоро будете поступать в академию. Получается, станете жить в столице.
Я сидел и охреневал. Это не трактирщик, это Шерлок Холмс на максималках. Как он это всё сложил, с учётом того, что целыми днями проводит за стойкой?
Просидел я так минуты полторы, не меньше. Он же терпеливо ждал, пока я перестану хлопать глазами.
— Вы меня поразили своей догадливостью.
Тут вышла женщина из кухни и поставила передо мной тарелку с кашей и фруктами. Я на какое-то время отвлёкся, соображая, что делать. Когда покончил с едой, план был готов. Всё-таки я придерживался того принципа, что за добро надо платить добром.
— Итак. Вот что я могу предложить. Первое: она едет в замок вместе со мной. Там её начнут обучать. Чему не скажу, да это и неважно. Если справится и не испугается работы, возьму с собой в столицу. Коли нет — не обессудь.
— О большем и не прошу, — обрадовался он так, что налил себе стакан вина и залпом выпил. Видимо, некисло так нервничал перед разговором со мной.
Почему так? Да всё просто. Это, наверное, если я бы в прошлом мире подошел к какому-нибудь известному человеку и попросил его пристроить свою дочь. Тут маги — народ привилегированный, и к ним относятся с трепетом. Однако я к такому не привык и привыкать не собираюсь. Страдать звёздной болезнью не буду, это до добра не доведёт. Вон подруга Морвенс вроде лекарь, притом магистр, и что? Болт в грудь — и всё, поминай как звали. Будь у того придурка ещё один такой, и ей точно пришёл бы конец. Не повезло им, конечно, нарваться сразу на трёх магов. Ну, то есть двух. Я вообще не при делах был.
— Сразу предупрежу: со мной может быть опасно. Но коли не испугается, станет... кем-то да станет, там увидим. Голодать точно не будет. Но вот что обещать точно могу, так это нескучную жизнь.
— Всё лучше, чем прожить жизнь здесь, видя одни и те же рожи да стены, — услышал я смелый голос из-за спины. Обернувшись, перед мной стояла Майя с протянутой рукой, в которой была моя рубаха.
— Барни, надеюсь, вы понимаете, чего просите?
— Я люблю дочь. Если она считает, что там, с вами, у неё есть будущее. Пусть будет так. Мне есть кому передать дело. Ей я желаю только добра, и ничего больше.
— Мне люди нужны, спорить не буду. При всём при том тебе придётся принести мне клятву. Это больно, и разорвать её без меня ты не сможешь. Точно уверена? Ведь ты меня совсем не знаешь.
— Да, я вас не знаю, зато знаю суть клятвы, и я согласна на всё.
— Это замечательно. Заодно расскажешь, кто у нас завёлся такой болтливый, — в ответ Майя смутилась, становясь ещё более привлекательной. Да что ж это такое. Похоже, и вправду организм восстановился. Я быстро развернулся к стойке, дабы не попасть в неловкую ситуацию.
«Purga Vestis», «Plana Vestis». Рубаха стала белоснежно чистой и выглаженной. Было б ещё заклинание, возвращающее вещи в былое состояние, вообще было бы круто.
Барни с дочерью стояли как заворожённые, глядя на преображение рубахи.
— Хорошо, будь готова. Скоро я закончу все дела, и мы с тобой отправимся в замок.
— Когда мне принести клятву? Я готова хоть сейчас.
— Когда вернусь.
— Благодарю, господин, — она поклонилась и вернулась к своим обязанностям.
— Вам, господин, «наблюдательность», надеюсь, не стоит…
— У меня частые провалы в памяти, Кай, возраст, сами понимаете. Жена постоянно жалуется, что я всё забываю.
Я одобрительно кивнул и улыбнулся.
Возвращение в свою комнату напоминало бегство преступника — каждый шорох за спиной заставлял вздрагивать, а тени в переулках за окном казались подозрительно живыми. Запершись на все запоры, я стал собирать немногие пожитки, будто готовясь к вечному изгнанию.
Я на миг остановился, задавая себе вопросы. Что со мной не так? Почему я так нервничаю? Может, дело в маге земли? Я боюсь, что он придёт в гости и будет мстить? Нет, тут что-то другое. Так надо быть настороже.
Особое внимание уделил злополучному мешку с золотом. Вот надо было сюда именно телепортироваться, прям посреди комнаты. Пересыпав монеты в потёртую дорожную сумку — ту самую, что сопровождала меня в странствиях по Чёрному бору, — я невольно усмехнулся. Как иронично: вчерашний бедняк теперь волочил за собой целое состояние, боясь каждого встречного взгляда. За это Торгус меня точно по головке не погладит.
Банк меня встретил холодным блеском позолоченных решёток и неестественной чистотой мраморного пола. Как они такую чистоту тут поддерживают? У них что, заключён контракт с магической клининговой службой? Хе-хе.
Клерк — молодой человек с безупречными манерами и масляной улыбкой — принял мою просьбу о вкладе с невозмутимостью статуи.
«Три тысячи четыреста тридцать шесть золотых, говорите?» — его голос звучал, как шорох шёлковых перчаток по банковской ведомости.
Я лишь кивнул, ощущая, как под взглядом этого безупречного джентльмена мои украденные монеты вдруг кажутся грязными, почти вульгарными. Его улыбка — не тёплая, не дружелюбная, а какая-то... расчётливо-снисходительная — заставила меня внутренне съёжиться. Казалось, этот человек в идеально отутюженном костюме видел меня насквозь, знал происхождение каждой монеты. Как они это делают? Им бы в полиции работать. Под таким взглядом любой преступник расколется.
Вырвавшись наконец из этого душного царства расчётов и процентов, я жадно вдохнул воздух, ещё пахнущий ночным дождём. Банк — это место, где не просто хранят деньги, а где по капле высасывают из человека саму душу, оставляя взамен лишь холодные цифры на пергаменте.
Похлопав по сумке — выдохнул, документы на месте — можно идти в магистрат. Нужно было разузнать о главе города и маге земли, где они сейчас? А ещё, к моему стыду, я до сих пор не узнал, как зовут бургомистра. Прозвище в народе знаю, Булочник, а вот род, если таковой и есть, как и имя, я без понятия. Почему его так прозвали, не ведаю. Может, из-за внешнего вида? Ладно, не важно. Время девять, надо ускорить шаг. Мой путь лежал в резиденцию Ворхельмов. Стоит проведать малышню. Только вот где она, я не в курсе.
Шаги по мостовой отдавались в висках навязчивым эхом. Воспоминание о мальце Скадисе — которому я обещал праздник, точнее пройтись по площади — внезапно
