— Просто… Тогра не связывался со мной уже неделю, — с грустью в голосе призналась я, — Я переживаю.
Виктор на мгновение оторвался от записей и взглянул на меня из-под своих густых бровей.
— Твой альфа не на рыбалке с друзьями! — строго произнес отец, — Тогралан сейчас на войне. И его должность капитана подразумевает большую ответственность. Наберись терпения и жди!
— Я и жду! — огрызнулась я, на его беспричинную грубость, — А тебе что, сложно сказать?
— Это не твое дело! — отрезал Виктор, — Ты женщина. Занимайся ребенком и не лезь в мужские дела!
Я вскочила из-за стола, гневно вытаращив глаза и сжимая кулаки от злости. Последнее время мы с Виктором частенько сцеплялись, причем провоцировать ссоры всегда начинал он. Может, это из-за войны, а может, в другом была причина, но я уже не могла заставить себя промолчать, давая волю своему гневу.
— Тогда ты!.. — громко вскричала я, но тут же осеклась, бросив взгляд в сторону Хаммера, и продолжила уже тише, — Ходи по бабам, синячь до самого утра!.. Короче, занимайся своими мужскими делами, а к нам с Хаммером больше не подходи!
— Не перегибай палку, Лифен! — грозно сказал Виктор, вставая из-за стола, — Не выводи меня из себя!
Мартин молча посмотрел на меня, потом на него и снова уткнулся в свою работу.
— А не то что? — нагло ухмыльнулась я, скрещивая на груди руки, — Прострелишь во мне взглядом дырку?
Виктор сжал челюсти и заскрипел зубами.
Тогда, — продолжила я, — Для начала похмелись, батя, а то прицел собьется!
— Мелкая засранка… — прорычал отец, делая шаг в мою сторону, — Береги жопу!
Я попятилась назад и уперлась спиной в дверь, в ужасе наблюдая, как ко мне приближается разъяренный Виктор.
В этот раз он конкретно вышел из себя! Или это я переборщила?
Внезапно дверь, к которой я прижималась, подалась вперед и приоткрылась. В комнату по-хозяйски ввалились сестры Хута. У них была странная привычка передвигаться по территории клана в режиме «невидимка», и поэтому невозможно было предугадать их появление.
— О! — обрадовалась Мугая, жуя жвачку, — А мы вовремя заглянули! Воспитательный процесс в самом разгаре!
— Здаров, профессор! — Кавик подмигнула Виктору и повернулась ко мне, — Привет, малышка!
Я улыбнулась моим спасительницам и позволила Кавик заключить себя в объятиях, попутно показывая отцу язык.
— Чем обязан столь важному визиту? — пробурчал Виктор, возвращаясь на свое место.
— А мы не к тебе, малыш, — ухмыльнулась Кавик, подходя к люльке, около которой уже стояла ее сестра, — Мы к нашему волчонку.
— Приходите позже. Мы только начали, — Виктор бросил недовольный взгляд в их сторону, явно сильно нервничая в их присутствии.
— Да по хер! — невозмутимо ответила Кавик, плюхаясь на диван и закидывая ноги в ботинках на переносной холодильник, — Мы подождем! Ты же не против, Лифен?
— Конечно! Располагайтесь! — доброжелательно разрешила я, злорадно косясь на Виктора.
Отец хотел было что-то сказать, но передумал. Тяжело вздохнув, он вернулся к работе. Я же с любопытством разглядывала сегодняшний прикид сестер Хута. Они полностью игнорировали тот факт, что являлись высокородными омегами, и продолжали одеваться экстремально и крайне вызывающе. Вот и сегодня Мугая нацепила на свое татуированное тело комбинезон из сетки, который совершенно ничего не скрывал. Ни ее узоры на теле, ни ее лиловое нижнее белье. Кавик была более одетой, но ее телесного цвета платье выглядело очень странно. По сути, это были два длинных куска ткани, соединенные между собой на бедрах едва заметными полосками прозрачных ленточек. При каждом движении в огромных разрезах, начинающихся от самых подмышек, интригующе мелькали ее обнаженные груди. Образ дополняли брутальные черные ботинки с огромными зубастыми протекторами, с которых на поверхность холодильного бокса осыпалась грязь, когда Кавик подергивала ногами.
Вели они себя не менее вызывающе. За эту неделю, что сестры прогостили в клане, они успели довести до крайнего возбуждения четырех охранников, одного управляющего со второго особняка и детского доктора, который периодически посещал Хаммера. А два дня назад, опустошив весь бар Агвина в его кабинете, они случайно разбили его коммуникатор и чуть не устроили пожар, подпалив шторы в прихожей. После чего вышли на улицу, оседлали малярного робота и, представив, что это моноцикл, катались на нем верхом по всей территории клана, пачкая краской все, что попадалось на их пути.
— Малышка Лифен, — улыбнулась свекровь, — Будь добра, милая, наведи старушкам кофейку! А то башка после вчерашнего жуть, как трещит!
— Сейчас, — улыбнулась я в ответ и направилась к кухне. Краем глаза я заметила ухмыляющегося Виктора.
Достав две кружки, я принялась наводить напитки, попутно слушая разговор.
— Сидишь тут целыми днями, — послышался голос Кавик, — А толку нет!
— Тебе откуда знать, женщина? — проворчал Виктор, — Ты ж ни хрена не соображаешь в науке!
— Кто? Я-то? Да у меня пять научных степеней!
— Хех! Ты сел в лужу, дружок! — послышался голос Мугаи, — Тебе до нас, как до соседней галактики!
Ответа от Виктора не последовало. Я взяла кружки и отнесла их женщинам.
— Спасибо, лапушочек! — поблагодарила мать Нанука, принимая от меня кружку.
Отдав вторую кружку Кавик, я взглянула на отца. Виктор сидел нахмурившись и сосредоточенно считывал показатели прибора. Мне стало его даже жаль. Не имея своей омеги или хотя бы постоянной любовницы, он с трудом выдерживал атаки этих дьяволиц. Несмотря на то, что сестры были с метками, они умудрялись беспрерывно его подкалывать и дразнить, безмерно радуясь, когда он сильно смущался или возбуждался. Именно поэтому последнее время Виктор старался не ночевать в клане, уезжая кататься на машине по лесу или в ближайшее поселение.
— Оуй! — Кавик скривилась и вскочила с дивана, — Что за дерьмо я сейчас проглотила?!
— Кофе у тебя хуйня, дружок! — прохрипела
