– Вначале Сойран была весьма убедительной. Говорила много и красиво, хотя я интуитивно чувствовала, что верить ей нельзя, – задумчиво произнесла, тонкой веточкой вырисовывая на земле незамысловатые узоры.
Наше с Вольгардом знакомство началось на берегу океана и тогда мне казалось, что мы навсегда останемся непримиримыми врагами. Но прошло совсем немного времени, и ситуация радикально изменилась. Скарлет мертва, а я стала парой и верной соратницей дракона…
– Сойран толком ничего не рассказала, – продолжила, – только выдавала невыполнимые задания…
– Очень похоже на Ткача, – скривился Вольгард. – Тебе Гаррет рассказал правду?
Я кивнула, потянувшись за чашкой. Было очень странно сидеть на краю обрыва, попивая кофе и обсуждая события, ставшие переломными для всего мира. Но что-то в этом определённо есть!
– Гаррет стал моим наставником. Открыл глаза на происходящее, научил тому, что умею сейчас, помог освободиться от магического влияния Сойран… – запнулась, сообразив, что плетение, мешавшее мне говорить о Лгунье, тоже пропало.
– Ткача больше нет, - ответил дракон, словно прочитав мои мысли. – Пряхи признали её виновной в нарушении Равновесия и отправили на перерождение, лишив Силы и бессмертия. Для полного искупления вины ей придётся побыть обычной смертной и пройти Девять ступеней раскаяния.
О чём речь я не понимала, но звучало зловеще. Надеюсь, на долю Сойран тоже выпадет парочка безумных Ткачей, жаждущих оплести её своей паутиной и превратить в безвольную куклу в угоду прихотям и Равновесию. Ей будет полезно побывать по ту сторону баррикад.
– А Сола? – голос дрогнул от тревоги и надежды.
Я чувствовала, что её душа прошла врата Перерождения, но сейчас испугалась. Сольенна ведь так и не справилась со своим испытанием, значит наказание Прях могло коснуться и её.
ГЛАВА 29.2
– Я хотел разделить с ней наказание.
Вольгард задумчиво покрутил кофейную чашку. Странная у нас прогулка, но этот разговор нужен нам обоим, и лучшего времени для него не найти.
– Но Гаррет опередил, – продолжил дракон. – Не знаю, что именно он пообещал Пряхам за возможность переродиться вместе с ней…
– Погоди! – от неожиданности едва не выронила чашку. – То есть он уже…
От горькой догадки сжалось сердце. Искренне желала фениксу и Сольенне счастья, но от того, что мы даже не успели попрощаться, стало больно и грустно. Я слишком сильно успела к нему привязаться и считала близким другом.
– Пока нет, – успокоил меня Вольгард, – для начала ему необходимо найти преемника на пост Хозяина океана.
Выдохнула с облегчением. Гаррет упоминал, что у него была кандидатура, но выходка Сойран смешала все карты и теперь придётся искать заново. А при сложившихся обстоятельствах это очень непросто.
– Выходит, Сола ушла одна? – спросила, сделав глоточек кофе.
– Да, – на лицо Вольгарда набежала тень. – Пряха сказала, что наши судьбы ещё пересекутся.
– Твоя и… Солы? – растерялась, не зная как реагировать на его слова.
С одной стороны понимала, что пока мы лишь соратники и, возможно, друзья. А с Сольенной его связывали искренние чувства. Но с другой, я уже привыкла слышать эмоции дракона. Наша связь пока странная, но с каждым днём всё чётче осознавала, что не смогу от неё отказаться. Это было выше земной страсти или любви в привычном понимании, но за столь короткий срок Вольгард стал частью моей души, и я чувствовала, что и он пересмотрел своё отношение к татуировкам и нашей парности.
– Пряха говорила о четверых, – пояснил дракон, – ты, я, Сола и Гаррет. Когда наши судьбы вновь переплетутся, королевство Мёртвого тумана падёт и Ангаарх окончательно умрёт, без права на возрождение.
Ответ Вольгарда повис в воздухе, а в мыслях эхом прогремело другое пророчество:
«Когда на расколотом небе вспыхнет созвездие Паука, в мир Догорающего пламени придёт Великая хрустальная душа. Она подарит детям Творца надежду, и вместе с хранителем Живого огня убьёт Чудовище тысячи теней...».
Предсказание фэйри шло вразрез со словами Пряхи, и я понятия не имела, кому верить…
– Знаю, о чём ты думаешь, – продолжил дракон, – я и сам не раз сравнивал это пророчество с видением Иоланты. Скорее всего, королева говорила о временной победе, а Пряхи мыслят глобальнее…
– Оба предсказания – безумие! – вспылила, едва не расплескав кофе. – Не может будущее зависеть от одного мага! Мы вместе едва справляемся, даже наёмников подключили, штаб собираемся расширить! Но тварей целая орда. Они сильны, коварны, их трудно убить и…
– Речь не об этом. Вспомни переговоры с императором. Именно тебе удалось найти нужные слова и проломить оборону Кортеса.
– Только благодаря тому, что он изначально явился перепуганный, – покачала головой. – Ты хорошо подготовил его…
– В пророчествах речь всегда идёт о магах, способных нанести решающий удар, – прояснил дракон. – К сегодняшней победе мы шли долго и вклад в неё сделали многие, но последний ход был за тобой, и лишь от тебя зависел итог важнейших для всех нас переговоров.
– Сложно… – простонала, залпом допивая кофе. – Как же всё сложно.
Отставив чашку, устало потёрла виски и уставилась на раскинувшийся перед нами живописнейший пейзаж. Вольгард не преувеличивал говоря, что отсюда открывается самый красивый вид.
Таинственное зеркало сапфировой воды, в котором отражались бескрайние расколотые небеса. Пёстрый шёлк облаков, сплетающихся в жгучем танце с хрустальными трещинами древних порталов. И потрясающей красоты водопад, берущий своё начало из самого крупного и массивного раскола. Он казался сотканным из янтарной лавы и всполохов бриллиантовой пыли, издали притягивая взгляд своими ослепительными переливами.
Там, где он впадал в океан, от воды поднималась искрящаяся магическая дымка, парящая над водой стайкой призрачных мотыльков.
Удивительная красота, сказочная… словно из волшебных снов. Она отвлекала от грустных мыслей и скрашивала горечь разговора, настраивая на нужный лад и позволяя излить душу.
В доме мы бы никогда не обсудили случившееся. Так и прятались бы друг от друга по углам, ссылаясь на новые проблемы и постоянные прорывы чудовищ.
– А разве твоя прошлая жизнь была лёгкой? - в синих глазах дракона вспыхнуло неподдельное любопытство. – Ты боец, Альена! Могу сказать по себе – такую силу духа и характер не зарабатывают сидя в уютном домике, а лишь на поле брани.
От услышанного опешила, но затем искренне рассмеялась. Возразить было нечего. В прошлой жизни я многого добилась титаническим трудом, но и потеряла немало.
– Ты прав… – прошептала, вновь скользнув взглядом по лабиринту расколотых небес.
– Расскажешь? – неожиданно попросил Вольгард. – Хочу узнать тебя поближе.
ГЛАВА 29.3
Просьба застала врасплох. На первый взгляд, в ней не было ничего странного, я и сама не прочь расспросить дракона о его путешествиях по мирам. Особенно интересовало, как он пришёл к этому. Не с детства же мечтал стать межмировым наёмником?
Любопытство распирало, но чем больше думала об этом, тем сильнее переживала, что правда может оказаться слишком личной и болезненной. Возможно, ему пришлось вынужденно покинуть родной мир, как фэйри и фениксам, поэтому он так яростно ринулся им на помощь? Или в другие миры его привела юношеская жажда приключений, а после Вольгард не раз пожалел о своём решении?
Откровенный разговор был необходим, но мог зайти слишком далеко, нарушив хрупкое равновесие. Каждый вновь замкнётся в себе, а мне этого совершенно не хотелось.
– Хочешь, начну с себя? – неожиданно предложил дракон.
– А ты… готов к этому? – спросила, покрутив в руках кофейную чашку.
В прошлый раз гуща не ошиблась. Жаль, не сразу сообразила, какой именно змеи следует опасаться. Сейчас знаки, увы, оказались ещё туманнее. Мне виделась тонкая, извилистая тропа, ведущая к башне, и высушенное дерево, растущее прямо над обрывом.
