Он слегка волновался, и это было заметно.
– Грабить банки! – рассмеялась Карусель не слишком удачной шутке. – Тут большого ума не надо! У меня был один друг… Или будет… Или все-таки был? Мы танцевали на тропическом пляже неведомого будущего под гулкое эхо выстрелов исчезающего прошлого…
Автомобиль заложил очередной головокружительный вираж. Несколько секунд его тащило боком. Рою показалось, что колеса с правой стороны оторвались от земли и сейчас они перевернутся. К счастью – обошлось. Новая знакомая выровняла машину, продолжив разговор как ни в чем не бывало:
– Запуталась окончательно. У тебя бывает дежавю?
– Не так уж и часто… – тактично ответил он, решив не углубляться в щекотливую тему.
– У меня тоже не каждый день, но иногда случается. Так вот. Друг, о котором я начала рассказывать, грабил банки. Разумеется, не по своей воле. Так сложились обстоятельства. Изо дня в день, на протяжении нескольких месяцев, пытался вырваться из ловушки…
– Понимаю, – кивнул Рой, утвердившись во мнении, что у новой знакомой не все в порядке с головой.
– Ты согласился, не дослушав. Значит, решил, что я сумасшедшая! – недобро прищурившись, Карусель посмотрела на пассажира, при этом непроизвольно или намеренно увеличив скорость до двухсот.
«Даже не успею почувствовать боли…» – отстраненно, как будто речь шла о ком-то другом, подумал Рой.
Нестись на крыльях ветра со скоростью двести километров в час, разглядывая собеседника, – не лучший способ достичь пункта назначения. Еще бы знать, где этот пункт находился!
Нет, что ни говорите, а безумие – заразно…
Осторожно поднеся руку к лицу девушки, он положил два пальца на подбородок, ласково повернув ее голову в нужную сторону.
– Пожалуйста, не забывай о дороге, – таким голосом заботливый отец наставляет непутевую дочь не гулять по ночам в незнакомых местах.
– Да, – как ни странно, прикосновение не разозлило, напротив – развеселило ее. – Вот! Опять дежавю!
Чтобы ситуация окончательно не вышла из-под контроля, – когда машину расплющит о бетонную стену, будет поздно, – протрезвевший от волнения Рой решил прояснить ситуацию, выяснив, чем именно может помочь.
– Давай ты расскажешь…
В этот момент, как назло, завыла сирена. Пути отчаянных стритрейсеров и полицейского патруля наконец-то пересеклись.
– Погоня! Обожаю погони!
Нет, определенно она была сумасшедшей. Или адреналиновой наркоманкой. Или еще кем похуже…
Карусель вдавила педаль газа с таким остервенением, словно вбивала последний гвоздь в крышку общего гроба.
– Думаешь, это хорошая идея? – Рой успел пожалеть, что вообще сел в машину.
С таким водителем шансы разбиться были на порядок выше, чем замерзнуть на улице при минус сорока двух.
– Ты прав, идея плохая, – начало предложения вызывало сдержанный оптимизм. Концовка расставила все по местам:
– Нужно раззадорить их, подпустив поближе, сделать так, чтобы вызвали подкрепление.
– О, нет!!!
– О! Да!!!
– Я все еще тебе нужен?
– Конечно.
– Тогда, может, расскажешь, для чего?
– Почему бы и нет?
– Я весь внимание, только, пожалуйста, не забывай о дороге.
Вой сирены стремительно приближался.
– Дорога – моя жизнь. Про нее невозможно забыть.
Полицейская машина явно собиралась обогнать сбросившего скорость нарушителя, прижав его к обочине. Однако быстрое завершение погони явно не входило в планы водителя. Очередное ускорение вжало Роя в спинку сиденья, в который уже раз вызвав ассоциации с взлетающим самолетом.
– Так на чем мы остановились? – когда слышишь звук своего голоса, понимаешь, что жив, и не так мучительно страшно.
– Есть один, парень, гад, существо. В общем, называй, как хочешь, смысл не изменится.
– С именем или без?
На самом деле Рою было неинтересно, как зовут мифического незнакомца. Спрашивал исключительно ради того, чтобы не молчать.
– Имен много. Все ненастоящие. Здесь он Павел Андреевич, там Демон Сомнения, где-то еще…
– Пусть будет Павел Андреевич. Так проще…
– Как скажешь.
К первой сирене присоединилась вторая – охотников стало больше.
– Надеюсь, они догадаются вызвать «вертушку».
– Зачем?!
– Погоня без вертолета лишена драйва! – уверенность в голосе не оставляла сомнений – она не кривила душой, тем более не играла на публику. – Смотри. Сейчас мы их разозлим…
Меньше всего на свете Рою хотелось узнать, как сумасшедшая Карусель будет злить полицейских.
И все же пришлось.
Резкое торможение, плюс задействованный ручник и поворот руля вызывали неуправляемый занос. Словно кружащаяся в танце девушка, спортивная машина несколько раз провернулась вокруг своей оси, затем выровнялась, как ни в чем не бывало продолжив гонку.
Пытаясь избежать столкновения, один из преследователей слишком круто вывернул руль вправо. Не справившись с управлением, наскочил на бордюр. Удар был таким сильным, что переднее колесо «сложилось» вовнутрь, в результате чего автомобиль «клюнул носом». Брызнули в стороны осколки расколовшегося бампера. Сорванный капот отлетел далеко в сторону, а сама машина перевернулась на крышу и, «пропахав» несколько метров тротуара, врезалась в витрину ближайшего магазина.
– Теперь они точно вызовут вертолет, – покачал головой Рой, наблюдавший за последствиями аварии в зеркало заднего вида.
– И правильно сделают, – создавалось впечатление, что адреналиновой наркоманке все нипочем. – Кстати, пока у нас небольшая пауза, введу тебя в курс дела.
– Попробуй…
После всего случившегося вторая полицейская машина не пыталась обогнать беглецов. Благоразумно «висела на хвосте», дожидаясь подкрепления.
– Демон Со…, точнее Павел Андреевич, заключил со мной сделку. Я должна миновать несколько контрольных точек в указанный срок.
– Раз играешь в догонялки с полицией, значит, успеваешь, – догадался Рой.
– Конечно. Это проще простого. Хитрый урод знал об этом.
– Тогда в чем подвох?
– Однажды демон выиграл спор. Причем не совсем честно. После чего у него на душе остался осадок. Нехорошее чувство.
– При чем здесь какие-то давние споры?
– При том, что ему хочется утвердиться во мнении – он тогда был прав и выиграл честно.
– А ты здесь с какого бока?
– С такого. Если проиграю, для меня все кончится плохо. Не здесь и не сейчас. В другом месте или другом мире. В общем, неважно – слишком долго объяснять. Суть в чем: чтобы победить, я должна проехать контрольные точки вовремя, заодно ответив на вопрос: «Что такое любовь?». Первое – проще простого, второе невозможно, так как любви нет в принципе.
– Почему? – искренне удивился Рой.
– Потому. Для начала ответь на вопрос: «Темнота существует?»
– Конечно. Это же очевидно.
– Тьма – отсутствие света. Свет – электромагнитные волны. Можно изучить и измерить электромагнитные волны, но не их отсутствие. Понимаешь?
– Не очень.
– Темнота – понятие, придуманное людьми, чтобы описать отсутствие света. Самой темноты как таковой нет.
– Никогда не думал…
– Неважно. Что скажешь насчет любви? Она существует?
– Да.
– Откуда такая уверенность?
– Сегодня я встретил ее…
– Это не любовь. Безумство, замешанное на усталости, алкоголе, перевозбуждении, стремлении удовлетворить физические потребности, потешить гиперэго самца, и так далее.
– Допустим, ты права насчет меня, – Рой настолько увлекся разговором, что на какое-то время забыл о дороге, полиции и своих страхах. – А как же любовь ребенка к матери?
– Чувство защищенности, теплоты и покоя. По большому счету, младенцу все равно, кто его кормит грудью, заботится и ухаживает. С таким же успехом это может быть кормилица-няня.
– О’кей, с этим пунктом согласен. Что скажешь насчет любви собаки к хозяину?
– Слепая животная привязанность. Поклонение вожаку.
– Человека к родине?
– Многолетняя привычка вкупе с пропагандистскими стереотипами, навязанными средствами массовой информации.
