Роже спокойно, с изрядным интересом, наблюдал за разворачивающейся сферой заклинания. Но только я чуть приподнялась, намереваясь взмыть вверх и вылететь в окно, воодушевленная близкой свободой, маг просто выбросил в мою сторону руку, развернув ладонь наружу.
Весь рисунок заклинания мгновенно смело ураганным порывом. Я же упала на пол в полном бессилии, не было энергии даже немного приподняться. Ощущая возрастающую панику, испуганно обернулась на мицара: передо мной уже не было моего любимого, не было Роже. И только сейчас я осознала это в полной мере.
— Удивлена, — мицар не спрашивал, а утвердительно кивнул. — Все просто: ты самонадеянно решила, что вновь вернула силу мастера. Видимо, счастье заглушает разум. За все время, которое не пользовалась своей магией, ты почти полностью утратила способность управлять стихиями. А процесс восстановления не так скор… да и моя мощь возросла тысячекратно. Так что, ненаглядная, ты не можешь противостоять мицару. Смирись.
— Размечтался, — буркнула я. — Интересно только, как ты понял, что я еще не восстановила контроль за стихиями…
— Да я собственно и рассчитывал на то, что попытаешься удрать. Для этого придется воспользоваться силой стихий. И тогда не составит труда посмотреть, насколько силы вернулись к тебе, — бесстрастно ответил мицар. — Кроме стихии воздуха, появление которой я увидел еще на острове, ты овладела еще другими, но тебе помогал некто, скрывал магию стихий от меня. Это мог быть только анах. Теперь мне осталось найти его…
— Зачем? — удивилась я,
Цвак правильно поступил, что так долго жил среди анахов: теперь он мог воспользоваться их силой так, что даже мицар не различил разницы.
— Убьешь его? Зачем, я все равно уже здесь? — пожала я плечами.
— Он предал своего мицара, — рассудительно ответил Роже, — и должен понести наказание.
Он вышел в дверь.
— Ну да, — чуть приподнялась на локте, выпутываясь из занавески, — я и забыла о патологической мстительности мицара…
Девушки, исчезнувшие с появлением мицара, робко выглядывали из-за приоткрытой двеои…
— Ненавижу его! — злобно заявила я, метнув в дверь, закрывшуюся за мицаром, мелкую подушку. — И как вы с ним живете?
— А кто это? — удивленно спросила девушка в синем.
— Как кто? — я изумленно рассматривала «наложниц» мицара: сердечко дрогнуло, но я постаралась придавить снова зарождающуюся надежду. — Собственно, начальник гарема, ваш самый главный господин — мицар собственной персоной. Спокоен, как мертвец и хладнокровен, как последний гад!
— Да? — отозвалась вторая девушка, одетая в длинное сиреневое платье с открытыми плечами: судя, по поведению, она была немного попроще первой — настойчивой и решительной. — С чего это он через столько времени все-таки решил посетить это местечко? До сих пор к нам приходили только подчиненные…
— Интересно, зачем? — хмыкнула я. — Пересчитать, все ли на месте?
— Ну, — суровая дама в синем платье закатила голубые глазка и стала загибать пальцы, — спросить, что требуется, уточнить, хватает ли еды, питья…
— У, — буркнула я, поднимаясь: слабость потихоньку отступала, ноги почти не дрожали. — Какие заботливые, скажите пожалуйста! А одежда у вас тут имеется? А то единственный костюмчик — и тот стырили…
— Полно, — улыбчивая девушка схватила меня за руку и потащила в соседнее помещение. — У нас тут одна швея от скуки всех обшила, да еще сверх того, вон, в том сундуке покопайся, может, что понравится. Ты, как и все, одного размера, так что с одеждой нам тут несложно… Где они находят одинаковых девушек — по всему миру что ли рыскают?
— Рыскают, — кивнула я, перебирая тряпки: все сплошь вечерние платья: видимо, портниха специализировалась как раз на них. — И много вас тут таких, всех одинаковых?
— Было девяносто девять, — улыбнулась девушка в синем, приближаясь. Она встала у косяка, перекрестив руки на груди: — Для ровного счета всего одной не хватало.
— Ага, тысячи у него таких, — хихикнула я, выуживая, наконец, нечто брючное. — Мужики! Обожают преувеличивать… Но теперь все, больше белок в Кеприи не станет…
— Почему? — заинтересовалась девушка в длинном сиреневом платье.
— Слухи по земле ходят, — туманно отозвалась я.
Поскольку еще не знаю, как тут все устроено и сколько придется жить в этом месте, то предпочитаю не сильно распространяться о своем статусе мастера. Да и то, что девушек вытащили из мира из-за меня, дружбе явно не поспособствует. А хорошее отношение землячек было необходимо, поскольку нужно узнать как налажена жизнь анахов, какие ходы-выходы имеются и вообще постараться извлечь всю информацию, которой владели девушки: никогда не знаешь, что может в конце концов пригодиться.
Одев брючки-капри из бардового шелка и тунику в восточном стиле, ощутила себя намного лучше. Конечно, защиту одежда не дает, зато комфорта прибавляет.
Девушка в коротком платье назвалась Викой. Та, что в сиреневом — Настей. Оказалось, что вся эта гора предназначена для девушек из гарема. Как высотное здание, она содержала много комнат, выдолбленных на различных уровнях. Все они соединялись между собой огромной спиралевидной лестницей с невысокими длинными ступенями, по которой можно было проехаться в карете. Правда, в карете тут никто не ездил, и вообще, девушек посещали очень редко, предпочитая просто магически доставлять все нужное в специальную комнату.
Поэтому об обустройстве анахов и стиле их жизни они не знали ровно ничегошеньки. Мицара увидели сегодня впервые: до этого девушки знали, что они — гарем, но доказывать им это еще никто не пытался. Поэтому сейчас были взволнованы и напуганы. Да, с точки зрения среднего обывателя моей исторической родины, Роже — просто урод вроде тех супермутантов, про которых комиксы сочиняют. Но если копнуть глубже, внешне от людей он отличается только лишь цветом кожи, да загадочным строением своих непостижимых глаз. Да что же такое — опять я его оправдываю!
Настя вызвалась показать, как тут все у них устроено, Вика же осталась в комнатах. Прогулявшись с новой знакомой, я узнала, что от лестницы отходили в разные стороны небольшие коридорчики, заканчивающиеся помещениями, используемые в качестве спален. Сколько их было, Настя не знала, и до моего вопроса ни у кого даже мысли не возникло их считать. В каждом ответвлении жили девушки, по два-четыре человека, в зависимости от размера комнат и уживчивости самих наложниц. В самом низу лестница выходила в огромный зал, куда и доставляли все необходимое, а потом девушки сами делили, что — кому.
На мой вопрос о прогулках, Настя грустно заметила, что ни разу не выходила на улицу. Более того: свежий воздух она вдохнула как раз сегодня через разбитое окно. То, что их не выпускали, девушки объясняли по-разному. Кто-то твердил: чтобы не украли, кто-то — чтобы не замерзли. Вторая версия мне показалась логичнее, постольку — поскольку анахи обычно гаремы не заводят, а если заводят, то исключительно из представительниц своей расы. Девушки же не знали предыстории такого исключительного увлечения мицара коллекционированием девиц с моей родины. А вот замерзнуть в горах — это запросто, особенно без теплой одежды: в Кеприи я вообще ни одной шубы не видела. Анахи же обладают уникальной способностью вполне комфортно ощущать себя при минусовой температуре. Может, именно поэтому они такие синие…
