— У кого-то из вас имеются претензии ко мне или к моему другу? — с угрозой поинтересовался я.
Молчание было мне ответом. Искатели были слишком ошарашены моим нестандартным поведением и лишь разглядывали во все глаза человека, которого пару секунд назад собирались избить до полусмерти. Выждав паузу, я приказал:
— Тогда забирайте своего дружка и проваливайте!
Невероятно, но после моих слов искатели заметно расслабились. Они несколько демонстративно убрали ладони с оружия, а двое мужиков, опасливо поглядывая на меня исподлобья, подняли приятеля с разбитым лицом и закинули его руки себе на плечи. Опустив клинки в знак добрых намерений, я кивнул на бесчувственное тело и обронил:
— Как очнется Скользкий, потрудитесь передать ему мое обещание: нашу третью встречу он не переживет.
— Как скажешь, Ник, — покладисто согласился один из добровольных носильщиков и вместе с помощником куда-то потащил Соша, оставляя на мостовой цепочку темных пятен.
Прочие искатели последовали за ними, а я проводил взглядом команду заводилы, отметил нескольких стоявших в отдалении прохожих, принявшихся вполголоса обсуждать случившееся, и повернулся к Ушастику, который как раз в этот момент решил спрятать свои клинки. Одним ловким плавным движением он завел их за спину, умудрился угодить кончиками точно в ножны и с тихим шелестом задвинул по самую рукоять. Все это действие не заняло и секунды, но заставило меня завистливо вздохнуть. У меня так точно не получится, а если попытаться, то в лучшем случае я получу порезанную куртку.
— Дар, не поможешь? — обратился я к эльфу, кивнув на свое оружие.
Тот задумался, а в следующий миг я ощутил, как мои руки четким, уверенным, словно выверенным не одну тысячу раз движением, вернули голубые клинки в ножны.
— И кто это был? — уточнил учитель, поглядев в сторону, где скрылась команда искателей.
— Да так, старые знакомые.
— А много у тебя в Ирхоне таких знакомых? — Дарит обозначил улыбку краешком губ.
— Достаточно, чтобы подавить всякое желание задержаться в городе, поэтому завязываем с разговорами, иначе еще на кого-нибудь нарвемся.
Подняв поклажу, мы потопали дальше. Кивая в ответ на приветствия некоторых особенно наблюдательных прохожих, я размышлял, стоит мне ждать подлянки от Соша, или можно не беспокоится, что искатель, очнувшись, решит натравить на меня своих высоких покровителей. Разумеется, с этой точки зрения, для меня лучше было убить Скользкого Гада, однако я боялся, что повторный визит в острог может плохо закончится, поэтому и ограничился только тяжкими телесными. А вот теперь на душе было неспокойно, поскольку я даже не представлял, как могут отреагировать "большие боссы" на избиение их "ручного заводилы".
Прийти к определенному выводу мне так и не удалось, потому что некоторые нахальные горожане не желали удовлетворяться приветственным кивком, а жаждали перекинуться с нашедшейся знаменитостью хотя бы парой слов, сбивая с мысли. Кстати, я долго не мог понять, что именно привлекало ко мне внимание окружающих и благодаря чему жители Ирхона узнавали свою новую звезду. Вроде и колючая щетина на щеках должна добавить мне несколько лет, и метательные ножи я больше не выставлял напоказ, и шагающий сзади эльф был куда более приметен, но все равно по пути регулярно попадались те, кто считал своим долгом подойти и поинтересоваться: "Везунчик, это ты?".
Это потихоньку начинало меня бесить. Один раз я даже ответил: "Нет!" остановившемуся передо мной полноватому мужичку и попытался его обойти, но тот с обидой воскликнул:
— Зачем врешь? Я же вижу, что это ты!
Млять, чего тогда было спрашивать? Но его реакция натолкнула меня на мысль узнать, откуда же горожанину известно, как я выгляжу. Оказалось, что мой портрет, долгое время висевший в коридоре здания местной администрации, неведомыми путями перекочевал в "Золотой меч". Надо полагать, кто-то из искателей после инцидента решил подсуетиться, чтобы всем завсегдатаям было ясно, кого нужно высматривать на улицах. Когда же я вернулся в город с чешуей, надобность в этом розыскном листе вроде бы отпала, но хозяин трактира убирать его не стал, поскольку в заведение стали заглядывать простые жители Ирхона с просьбой продемонстрировать им лицо новой знаменитости. В итоге мой портрет лишился надписей, приобрел аккуратную рамочку и до сих пор висит в "Золотом мече", как своеобразная насмешка над искательскими традициями. Там его и увидел этот случайный прохожий, раскрывший мне глаза.
В качестве благодарности за рассказ я потратил несколько минут, отвечая на банальные вопросы о том, где я был, что видел, что добыл и почему у меня за спиной отирается эльф, но потом извинился перед толстячком и поспешил свалить. Мысленно матерясь на всех известных языках, я ругал себя за то, что не додумался после уплаты штрафа сорвать ориентировку. Однако несколько секунд спустя проблема популярности отошла на задний план, поскольку, свернув на соседнюю улицу, чтобы не промахнутся мимо нужной лавки, я нос к носу столкнулся с Мишетом, вместе со своим отрядом совершающим очередной променад по городу. На эту неожиданную встречу командир отреагировал быстрее меня. Он улыбнулся и радостно воскликнул:
— Ба, Везунчик! Вот это удача!
Но не успел я поздороваться и примириться с мыслью о еще одном неизбежном допросе, как стражник резко взмахнул рукой. Его парни на этот приказ отреагировали моментально, они слаженно рассредоточились по улице и вполне грамотно окружили меня с Даритом — двое в доспехах, обнажив сабли, перекрыли путь к отступлению, один остался страховать командира, а трое арбалетчиков, четким движением вложив в свое оружие болты, навели его на нас.
— А я-то боялся, что придется весь Ирхон обойти, чтобы отыскать тебя! — как ни в чем не бывало продолжил радоваться Мишет.
Машинально отметив расположение стрелков и прикинув, куда в случае чего сместиться, чтобы не заиметь в организме новых дырок, не предусмотренных анатомией, я обратился к командиру:
— Господин Мишет, я тоже рад видеть тебя в добром здравии. Но позволь поинтересоваться, зачем я тебе понадобился, и к чему такая торжественная встреча?
— А разве ты не догадываешься? — ехидно переспросил стражник.
Догадок у меня была масса, одна другой краше — от жалобы избитого хранителя в остроге до всплывшего факта ликвидации пятерки грабителей, но я отрицательно помотал головой.
— До нас дошли слухи, что ты промышляешь желтым мхом, — проинформировал командир. — Мне поручили проверить их правдивость.
— Это наглая клевета! — воскликнул я, постаравшись изобразить возмущение. — Я хоть и новичок, но законы знаю и никогда не стал бы заниматься подобным!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
