оно не станет, пока не приручишь. Покажи ему, кто в доме хозяин, обуздай! А после… Ха! — Волшебница ударила каменную глыбу кулаком. Полетел щебень.
Когда облако пыли и маны рассеялось, на валуне осталась приличная трещина.
— А если я… снова на тебя кинусь?
— Переживу как-нибудь. — Девочка театрально вздохнула.
Сделав несколько глубоких вдохов, воительница стукнула камень, что было сил. Кожа треснула, потекла кровь.
— Больно? — беззлобно поинтересовалась Астра.
— Сама-то как думаешь⁈ — рыкнула Хокори.
Акула ударила ещё несколько раз, но только сильнее разбила костяшки.
— Что говорит мана?
— Молчит. Свернулась клубком где-то… здесь. — Девушка положила ладонь выше пупка.
— Правильно. Синяя энергия подчиняется воле, а красная — сигналам периферической нервной системы. Снаружи ты, может, и пылкая, кричишь, злишься, а внутри — спокойна, как удав. Вот ничего и не выходит.
— Что же мне… делать? Неужто эта сила… не для меня?
— Брось, посложнее задачки решали, разберёмся!
Акулина задержала дыхание, улыбка человеческого малька дарила ей поистине ангельскую уверенность. Она знала: в отличие от сородичей, Росса — не бросит, не предаст. С ней можно расслабиться, быть настоящей.
— Прежде… никто, кроме отца столько со мной не возился. — Воительница вновь преклонила колени. — Многого взамен не предложу, но…
— Не надо. — Волшебница поджала губы. Сосущее чувство одиночества начинало отступать, Астра сделала шаг вперёд, будто бы ломая стену, которой окружила своё сердце и крепко обняла подругу. — Ничего не надо.
— Ты… чего это? — Внезапный порыв нежности смутил акулу.
— Давай… и дальше путешествовать вместе, всегда-всегда!
— Ну, кхм, конечно. Мы ведь… почти что сёстры, — прошептала девушка, прижимая к груди дрожащую алую макушку.
* * *
— Ого! «Пожертвовала телом, чтобы спасти товарищей»? Ты ей точно ничего в голове не подкрутил?
Верховный Главнокомандующий сидел в своём кабинете и читал очередную историю о похождениях красновласой ученицы.
— Твоя подопечная — очень добрая девочка. Пусть она и может вспылить, мотивы её поступков всегда положительные. Ни намёка на тьму, — отозвался Эфия, его аватар появился на одном из многочисленных экранов. Внешне профессор почти не отличался от собеседника.
Энтинус продолжил листать отчёт, делая пометки в соседнем окне, чтобы потом скорректировать поведение компьютера.
— У меня вопрос, если можно.
— Слушаю. — Дзе поправил очки в золотой оправе.
— В последнее время Астра слишком ко мне привязалась, больше, чем это необходимо.
— И ты поэтому её оттолкнул, притворился бесчувственным?
— Именно. Я могу учить её магии, быть советником, но «заменить отца»… Боюсь, если общество офицера Россы будет состоять из одной лишь «Железки», она замкнётся в себе. Ей стоит научиться доверять окружающим.
— Палку не перегни…
Главнокомандующий запнулся — перед его глазами появилось фото: Астра и Хокори обнимаются посреди лесной опушки.
— Хотя… знаешь, ты прав, девочкам её возраста важна социализация. — Верховный коснулся кнопки «поделиться изображением» и выбрал Протея в выпадающем списке.
— В таком случае я продолжу «спектакль».
— Да, и… распечатай мне это фото, на стену повешу.
— А ты всё не меняешься, — аватар профессора разочарованно покачал головой.
* * *
Астра:
Что-то меня развезло… Вцепилась в рыбину и, чуть не плача, принялась тереться об неё щекой… Хотя пускай, хорошо даже. Эмоции вредно держать в себе. Каждому нужна отдушина, и маленькой девочке, и великому дзе, иначе сломаться не долго. Селёдка казалась такой родной, такой тёплой…
— Слушай… мне как-то неловко… — запротестовал мой антистресс. Вот же ж!
— Тихо, я отдыхаю…!
Внезапно нейроинтерфес окрасился алым. Памятуя прошлые казусы, я отпрыгнула, обнажив скальпель-меч, однако… никакой опасности не было, Хокори стояла спокойно.
— Ты чего? — Подружка наклонила голову вбок.
— Не знаю… Эфия, какого дьявола⁈ Сломался⁈
— Отнюдь, офицер, взгляните.
Перед глазами появилось окно с кучей данных. Пробежав наискосок по тексту, я рассмеялась.
— Астра? — неуверенно произнесла рыбина, глядя, как моё лицо превращается в маску безумного демона.
— ГОСПОДИ! Это ведь так просто! Ха-ха-ха, да, гениально! Могла бы и сама догадаться!
— С ума спятила?
Естественно, Селёдка ничегошеньки не поняла, но оно и не нужно. Ух, Железка такую мелочь уловил, я в шоке! Короче, оказывается: красной мане вообще плевать, на что реагировать! Вот сейчас, например, наша воительница засмущалась и «бах!», пошла реакция! Сила зашевелилась!
«Разогнать» Хокори гневом — гиблое дело: слишком часто её обижали, привыкла. Но! Других эмоций ведь вагон и маленькая тележка! Главное, чтобы пульс ускорялся, повышалось давление крови. Чем экзотичнее будет чувство, тем лучше.
— Итак, рыбина, готовься! Сейчас ты станешь самой красной на свете! — объявила я, раскинув руки.
— Может, объяснишься?
— Не-ет! Ты обещала слушаться, поклялась, помнишь?
— Допустим…
— Встань смирно и не смей оборачиваться. — Я обошла Селёдку сзади. — Ага, вот так. Нарушишь клятву, ищи себе другого учителя…
Мой голос далёким эхом растворился в шелесте листвы, стало оглушительно тихо. Прошла минута, за ней другая. Девушка, стиснув зубы, бегала глазами и прислушивалась, стараясь определить, откуда ей «прилетит».
— Если это шутка такая… Ни разу не смешно! Слышишь⁈ — не выдержала подружка.
* * *
На талию акулины мягко легла пара крепких мужских рук, повеяло запахом пива и терпкого табака. Она вздрогнула.
— Здравствуй, рыбка моя, — прозвучал над ухом Хокори голос Протея.
— Ам… отец? Откуда?
Девушке очень хотелось обернуться, заключить любимого в объятьях, но тело, скованное обещанием, не слушалось.
— Тише, милая. — Дзе поцеловал акулу в кончик уха.
Правая рука седьмого скользнула по бедру к ягодицам подопечной, а левая крепко сжала её
