Сердце Лэйми вдруг бешено забилось. Он не понимал, что происходит, — это зрелище было совершенно незнакомо ему, — но ему стало страшновато. Ему казалось, что все эти звезды летели к нему, вниз, — что они падали.
Он не издал ни звука — он жадно смотрел, слишком удивленный, чтобы думать над своими впечатлениями. Вдруг он заметил другие плывущие звезды — они были желтые и двигалась быстрее зеленых, и им навстречу. Их оттенок показался мальчику знакомым — он походил на блеск тех ракет, что запускали с базы за городом и он вдруг понял, что их выпустили по этим незваным пришельцам. Вот желтая и зеленоватая звезды сблизились… зеленоватая гневно замерцала… и вдруг вспыхнула таким ярким белым огнем, что Лэйми отшатнулся от рамы, прикрывая ослепленные глаза. Свет был столь силен, что окрасил небо яркой голубизной — казалось, мгновенно настал полдень. Из глубины улицы донеслись испуганные вопли.
Свет вспыхнул красным, синим, снова красным, медленно потускнел и погас, — но там, где сияли две звезды, сейчас тлело странное белое облачко, словно бы озаренное далеким, невидимым солнцем. Ослепленный вспышкой мальчик уже не видел движения других звезд, однако, что происходит, он понял — он видел невообразимую битву с кем-то Извне, с какими-то непредставимыми врагами. Он увидел еще одну долгую белую вспышку, еще, еще, еще… потом небо вдруг прорезали огненные линии. Их было много, десятки, но Лэйми заметил, что они все группируются на юге, — над океаном.
Прежде, чем он успел понять, что происходит, линии стали шарами, оставляющими огненные хвосты, потом — яркими рыже-белыми солнцами, заставив его отвернуться от окна. Его голову заполнило резкое, рождавшееся где-то в ее глубине шипение.
Лэйми бросился на пол, инстинктивно пытаясь заползти под кровать. В плывущем, неестественно ярком свете он вдруг увидел удивленное лицо открывшего дверь Ликса и ему стало мучительно стыдно. Он поднялся и вернулся к окну, делая вид, что ничего не произошло.
Хвостатые солнца закатывались за горизонт. Там вдруг встала ослепительная заря… мучительно медленно угасла… тут же вспыхнула вновь… и вновь… и вновь… Потом пол под ними подскочил и провалился вниз так, что в животе у Лэйми ёкнуло. С потолка на его голову посыпалась штукатурка, зазвенело бьющееся стекло, старый дом издал оглушительный треск, словно распадаясь на части.
Ликс судрожно вцепился в Лэйми, прижав младшего брата к себе. Тот сам был убежден, что сейчас умрет. В соседней комнате со страшным треском рухнул шкаф и мальчик отчаянно зажмурился. Сейчас… сейчас…
Через какое-то время он понял, что в комнате по-прежнему тихо и темно. Они стояли, недоуменно глядя друг на друга, потом вдруг истерично рассмеялись.
Когда занывшие ребра заставили Лэйми замолчать, он повернулся к окну. Внизу, на улице, метался испуганный народ, но мальчик туда не смотрел. Вдали, над крышами, виднелся ряд призрачно-белых светящихся столбов. Их было больше десяти. Словно разбившись о небо, они опадали вниз струящимися куполами. Это было неожиданно красиво, но Лэйми вновь охватил ледяной страх. Что это? Что происходит с его миром?
Высоко в небе он разглядел желтую звезду какой-то ракеты — она застыла, словно в задумчивости. Он перевел взгляд на Ликса, — тот был в одних плавках, — потом смутился, сообразив, что сам стоит почти нагишом.
Одевшись, он немного успокоился. Страх отступил. Хотелось куда-то бежать, что-то делать… он снова подошел к окну. Ракета исчезла, но на месте светящихся столбов теперь темнел ряд низких горбатых облаков. Лэйми показалось, что их соединяют с морем уходящие за горизонт, расширявшиеся книзу колонны, но он не был в этом уверен. Было слишком темно.
Открыв окно, братья навалились животами на подоконник, глядя вниз. Суматоха на улице все возрастала. Теперь на ней густо мелькали милицейские и откуда-то доносились выстрелы. Через несколько минут, совершенно беззвучно, над берегом вдруг встала белая стена. Она походила на всплеск прибоя, но была огромной — ее пенные столбы взметнулись выше Цитадели. Лэйми еще успел заметить в ней темные силуэты кораблей, затем могучий тупой удар покачнул дом, заставив его испуганно отпрянуть от окна. Сначала все происходило в пугающей тишине, затем накатился сокрушительный грохот, заставив все вокруг завибрировать. Он все не прекращался и не прекращался, яростный порыв ветра ворвался в комнату, неся пыль и почему-то брызги пахнущей рыбой соленой воды.
Оглушенному Лэйми показалось, что настал конец всего и мир немедля погрузится на дно океана. Тем не менее, все и на этот раз стихло. Когда они осмелились подойти к окну, то не заметили никаких разрушений. Свет везде погас, но черный треугольник Цитадели все так же угрюмо зиял на фоне звездной пыли неба. Только улица внизу вдруг стала странно подвижной — она была залита водой и по ней гуляли зеркально-темные волны.
Вдали показалось что-то, похожее на призрачную серую стену — она стремительно росла, и, очевидно, приближалась. Несколько секунд мальчик, как зачарованный, смотрел на нее, затем поспешно отступил — и вовремя.
Воздушная волна отбросила его к стене, словно куклу. Он упал на постель и потому не ушибся. Потом его качнуло назад и уши пронзила острая боль. Он испытал мгновенный, короткий приступ удушья… затем все кончилось.
— Ч-что… ч-что это? — спросил он через полминуты, поднявшись.
Ликс открыл рот, чтобы ответить, — но тут за крышами снова взметнулась пенная стена и через несколько секунд все здание потряс могучий глухой гул. Обезумев от страха, они бросились в ванну. Заперев дверь, братья скорчились на полу, прикрывая руками головы. Очередная ударная волна снесла дверь с петель с оглушительным треском и ворвалась внутрь, осыпав их мусором. Грохот, содрогания пола, неистовые порывы ветра — все слилось в чудовищную какафонию…
Когда все стихло, Лэйми поднял голову. Свет близкого пожара падал на лицо Ликса и в глазах брата застыл страх.
3.— …Как вы уже знаете, разум существует среди множества звезд — и потому межзвездные просторы полны опасностей. В них обитает наш Враг и мы следим за ним уже очень давно. Но это не только наш Враг — это Враг всего живого и всего разумного, ужасные твари, существующие с единственной целью — размножаться и пожирать, — голос Императора Охэйо казался странно насмешливым, словно он думал об чем-то своем, безмерно далеком и от подданых, и от войны. Лэйми был еще слишком мал, чтобы интересоваться новостями, но вся его семья собралась у приемника. — Нападение Врага стало жестом отчаяния и голода и объединенным силам ПКО Джангра удалось уничтожить все единицы Мроо в открытом пространстве. Четыре матоида полностью разрушены в космосе, один — при падении на территорию Империи возле Рохаса. Но еще одиннадцать, получив фатальные повреждения, обрушились в океан, частично сохранив активную биомассу и распались на миллионы меньших особей прежде, чем мы успели их добить. Скоро наши побережья подвергнутся атаке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
