Лэйми озадаченно нахмурился. Он уже очень давно не вспоминал о детстве и память о нем всплывала нелегко и не полностью. Похоже, какая-то ее часть — и вовсе не маленькая — стерлась за века неспешного изучения Вторичного Мира. Но кое-что он-таки помнил.
5.К закату небо очистилось от облаков. Воздух был очень влажный, от земли явственно поднимался пар. Теперь уже отчетливо была видна исполинская арка Зеркала — похожая на радугу, но только белесо-мутная и небо в ней было чуть-чуть другого оттенка. Под ней виднелись плоские массивы громадных белых башен-генераторов… и Лэйми помотал головой, отчаявшись вспомнить что-то связное.
Да, тогда Зеркало уже существовало, просто было гораздо слабей, чем сейчас. Ныне же мир, ограниченный Зеркалом, был скрытой страной, отрезанной наглухо по крайней мере от двух из трех потаенных слоев мироздания — хаоса, света и тьмы. Все свои силы Лэйми посвятил ему, лишенный, — как, впрочем, и все хониарцы, — возможности наблюдать за тем, что творится снаружи.
Тогда, два века назад, каждый человек должен был решить, покинуть ли мир Зеркала, чтобы воевать, или остаться и ждать, пока остальные воюют. Но правда ли это, — Лэйми не знал. Многие из современных хониарцев — те, что были слишком малы, чтобы запомнить хоть что-то о жизни вне Зеркала — считали, что Императору Охэйо не нравились люди, слишком завистливые и злобные, судя по древним хроникам. Решив вывести более совершенную их породу, он отобрал детей — самых лучших, разумеется — чтобы они росли здесь, за Зеркалом, вместе, одни, учась тому, что Император дает им… и потом, повзрослев, стали его наместниками или еще какими-нибудь владыками. Конечно, думать так было приятно. Только вот за ними почему-то так никто и не пришел…
Но что, если действительно не было никаких Мроо — трудно ли обмануть маленьких детей? — и их просто заперли здесь, чтобы они учились сами, на опыте, накопленном всей предыдущей культурой? А потом создавали те вещи, которые должны были бы в ней быть, но их просто не придумали — и они здесь затем, чтобы сотворить их, заполнить оставшиеся пустыми места?
Так тоже считали здесь многие. Но Лэйми, представься ему такая возможность, не остался бы под Зеркалом, ибо ценой безопасной и богатой жизни в Хониаре была тоска, какая порой охватывала его в этом бесконечно длинном вечере. Однако он не хотел терять знание, которое, — хотя и слишком медленно, — обитатели его мира извлекали из небытия. Впрочем, возможности выбирать себе мир у него не было — когда разделение людей завершилось (а за Зеркалом их собралось столько, что они заполнили бы почти любой из крупнейших городов Империи Джангра) оно оградило его стеной из Сил, что были прочнее стали: она сомкнулась в небесах и в глубинах земли. Зеркало стало границей этого потаенного мироздания. Может быть, во Вселенной и были силы, способные его пересечь, — но для людей, и всех творений их рук, и для всех живых существ, обладали они плотью или нет, оно было непреодолимо. Никто из жителей города не знал, что происходит Вовне, — а догадкам был посвящен целый зал Библиотеки…
Но что, если Вторжение Мроо разрушило весь мир за Зеркалом и он уже никогда не будет принадлежать человеку? Этот же мир жил только за счет прошлого. Но ведь оно не может длиться вечно…
Хониар, Джангр, 201-й год Зеркала Мира, реальность
6.Лэйми помотал головой. Прошлое, по его мнению, было местом отвратительным и страшным. Впрочем, настоящее — внешнее — наверняка было еще хуже. Ему повезло оказаться здесь, но он совершенно не помнил, как попал под Зеркало Хониара. Наверняка, в сей судьбоносный час он так крепко спал, что и не мог ничего запомнить. Но на самом деле его семья прорвалась сюда с очень большим трудом…
Он поднялся и, сделав несколько шагов, запустил руку в глубь полки, вытащив наружу тонкую пачку пожелтевших, исписанных от руки листов, заключенных в самодельную обложку из картона — мемуары своего старшего брата. Ликсу тогда было всего лет семнадцать. После включения Зеркала он продержался достаточно долго, чтобы записать свои впечатления и адресовать их ему, младшему брату, который, как он знал, сможет тут жить. Собственно, им следовало находиться совсем в другом зале и даже на другом этаже Библиотеки, но Лэйми притащил их сюда — слишком важным и интересным было то, что скрывали эти, выцветшие и уже с трудом разбираемые строчки.
Он поудобнее устроился в любимом кресле и начал читать. Первые листы рукописи давно затерялись, но это было неважно. Он все равно никогда их не видел.
Империя Джангра, 0-й год Зеркала Мира, реальность
7.«…Граница городского щита встретила нас чудовищной суматохой. Здесь собрались сотни тысяч людей, искавших укрытия за Зеркалом Хониара. К нашему удивлению Врата в нем были заперты. Мроо продолжали наступать, однако то ли по приказу наместника, то ли просто из страха, но охрана не пропускала внутрь никого.
Я, разумеется, не пожелал в это верить. Проехать к Воротам было уже невозможно и мы с отцом направились туда пешком.
Границу Зеркала отмечал высокий вал выжатой при землятрясении глины. Между ним и уцелевшими домами окраины возник широкий пустырь, заваленный обломками разрушенных при включении поля зданий. Возле Ворот в этом валу уже был прокопан широкий проход. Напротив них толпились люди, но близко к ним никто не подходил. Я решительно направился вперед, не обращая внимания на повисшее вдруг вокруг молчание. Но, стоило мне сделать едва десяток шагов, из амбразуры левой башни в меня плюнуло белой молнией. Я не сразу понял, что выстрел был предупредительный — мне опалило брови, а волна раскаленного воздуха отбросила меня назад с такой силой, что я покатился по бетонным обломкам и пребольно ободрал локти. Встать на ноги удалось относительно легко, но в ушах звенело, а перед глазами плавали темные пятна. Я зажмурился и помотал головой, затем перевел взгляд на широкое пятно развороченной, обожженной земли. Таких пятен здесь были уже сотни, они накладывались друг на друга, образуя причудливый узор…
Я заорал с такой силой, что мне отозвалось эхо. Но, как я ни старался, никакого ответа не последовало. Нас не слушали и не хотели слушать.
Хотя отец решил, что никто не помешает нам вернуться домой, мне, если честно, совсем не хотелось туда лезть. Но Мроо, эти твари, о которых говорил Император, двигались по шоссе, ведущему к Хониару, и еще до вечера могли быть здесь. Сам я ничего толком не знал, но говорили, что это нечто чудовищное. Конечно, мы могли уйти в леса, но если они и не отыщут нас там, многие из нас умрут от голода. Другим план штурма тоже не нравится, но выбирать было не из чего. Мне совсем не хотелось, чтобы мой маленький брат и все мои родные умерли…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
