на Тьму, запятнавшую Изобретателя.
Порча Древнего Бога целиком пронизывала все тело механогнома, хотя и не была столь же сильна, как в старшем кураторе. И золотое пламя стремилось ее пожрать, уничтожить. Не в соответствии с желанием своего хозяина, но следуя собственной природе.
В какой-то момент огонь набрал достаточно силы, чтобы резко вспыхнуть ревущим столбом, заглушив голос хранителя. Начав закручиваться вихрем, пламя принялось проявлять деструктивный аспект, пытаясь уничтожить антагониста.
Неприятно удивившись открытию, такое происходило впервые, Первый Страж резко одернул руку, следом за ней срывая золотой покров. Пламя послушно вернулось к нему на предплечье, усилив пылающий плащ. Он и не думал утихать, к тому же и копье вернуло прежнюю температуру, дополнительно его подпитывая.
Механогном рухнул на осколки камней, оставшись без поддерживающей в воздухе силы. Его тело приобрело легкий малиновый оттенок, в остальном оставшись целым. Еще одно мгновение промедление, и пламя могло полностью пожрать хрупкий конструкт.
— Твой огонь уничтожил мои чары. — прокомментировал Малигос. — Интересное открытие.
— Мимирон… Мимирон… поврежден. — прерываясь и хрипя, подал голос Изобретатель. Некоторые из внутренних механизмов явственно пострадали. — Запрашиваю ремонт…
— Мой огонь хорошо подходит для выжигания Тьмы, но плохо справляется с мягким влиянием относительно нее. В случившемся не нашлось места моей воле.
«Не знал, что такое возможно. Не уследил. Моя сила изначально слишком агрессивна. В ее основе, прежде всего, лежит именно яростное пламя, а не Свет. Поэтому и избавиться от порчи огонь пытается соответственно своей природе. Сжечь. Раньше моральный компас Тиамат лежал на стороне добра, поэтому для нее моя сила была относительно безвредна. Теперь же, он смотрит в противоположную сторону, если судить об ощущениях, когда касался ее. Пламя попросту попытается испепелить ее»
От вспыхнувшей на душе досады, эльф скрипнул зубами и сделал глубокий вдох в тщетной попытке унять неприятные эмоции.
— Удалось? — Алекстраза встала бок о бок с Первым Стражем и протянула руку, намереваясь коснуться его плеча, однако одернула себя.
— Да. В нем больше нет ростков, посаженных Йогг-Сароном. — Последний из Обугленных кивнул, с готовностью переключая внимание с собственных нерадостных мыслей.
— Перегрев внутреннего ядра. — голос Мимирона изменился, утратил высокие нотки. Стал абсолютно монотонным, машинным. Другим. — Взрыв через: 3… 2… 1… БУМ!
Аспект Магии заинтересованно приподнял бровь, да окатил механогнома волной жуткой стужи, едва не заковав его в литой кусок льда. От перепада температур металл растрескался, но тело хранителя уцелело. Не разлетелось на куски.
— Испугались?! — Изобретатель вскочил на ноги и начал бешено вращать головой на все триста шестьдесят градусов.
— Жалкое сознание, ты так же похож на Мимирона, как и бесконечно далек от него. — отец лазурного рода раздраженно пнул механогнома, опрокинув его обратно на землю. Пусть он и был с него размером, это нисколько не помешало перевоплощенному дракону.
— Мои сканеры распознают в вас драконов. — голова Изобретателя сделала последний оборот, пока он поднимался, прежде чем зафиксироваться в одном положении. Нацеленной на обидчика. — Глав стай.
— Отвечай, кто ты есть.
— Я Мимирон. И не Мимирон. Я больше, чем он. Или меньше? И больше, и меньше! Настоящий гений инженерной мысли! Хранитель Ульдуара, назначенный самим Пантеоном. А за то, что ты меня пнул, я соберу в твою честь бота из металлолома. Будет жрать мусор. Или жечь. Жрать и жечь! Крылатая сволочь. Так и назову.
— Мимирон, которого мы знали, выглядел иначе.
— Не захотел добровольно подчиняться воле узника, поэтому Локен меня убил. — голова механогнома повернулась к Хранительнице Жизни, а вот тело так и осталось в прежнем положении. — Но слуги создали новое тело. Теперь я такой. — со скрипом произошел еще один оборот. — А тебе спасибо, незнакомый дракон. Ты смог освободить бесценный разум от шепота. Хотя ты меня почти расплавил, как кусок металлолома, я не стану делать для тебя мусорного бота.
— Хранитель, Йогг-Сарон обрел огромное влияние на Азерот. Мы подозреваем, что ему почти удалось вырваться из темницы. Он даже смог осквернить Изумрудный Сон. — слово взяла доселе молчавшая Изера. — Нам нужны ответы и твоя помощь, чтобы снова сковать его, если возможно.
— Тень его щупалец давно окутала Ульдуар, но еще есть шанс. Существует механизм управления и ремонта темницы, мы можем его использовать. Для запуска понадобится собрать всех хранителей. Сможете?
— Главный куратор мертв, и не известно, живы ли остальные.
— С этого следовало начинать, золотой. — показательно вздохнув, хотя физически и не мог этого сделать, Изобретатель махнул на сборище драконов рукой. — Мы все умрем.
— Локен предрекал конец, теперь ты. В чем причина? — взор Алголона устремился на юг, к остальному миру.
«Я обрек на смерть всех жителей Азерота? Существует слишком много способов уничтожить как планету, так и большую часть жизни. Разумной уж точно. Но всем им можно противостоять»
— Протокол обновления. Уходя, титаны оставили наблюдателя, Созвездие. Его задача совершать проверки планеты, сообщать Пантеону о результатах. Смерть главного куратора означает нарушение планов титанов, угрозу. Сигнал уже ушел к Созвездию и скоро он спустится из космоса, проведет проверку, обнаружит влияние Древнего Бога, органические формы жизни. Запустит очищение поверхности планеты на молекулярном уровне.
— Тебе известно, куда конкретно он явится? — во вспышке света, в левой руке владыки Цитадели оказалась Эгида. Он не собирался пренебрегать собственной защитой, не имея представления о возможностях противника. — Я попытаюсь его остановить.
«Убить одного, если понадобится, мне уж точно по плечу. Такой вариант куда лучше болезней или иной формы уничтожения. Достаточно помешать привести в действие заготовленные протоколы, дабы избежать проблем»
— Священный Планетарий, я тебя отведу.
— Пойду с тобой. — произнес Малигос. — Вместе наверняка справимся.
— Хорошо. — Первый Страж кивнул. — Маг и заступник одна из лучших связок в бою.
— Не торопитесь умирать, чешуйчатые. — механогном привлек всеобщее внимание. — Наблюдатель появится не раньше, чем через день. Без главного куратора у нас нет шанса склонить его на свою сторону, а убить не получится. К тому же процесс очищения поверхности планеты запускается при помощи оставленных титанами механизмов. Созвездию достаточно отдать команду.
— Что ты предлагаешь? — королева драконов положила правую руку на бедро.
— Нам нужно истребить всех слуг Йогг-Сарона и привести в здравый ум остальных хранителей. Если Наблюдатель увидит нашу сплоченность и стойкость перед врагом, возможно, получится отсрочить обновление.
— Как быть с Древним Богом? — мать красной стаи нахмурилась. — Разве получится использовать механизм темницы без главного куратора?
— Я смогу перенять эти права, сейчас есть такая возможность, раз уж они освободились. Настоящая проблема в другом: никто из хранителей не разбирается в чарах темницы столь же хорошо, как Локен. Без него у нас может не получиться ее починить.
— Мудрость синей стаи и библиотек нашего
