чтобы расстояние между нами перестало сокращаться, а по пути высматривать удобные места для засады, где можно было бы поставить заслон из самых медлительных членов нашего коллектива. По его задумке одно из таких мест обязательно должно было подвернуться, когда зелья начнут заканчивать своё действие.
Задумка была хоть и людоедской, но в целом разумной, основной приоритет у мужика — это спасение охраняемой персоны, все должны работать на него. Времена с нравами тут суровые и никто из охраны не отделается увольнением, если Кэрана будет убита, а бодигарды останутся живы. Тут уж лучше самому харакири сделать, чем быть казнённым за предательство присяги, долга и прочего, заодно запятнав всю свою семью, которую вряд ли будет ждать что-то хорошее, доброе и пушистое. Но вот мужиков и несколько дам, которые бегут с нами, слушают всё это и знают, что самые медлительные это как раз они, мне было жалко.
Гораздо лучше умереть в лихой атаке, где ты не знаешь наверняка отправишься ли ты на тот свет или победишь, но надеешься на лучшее. Но у войны вообще людоедская логика, как я говорил. Порой каким-то отрядам на Земле запрещали отступать, чтобы они своими жизнями купили время для тех, кто окопается на новых позициях, где враг будет остановлен, а не прорвёт фронт, перебив в итоге ещё больше народа. А сейчас командиры посчитали, что основная группа не может задержаться и вступить в бой, потому что пока он идёт, к противнику могут подойдут новые подкрепления. Потому заслон должен купить «принцессе» ещё больше форы и кому-то для этого придётся умереть.
Я же на бегу смотрел на лица будущих трупов и думал, причём похоже слишком громко. По крайней мере Лизь прислал мне мыслеобраз, которым поинтересовался, не стоит ли нам немного усилить заслон. Бежим мы сейчас далеко не с нашей максимальной скоростью, от преследователей уйдём без особых проблем, потому что десяток-ветровиков на горизонте по прежнему не видать. А вот молниями я могу жахнуть на подготовленной позиции от души, мало никому не покажется, да и брат в состоянии так приложить рычанием двуногих, что им прямая дорога на тот свет. В ответ я спросил, что думает он, Лизь бесхитростно ответил, что те, кто готов остаться нравятся ему гораздо больше, чем те, кто убегает. А вот самому быть дичью, которую гонят, не нравится, другое дело лечь на свой след и показать двуногим, кто тут хищник, а кто добыча. У меня не получилось не усмехнуться, дела двуногих были не столь существенны, как само желание брата быть собой, а не косить под какое-то сраное травоядное животное и я его образ мыслей отлично понимал, потому обратился к своему компаньону:
— Хэган, мы с Лизем тоже немного задержимся, охота посмотреть на преследователей.
— Плохая идея — на бегу ответил мне коллега-ветровик — Ты сам говорил, что там могут быть маги жизни, которых не ощутить.
— Подойдут ближе и почую, а там видно будет. Тем более этот момент тоже хочется выяснить — ответил я.
Отговаривать меня никто не стал, а сосредоточенные лица будущих смертников кажется немного посветлели. Судить об их настроении было всё таки тяжеловато, профессионалы, туда их в качель, морды со всем старанием держат кирпичом. Ну да Небо с ними, у меня просто не вовремя проснулась совесть и желание опять попытаться сохранить хоть чью-то жизнь, а брату хочется пустить немного крови тем, кто посчитал, что может его преследовать. Огорчался в этой ситуации больше всех пожалуй монах, который и так влез туда, где нейтралитет неуместен из-за повеления члена королевской семьи, но Хэган согласился помочь ему не отстать от группы, подставив своё плечо.
Вообще член Небесного Водопада конечно попал в серьёзный переплёт. Одно дело игнорировать разборки знати, но с появлением первого «личиночника» ситуация поменялось, у нас тут был не обычный конфликт феодалов, а самая что ни на есть операция по спасению высокородной дамы от врагов короны и их пособников. Тут никакого нейтралитета быть не может, ты либо с законной властью, либо тоже того, пособник. И теперь монаху пришлось оставить лазарет и лезть в авантюру, возможно подставляя своих коллег, которые ещё живут на землях Мрэмо.
Зелья действовали ещё часа два, алхимики на службе королевского дома не зря если свой хлеб с маслом и чёрной икрой или что там у них в столице вместо него. Не трудно догадаться, что мне был интересен состав и способ приготовления этого «эликсира выносливости», но кто б мне его дал. Только и получилось опознать несколько ингредиентов с помощью наших с Лизем носов, однако некоторые оттенки запахов были нам попросту незнакомы. Может дело в куче реакций на алхимическом столе, а может делались зелья из того, что просто не встречается в Смертолесье. Южнее-то магические леса тоже есть.
Но всё же действие жидкого счастья подошло к концу и мы выбрали неплохое место, чтобы залечь в засаду. Отвалилось от охраны Кэраны четырнадцать человек, парочка шла по Лестницам тела, но остальные относились к водникам и огневикам, которые не обладают настолько выдающимися физическими кондициями. Было даже три женщины, которые для охраны аристократки наверно весьма важный атрибут. С мужиком-то в уборную не пойдёшь, а убийца может и в выгребной яме сидеть. Я ещё в прошлой жизни читал, что какого-то японского сёгуна хитрый ниндзя так грохнул, ударив копьём между булок, а до этого терпеливо выжидая жертву с дыхательной трубочкой в зубах, закопавшись в пахучую субстанцию. Только вот как небрезгливый киллер опознал несчастного так и не понял, не по описанию же его жопы. Хотя может и на ней приметный шрам был или что-то типа того? Впрочем чёрт с ним и с размышлениями, которые лезут в голову от предбоевого мандража.
Я в нашей дружной компании был пятнадцатым, Лизь шестнадцатым и мы вызывали у смертников смешанные чувства. С одной стороны конечно хорошо, что два сильных бойца помогут, так первую волну можно даже пережить. А с другой, я сразу сказал, что наше дело маленькое, задержать преследователей по сильнее, а потом свалить. О том, что мы возможно возьмём кого-то раненого
