передвигаться, он принялся наносить удары так, чтобы Рыцарю было сложнее их отражать. Клэйв и Джейл также усилили напор. По-прежнему держа меч обеими руками, Теолрин чуть присел и принялся наносить рубящие удары, нацеленные противнику в район пояса, в то время как Джейл и Клэйв целились в голову и верхнюю часть груди. В какой-то момент Рыцарь не выдержал и, приняв на щит клинки Клэйва и Джейл, распрямился и попытался отскочить в сторону, к стене с витражами…
Однако к этому маневру Теолрин был готов.
Он пружинисто вырвался вперед, словно осколок во время стеклянного ливня, ударил снизу вверх, заставляя противника останавливаться и разворачиваться корпусом в неудобном для себя положении. Рыцарю ничего не оставалось, как согласиться на это и выставить меч для блока…
И тогда, почти в последнее мгновение, Теолрин изменил траекторию удара.
Гвардейский меч дернулся и, чуть закружившись, понесся по горизонтальной траектории. Если бы Рыцарь стоял в привычной боевой стойке или держал щит впереди себя, он бы легко отразил этот нехитрый трюк… Однако сейчас у него не было ни того, ни другого. Теолрин улыбнулся с облегчением, глядя, его как гвардейский меч неумолимо приближается, врезается в пластинчатый доспех и…
Со звоном отскакивает от пластины, оставив на ней едва заметную царапину.
И это с учетом того, что, насколько видел Теолрин, края гвардейского меча были дополнены кусочками фиолетового стекла.
«Из какого же тогда стекла сделаны эти пластины?!» — опешив, успел подумать Теолрин во время короткой паузы после его удара.
Больше подумать Теолрин ничего не успел — Стеклянный Рыцарь ударил его ногой по груди, отправив в свободный полет.
Воздух мгновенно вышел из его легких, а грудную клетку скрутило тугим узлом. Перед глазами заплясали искры. Меч вылетел из ослабевших рук. А в следующее мгновение Теолрин приложился спиной и головой о что-то тяжелое. Искры, только-только начавшие затухать перед его глазами, вспыхнули, словно костер, в который подбросили несколько щепок прозрачного стекла. Голова загудела, а спину пронзила волна острой боли.
Сжав зубы от боли, Теолрин попытался прийти в себя. Кажется, в спину его врезалось что-то острое — наверное, удар отбросил его на каркас люстры. Он проморгался и, обессиленно кряхтя, попытался принять стоячее положение. Тело отказывалось повиноваться — Теолрин едва сумел приподнять голову и оглядеться. Мир, наконец, стал принимать более-менее отчетливые очертания, и Теолрин с ужасом увидел, как к нему, уже почти вплотную, подошла гигантская фигура. Та самая, которую они почти сумели одолеть…
«Ну, вот и все», — пронеслось в его сознании, когда Стеклянный Рыцарь, не глядя отразив щитом удара Клэйва, занес над головой свой меч.
Сейчас…
Теолрин зажмурился. Интересно, насколько это будет болезненно — умирать? Он надеялся, что сознание покинет его прежде, чем придет боль.
Вот, точно сейчас…
— Сюда! — Его ушей донесся чей-то громкий клич откуда-то сзади. — На помощь! Все, кто может держать оружие! Король в опасности!
Теолрин приоткрыл глаза, все еще ожидая увидеть, как меч опускается сверху вниз убийственным вердиктом. Однако Рыцарь замер в нерешительности. Теолрин видел, как тот смотрит куда-то за его спину, смотрит и… сомневается.
— Сюда! — снова раздался голос. — Здесь убийцы! Король… — Голос оборвался, перейдя в едва слышимый хрип.
Фоном ко всему этому служил привычный звон и лязг — только раздающийся где-то позади. Кто-то отдавал обрывистые приказания, что-то про защиту его величества.
Стеклянный Рыцарь опустил меч и бросил короткий взгляд на Теолрина.
— Даже не думайте, что сумеете уйти безнаказанными, — бросил Рыцарь ему.
А затем, чуть пригнувшись, ломанулся вперед, прямиком поверх каркаса люстры. Клэйв и Джейл проводили его растерянными взглядами. Лишь парой секунд спустя Джейл, по всей видимости, поняла, что происходит, и, перешагнув пару трупов, подскочила к Теолрину.
— Жив? — коротко спросила она.
Теолрин едва сумел кивнуть. Силы мало-помалу возвращались к нему, но боль почти не уменьшалась.
Джейл протянула ему левую руку, помогая подняться. Теолрин не стал отказываться от такой поддержки. Его зашатало, как пьяного, когда он встал, причем так, что он едва не повалился обратно.
— Нужно уходить, — процедил Клэйв, нервно озираясь по сторонам. Теолрин едва расслышал его слова в хаосе из оружейной мелодии и все еще не смолкающих стонов раненых и умирающих. — Уверен, вот-вот подтянутся еще стражники, а то и кто похуже.
Джейл легонько встряхнула Теолрина за плечи.
— Ты как?! — крикнула она ему в лицо, видимо, думая, что он оглох. — Идти сможешь?!
— Да, — выдавил из себя Теолрин.
Клэйв кивнул и, не убирая оранжевый меч, принялся прокладывать путь к выходу. Джейл, окинув Теолрина подозрительным взглядом, зашагала следом за Клэйвом. Теолрин, все еще пошатываясь, шагнул было вперед, когда где-то рядом прозвучал мужской голос:
— Эй, ты. — Голос был полон боли, однако при этом умудрялся звучать требовательно. — Мне придавило ноги и руки. Помоги выбраться.
Какая-то знакомая интонация заставила Теолрина помедлить и развернуться. Сумев напрячь глаза, он разглядел придавленное куском люстры тело. Рядом с ним лежала маска. Маска в виде коронованного тигра, насколько он мог разглядеть. В этот момент Теолрин понял, кто сейчас просит его помощи… Точнее, требует ее.
— Ваше высочество. — На лице Теолрина расцвела, сама собой, непрошеная ухмылка. — Принц Дэнвейс.
Он вспомнил девушку, с которой беседовал и танцевал. Тирэн. Принцесса Тирэн. Интересно, удалось ли ей выжить в этом хаосе?..
— Ты кто, нахрен, такой? — Похоже, Дэнвейсу не очень понравился тон, которым его поприветствовал Теолрин. — А, неважно. Черт, вытащи меня отсюда! Это приказ!
Теолрин сделал шаг к принцу. Его правый ботинок опустился точно на маску, с хрустом раздавив ее. Какое-то непривычное, трудно описываемое чувство разгорелось внутри Теолрина сейчас, когда он видел этого щеголя беззащитным, но все еще наглым и высокомерным.
«То есть ты еще не определился, на чьей ты стороне, правильно?» — всплыл в его памяти вопрос Факела.
Похоже, он действительно больше не мог соблюдать нейтралитет. А раз так…
Теолрин опустился на корточки рядом с головой кельментанийского принца. Правая ладонь дернулась в сторону, чтобы взять один из многочисленных осколков, оставленных падением люстры.
«Ты не монстр, Тео, — промелькнуло в его мыслях. — Не надо. Ты не такой. Ты можешь быть лучше…»
— Эй, эй! — заверещал Дэнвейс. Даже в полумраке Теолрин видел, как его глаза распахнулись от ужаса. — Какого хрена ты делаешь?
«В этом мире не выжить тем, кто пытается стать лучше, — ответил Теолрин на свой же вопрос. — К тому же… Мы слишком далеко зашли, чтобы останавливаться на полумерах».
Сжав пальцами осколок, Теолрин медленно, словно соблюдая некий священный ритуал, поднес его к лицу испуганного принца. На свету осколок вспыхнул ярко-оранжевым, почти
