Он охнул от неожиданности, придержав ушибленное место, и злобно зарычал, подняв на меня глаза. Мы, наконец, столкнулись взглядами. Лицо воина вытянулось, глаза широко распахнулись, рот чуть приоткрылся от изумления.
- Арн?.. - выдавил из себя противник хрипловатым голосом, и я застыл.
Да, он повзрослел, возмужал и теперь несколько отличался от образа, запечатлевшегося в моей памяти, но все же это был мой брат. Высокий, статный, кареглазый, с темными бровями, каштановыми волосами, тонкими губами, вокруг которых росла аккуратная окладистая бородка, казавшаяся светлее бровей и волос. Кончик носа был едва заметно загнут вниз, что придавало профилю хищных черт. С возрастом лицо брата стало чуть более вытянутым и тонким. Роста и телосложения мы были примерно одинакового. Мне казалось, что я смотрю на незнакомца и одновременно в зеркало.
- Ты жив, - снова пробормотал он.
Время замерло. Я понял, что уже почти минуту не дышу. Что-то сковало меня, я словно увидел призрак, и это видение полностью лишило меня возможности двигаться. Было страшно вслух произнести имя брата, было непривычно слышать свое. Теперь, когда прошлое фактически смотрело мне в глаза, я хотел сбежать от него, но вместо этого превратился в соляной столб. И, похоже, брат чувствовал то же самое.
Сзади послышались шаги. Ко мне приближалось два стража Орсса.
- Командир! - обеспокоенно выкрикнули они, обнажив клинки. У них была невероятная скорость, и, думаю, им хватало фехтовального мастерства. А моя правая рука подрагивала после нескольких схваток, и я понимал, что сейчас не сумею одолеть двух искусных противников.
Тьма шевельнулась внутри меня. Дексы отозвались и встали на мою защиту. Краем уха я услышал, что Кастер встал и схватил клинок, однако нападать не спешил.
- Вы, что спятили?! - грозно выкрикнул один из подоспевших стражей, обратившись к демонам. Те лишь угрожающе оскалились в ответ.
- Арн! - окликнул меня Кастер, и по тону я понял, что это предупреждение. Похоже, лишь он один знал, что дексов сейчас контролирую я.
Брат обратился к демонам.
- Пошли прочь! - воскликнул он, и в его голосе зазвучала сталь. Сыны Отра низко зарычали, замерев. Они не знали, чьим приказам подчиняться. Но ведь Кастер не один из стражей, в нем нет темной крови. Почему же демоны слушаются его? Ответ был очевиден: они получили приказ повиноваться Кастеру от Виктора Фэлла. Я, даже, кажется, припоминаю нечто подобное.... Призраки воспоминаний мигренью вгрызлись в затылок. Я стиснул зубы и попытался не замечать боль, но она упорно усиливалась, как это было в Ургоре, когда Саари пела свою песню, или на поляне недавно. Только не сейчас! Господи, только не сейчас!
Помедлив, дексы все же послушались приказа моего брата и взмыли в небо, освободив воинам дорогу. Я скрипнул зубами: придется сражаться. От боли в голове слезились глаза. Похоже, на этот раз мигрень не собирается отступать так легко. Не знаю, сколько я продержусь. Декс меня сожри, действительно не знаю. Наверное, впервые мне стало по-настоящему страшно за исход поединка. Похоже, случилось то, о чем предупреждал Ольциг...
Схватка началась. Снова раздался звон клинков. Брат на этот раз не нападал на меня, но я старался краем глаза следить за его движениями, насколько позволял затуманившийся взгляд.
Помощи было ждать неоткуда, и когда я подумал, что совершенно точно потерплю поражение, магия Орсса пришла на выручку. Она действовала сама, и на этот раз я позволил ей управлять мною. Тьма змеевиными нитями обволокла лезвие эстока, и, лишь раз коснувшись клинков стражей, я сумел обратить сталь в пепел.
Вот, что за заклинание мне когда-то давно удалось вплести в свой меч! Как тогда, во время боя с Виктором Фэллом.
Голова разболелась сильнее. Еще немного, и я потеряю ориентацию в пространстве. Нельзя этого допустить, Господи, нельзя! Слишком многое поставлено на карту. Слишком долгий путь мы проделали сюда! Роанар погиб ради этого...
Стражи остались безоружными, но, кажется, были готовы сражаться врукопашную. Что ж, я тоже не собирался отступать. Тьма послушно всколыхнулась внутри меня и готова была вырваться наружу по первому приказу.
Пространство вдруг прорезал крик боли. Женский крик.
Где-то в тумане, озаренным зелеными вспышками я увидел фигуру Филисити. Девушка упала на колени.
Сердце гулко ударило в грудь.
Нет! Проклятье, только не она!
Я отвлекся. Всего на секунду, но эта самая секунда стала роковой ошибкой. Что-то резко схватило меня за шею. Я обернулся и наугад полоснул эстоком. Попал только по воздуху: Кастер быстро успел уйти от моей атаки.
Тьма во мне снова шевельнулась в ответ на призыв, но в глазах тут же помутилось. Стало невозможно дышать, воздух словно выкачивали из груди. Я попытался вновь призвать магию, и тогда боль захлестнула тело, взгляд окончательно помутнел.
- Взять его, - услышал я. Голос брата тонул в сгущающемся воздухе. Кто-то подхватил меня под руки. Я услышал женский стон.
- Райдер... - окликнула меня колдунья.
У меня не получилось ответить. Но, по крайней мере, я точно знал, что Филисити еще жива. Мысль о ней была последней перед тем, как удушье утянуло меня в темноту.
Глава 6. Страж Орсса
Я открыл глаза. Вокруг царил полумрак, было холодно и сыро. Лицо покрылось липким потом. Голова гудела, но приступ мигрени, кажется, миновал. Сколько, интересно, я был без сознания? А Филисити? Ольциг? Что с ними сделали?
Тревожное воспоминание о схватке с орссцами заставило меня судорожно оглядеть помещение, в котором я оказался. Первым, что попалось мне на глаза, была решетка. Примечательным в ней было то, что она имела кремово-белый оттенок. Никогда прежде не встречал тюремных решеток, выкрашенных в белый, а стараниями Массена Гариенна мне довелось поведать не одну. Кто, интересно, сможет оценить по достоинству это бесполезное новшество здесь, в тюремной камере? К слову, в единственной камере, находящейся в этом небольшом подземелье. Похоже, Виктор Фэлл не привык брать пленников. Или они попросту не задерживаются в Fell de Arda надолго, раз для них отведено так мало места...
В полумраке темницы раздался тихий всхлип, отвлекший меня от изучения обстановки. Я приподнялся на локтях и повернул голову в темный угол камеры, где увидел неопределенную фигуру. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы разглядеть в неясном силуэте Филисити и Ольцига, который лежал у ног колдуньи без чувств. Девушка же сидела, прижавшись спиной к грубой каменной стене, подтянув к себе ноги.
- Филисити, - проговорил я, поднимаясь. Голос был похож на хриплый полушепот: в горле совершенно пересохло. Я приблизился к девушке, игнорируя легкое головокружение, и опустился на колени рядом с ней. Лицо Филисити осунулось, под глазами пролегли темные круги. Глаза ее еще блестели от слез, но, кажется, девушка уже не плакала. Я обеспокоенно посмотрел на нее, одновременно досадуя на треклятую мигрень, которая лишила меня возможности сражаться в полную силу на берегу Тайрьяры. Ольциг проявил себя как настоящий пророк: случилось именно то, что он предрекал. Возможно, если бы не приступ головной боли, я сумел бы одержать верх над орссцами, и мы не оказались бы в плену. Впрочем, злиться можно было не только на себя, но и на dassa. Дернул же его декс броситься в гущу сражения! Если бы не это, мы могли бы пробраться в Орсс незамеченными. Но в этих рассуждениях слишком много "если бы"...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
