- Крови нет, - сказала она, разглядывая грубую корку, которой покрылась рана, - а значит, это того стоило. Спасибо тебе.
- Надеюсь, это был первый и последний раз, когда я помогаю тебе таким образом. Впредь береги себя, ладно?
На лице девушки появилась вымученная улыбка. Сейчас смотреть ей в глаза было тяжело, и я перевел взгляд на dassa. Ольциг лежал, не двигаясь, грудь его слабо вздымалась в такт дыханию.
- А что сделали с ним? - осторожно поинтересовался я.
Филисити глубоко вздохнула.
- Когда мы перешли Тайрьяру, он сыпал проклятиями вперемешку с просьбами вылечить мою рану. Поначалу орсский командир только смеялся, но ему быстро надоели причитания dassa, и он насмешливо позволил ему попытаться меня вылечить. У Ольцига, как ты понимаешь, ничего не вышло. Он кинулся на командира с кулаками, и тот ударил его по голове рукоятью меча...
Я поморщился. Представляю, какой силы должен был быть удар, если монах до сих пор без сознания.
- Надеюсь, его память не пострадает. Похоже, в Орссе это любимый прием.
Филисити сочувственно склонила голову. Я вздохнул, устало потерев глаза.
- Проклятье, это моя вина, что мы попали сюда. Dassa был прав насчет меня: я не смог сражаться, и мы... я подвел вас.
- Райдер, - девушка накрыла мою руку своей, - не надо себя винить. Я видела, как ты сражался. Вряд ли кто-то на твоем месте выстоял бы дольше...
Она ошибалась. Кастер. Кастер выстоял бы дольше. Он настоящий мастер, а ведь при этом он человек. Даже не страж Орсса. В нем нет темной крови, которая придает скорости и силы. А во мне есть, и все же я с трудом одолел брата.
Однако говорить об этом Филисити я не стал: знал, что в ответ услышу слова поддержки и утешения, и был заранее благодарен за них девушке, вот только глупо тешить себя иллюзиями. До встречи со стражами Орсса я невольно поддавался всеобщему заблуждению, считая себя если не лучшим, то точно одним из лучших мастеров фехтования. Его Величеству и Массену Гариенну удалось убедить меня в этом. На деле же приходится признать, что против стражей Орсса у меня есть только одно существенное преимущество - магия. Но не знаю, насколько она поможет мне выполнить полученное задание, ведь против Виктора Фэлла она преимуществом не является.
- ... тем более после того, как на тебя надели ту дрянь, ты тоже, кажется, потерял контроль над магией. Ее словно обратили против тебя, - задумчиво проговорила девушка, заканчивая свою мысль.
Я непонимающе качнул головой.
- О чем ты?
Филисити прищурилась.
- О том ошейнике. Ты не помнишь?
- Каком еще ошейнике? - я невольно дотронулся до шеи рукой и не обнаружил на ней ничего, кроме нательного креста, подаренного Дайминио.
- Командир орсского отряда надел на тебя ошейник, когда ты начал сражаться с двумя стражами и отвлекся от него. Не знаю уж, как ему удалось извернуться, но эта дрянь ловко обернулась вокруг твоей шеи. Как только ошейник оказался на тебе, ты почти сразу упал, не сумев применить магию. Думаю, орссцы могут блокировать и твою силу.
Я задумчиво потер подбородок. Что-то ведь действительно начало душить меня на берегу Тайрьяры, когда я попытался применить магию. От головной боли я тогда с трудом что-то соображал, но, скорее всего, Филисити права. У орссцев есть способ взять под контроль мою магию. Видно, Виктор Фэлл таким образом предупреждает непослушание своих стражей. Хотя, если судить по моим обрывочным воспоминаниям, непослушание среди людей для Орсса - вещь, из ряда вон выходящая.
- Что ж, по крайней мере, сейчас на мне никакого ошейника нет, - пожал плечами я. Филисити кивнула.
- Его сняли, как только бросили нас сюда.
Я криво улыбнулся.
- Странное решение, но, пожалуй, оно сыграет нам только на руку. Попробуй привести Ольцига в чувства, я займусь клеткой. Нужно отсюда выбираться.
Я поднялся на ноги и встал напротив решетки. Филисити, придерживая раненое плечо, присела на колени перед Ольцигом, неуверенно поглядев на меня.
- Постой, а что будет, когда мы выберемся?
Резонный вопрос, декс его забери. И ответа на него у меня не было.
- Честно говоря, плана действий у меня пока нет, - повел плечами я, - но чего мне однозначно не хочется, так это торчать здесь пленником. Доверимся Ильме, раз уж она богиня удачи. Она подскажет нам, что делать дальше.
Филисити криво улыбнулась.
- Ольциг назвал бы твои слова ересью, - пожала плечами она. Я вернул ей улыбку.
- Разбуди его, и я лично выбью из него дурь с превеликим удовольствием.
Девушка усмехнулась и, кивнув, попыталась привести в чувства dassa. Я сосредоточился на темном облаке. Оно отозвалось на призыв, я выставил руку вперед и направил тьму в толстые прутья, которых вот-вот не станет.
Облако понеслось вперед, с силой врезалось в решетку и... растворилось.
Я изумленно замер. Ничего не произошло. Проклятье, темная магия Орсса обладает способностью обращать металл в пепел! Я лично проделывал это на берегу Тайрьяры в бою со стражами.
- В чем дело? - тревожно спросила Филисити. Я обернулся. Ольциг все еще лежал без сознания. Похоже, на этом фронте у нас тоже не было успехов. Что ж, рано мы понадеялись на удачу. Видно, взгляд Красной Птицы Ильмы на этот берег Тайрьяры не распространяется...
- Райдер? - снова окликнула девушка, так и не услышав от меня ответа. Я лишь качнул головой, подозрительно глядя на толстые белые прутья решетки.
- Не сработало. Не понимаю...
- Попытайся снова, - с нескрываемым беспокойством в голосе сказала Филисити. Я вздохнул и предпринял вторую попытку. Снова ничего. Тьма попросту рассеивалась, касаясь решетки.
- Проклятье! - прошипел я, делая несколько шагов в сторону непробиваемой преграды, отделяющей нас от свободы, - из чего же она сделана, что моя магия не может пробить ее?
Филисити набрала в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, в тот момент, когда я раздраженно схватился за толстые белые прутья, позволяя тьме вырваться наружу.
Боль оказалась такой резкой и внезапной, что я не сумел сдержать крик. Ноги подкосились, и я тяжело рухнул на колени. Боль поднялась от ладоней до шеи, растеклась по позвоночнику и взорвалась во всем теле пороховой бочкой. Казалось, что что-то выжигает все мои внутренности, и эта мука длилась до тех пор, пока руки касались прутьев решетки. Клянусь, эти считаные секунды показались мне часами.
- Райдер! - услышал я: Филисити испуганно склонилась надо мной, - Райдер, ты меня слышишь? Что случилось?
- Не знаю, - промычал я, стараясь унять мелкую дрожь в теле, и осторожно приподнялся. Теперь белые прутья казались мне вовсе не столь бесполезным "украшением"тюремной камеры. Решетка обладала некой силой, не позволяющей ее разрушить. По крайней мере, с помощью темной магии, а другой мы и не располагаем. Из моей груди вырвался тяжелый вздох, - кажется, выбраться отсюда будет не так просто...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
