Пусть планы после встречи с Расой несколько изменились, но так даже лучше. К тому же старшая дочь бывшего Кадзекаге была довольно сильна и привлекательна, а также ей исполнилось шестнадцать...
Рядом недовольно цыкнула Мидзукаге, снова отвлекая Сасори от мыслей. Он взглянул на арену. Перевес в битве явно был за Агарой: у него было больше техник и их вариаций, хватало чакры и сообразительности, чтобы провести бой на своих условиях. Чоуджуро был погружён по колено в землю — явно попал в ловушку. Широкий меч выписывал замысловатые круги, но инициатива теряется с потерей мобильности. Через несколько секунд жгуты песка, выстрелившие из земли, связали генина Тумана. Сасори хмыкнул. Очень уж управление песком напоминало технику Расы. Конечно, в Суне были ещё люди, которые именно так управлялись с земляными техниками, но именно песок… Заставляет задуматься. К тому же тот белобрысый парень, который сдался Агаре в предыдущем бою, показал техники одного из кланов Страны Воды.
При нахождении в ближнем круге Хокаге Орочимару, все эти подозрения вполне укладываются в стройную теорию. Змеиный саннин всегда интересовался чужими техниками и особенными кеккей генкай различных кланов. А ещё его бывший напарник частенько прохаживался по селениям и набирал себе молодые таланты. Так что вполне возможно, что и Кимимаро, и этот Агара — один из вкладов Орочимару в свою деревню.
И, как показали экзамены, — довольно серьёзный вклад. Сасори задумался о том, что сейчас Суне весьма выгодно «дружить» с Конохой. Они ближайшие соседи, и у Листа всегда были несколько напряжённые отношения с Камнем. К тому же выходка родственника Хокаге даёт вероятность благосклонного отношения с Конохой и Страны Воды. Особенно если учесть, что и Хокаге, и Мидзукаге — обе женщины и, возможно, станут кем-то вроде подруг. Насколько это вообще возможно между шиноби из разных стран и Каге. Во время гражданской войны в Стране Воды Облако держало жёсткий нейтралитет и не спешило помогать бывшим союзникам. В такой момент, с новой Мидзукаге, когда неизвестна её будущая политика, но показано, что Киригакуре не теряет хватку и продолжает воспитывать сильных бойцов, всё могут решить несколько вовремя оброненных слов.
И Чиё, и Раса успели поведать, кто «помог» Суне избавиться от джинчуурики. Сасори покосился на Хошигаки Кисаме. Предъявлять какие-то претензии бессмысленно, особенно если в Тумане знают, что у них нет своего джинчуурики. Так Суна может и вовсе потерять статус Великой Страны, и её просто разорвут соседи. Тот же Дождь, который, несмотря на свою крошечность, весьма амбициозен из-за Ханзо; впрочем, Лидер «Акацуки» со своим перечёркнутым знаком четырёх косых полос спит и видит себя на месте старика Саламандры.
— Я хотел бы сделать небольшой подарок Цучикаге и разъяснить один момент, пока мы ждём последнего финального поединка, — сказал Сасори. Он махнул рукой, и Сунараши достал из рукава свиток с запечатанным нукенином Страны Камня.
Старик Цучикаге подозрительно сощурился и сделал знак. Бородатый здоровяк с тяжёлой челюстью принял и распечатал свиток.
— Это Фуринто-сан! — воскликнул здоровяк и на шаг отошёл от трупа, к телу которого приварился слегка обугленный плащ «Акацуки».
— Несколько дней назад этот человек напал на мою свиту. С ним был ещё один, к сожалению, ему удалось сбежать, — медленно сказал Сасори. — Хотелось бы уточнить, это провокация, оскорбление или объявление войны? А то я что-то не понял.
— Фуринто объявлен нукенином год назад, — вмешался второй охранник Цучикаге и полез во внутренний карман. — Я достаю книгу розыска. Вот, посмотрите.
— Как мило, — с сарказмом заметил Сасори, убедившись, что фотография нукенина находится в середине книги и даты совпадают. — Похоже, что мой охранник может претендовать на десять миллионов рьё?
— Конечно, — выдавил из себя Цучикаге, тяжёлым взглядом пробуравив труп. — Мы готовы оплатить означенную сумму прямо сейчас.
Сасори усмехнулся: никто из бывших коллег не обратил внимания на знакомую одежду в красных облаках. Но, пожалуй, заказов от Камня «Акацуки» больше не видать, а пропавший казначей станет помехой в попытке стравить другие страны с Сунагакуре. К тому же на него с интересом посмотрели Хокаге и Мидзукаге. Он продемонстрировал изящное решение проблем, показав, что Суна по-прежнему сильна и одновременно — адекватна и не лезет с кулаками, не разобравшись в проблеме досконально. А ещё то, что Суна не имеет явных претензий к Камню, который проявил себя не с лучшей стороны и остался в долгу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Если кто-то и пронюхал, что «Кадзекаге уже не тот», то с ним в любом случае захотят иметь дело.
Часть 2. Глава 27. Долг принцессы
Солнце нещадно палило. Песок тихо шуршал под ногами. Темари подпирала Канкуро, который ещё не совсем оправился от ран, нанесённых в финальном бою мечником Тумана. Они медленно шли в сторону Суны. Темари рассеяно оглядывала знакомую с малых лет пустыню и вдруг осознала, что за месяц пребывания в Конохе привыкла к буйной растительности и более влажному воздуху.
Саммит Каге прошёл без особых происшествий, и, кажется, все дружно выдохнули, когда всё закончилось. Баки-сенсей не особо распространялся, но выглядел вполне довольным, из чего Темари сделала вывод, что саммит принёс пользу их скрытой деревне. Также Баки-сенсей передал им благодарность от Кадзекаге за достойное сражение. Канкуро почти выиграл у превосходящего по силам противника хитростью, а это дорогого стоит. По возвращению домой им обоим должны дать звание чуунинов.
Кадзекаге вместе с охранением отправился в Суну вечером того же дня, когда состоялись финалы экзамена. Темари вместе с Баки на несколько дней задержалась в Конохе, ожидая, пока Канкуро немного придёт в себя и сможет преодолеть расстояние между их деревнями. На границе Страны Огня их дождался отряд дзёнинов из тех, кто был в качестве приглашённых зрителей, а до границы их проводила команда АНБУ Конохи.
— К вечеру уже будем дома, попей, — заметив, что Канкуро сбился с шага, немного замедлилась Темари и протянула брату флягу с водой.
— Всё в порядке? — к ним подошёл один из дзёнинов. — Устроим привал?
— Да, — покосившись на брата, кивнула Темари. В госпитале Конохи рекомендовали ещё два дня постельного режима, но Канкуро настоял, что вполне готов к путешествию домой. Темари подозревала, что виной спешки брата новый Кадзекаге. Им так и не сказали, что случилось с отцом.
Они устроились на отдых в тени скал, благо с ними был сенсор, который отогнал от места привала всех скорпионов и змей. Темари села и прикрыла глаза.
Последний бой финала произошёл между двумя двенадцатилетними пацанами. Одним из них был так заинтересовавший её Агара, а вторым — Наруто, победивший Темари в первом круге показательных сражений. После встречи в Лесу Смерти она была уверена, что стиль боя Наруто будет походить на фуиндзюцу Маки, и не ожидала противостояния ветром. В последнем поединке сошлись эти двое, и оказалось, что когда Хаку навёл туман на площадку арены, Наруто, пользуясь тем, что никто не видит происходящего, установил там фуин-ловушки. Которые и активировал во время боя с Агарой. Сам финальный поединок был довольно коротким, казалось, что мальчишки просто развлекаются, и окончился ничьей по их договорённости. Но зрители были в восторге, впрочем, сама Темари тоже признавала, что очень впечатлена способностями обоих.
— Анэ-сан, — Канкуро коснулся плеча Темари, — я отдохнул, не стоит беспокоиться, идём.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
* * *
Темари наконец вошла в свою комнату, в которой ничего не изменилось за прошедших полтора месяца. А вот её жизнь… Она была потомственной куноичи — принцессой правящего клана, пусть никогда к её имени по распоряжению отца не добавляли титул «химе», а сейчас ей хотелось рыдать, как какой-то крестьянке. Сердце грызли очень противоречивые чувства. Отложив тэссен, она вышла на балкон и села на парапет, любуясь ночной деревней, освещённой ущербным диском убывающей луны. Прохладный воздух заставлял чуть сильнее циркулировать чакру, чтобы не мёрзнуть.
