ближе, — приказала королева.
Я спрятала трясущиеся руки в складках своего платья и подчинилась, не обращая внимания на дам, когда они входили, садясь на длинный диван и плюшевые кресла рядом с королевой. Вблизи она выглядела старше, между бровями пролегли глубокие морщины. Но она была невероятно красива со своими блестящими волосами и влажной кожей.
— Откуда, ты говорила, ты родом?
— Мистран, ваше величество.
Она пренебрежительно кивнула, ее взгляд был задумчивым.
— Ты сегодня действовала быстро.
— Такова моя природа, ваше величество.
— Похоже на то. О, присаживайся. Я веду неофициальные заседания.
Это было похоже на уловку, но я села на ближайший стул.
— Расскажи мне о себе.
Если бы я дожила до следующих нескольких дней, я бы поцеловала Вайсера в губы. Его настойчивость в том, чтобы мы запоминали даже мельчайшие детали, была единственной причиной, по которой я смогла мгновенно ответить на вопросы королевы.
Поэтому я улыбнулась и рассказала ей все, что знала. Мой отец был плотником, родом из города. Он встретил мою мать во время торговли и переехал жить в Мистран, поскольку она отказалась оставить своих престарелых родителей. У меня был один брат, который тоже работал в замке, и наши родители очень скучали по нам, но они понимали, какая нам была предоставлена возможность.
Для меня не было ничего необычного в том, что я все еще живу дома, поскольку я не завершила Дарение. Но королева нахмурилась, когда я упомянула, что Лукас еще не женился.
Струйка пота стекала по моей шее, вдоль позвоночника и оседала во впадине в нижней части спины. Я не осмеливалась показывать никаких признаков дискомфорта.
— Мой брат был помолвлен, но она не завершилась. Расторжение помолвки было обоюдным решением.
Я должна была отдать должное Вайсеру. Он действительно предусмотрел все. Если бы королева захотела провести расследование, ее люди нашли бы женщину из Мистрана, которая поклялась бы, что была помолвлена с мужчиной по имени Лукас.
Наконец, королева махнула рукой, требуя еще чая. Один из слуг подскочил вперед, протягивая ей чашку.
— Ты умеешь читать? — спросила королева.
— Да, ваше величество.
— Шить?
Я едва скрыла вздрагивание.
— Я могу, хотя мои швы требуют некоторой обработки.
Одна из дам фыркнула. Я проигнорировала ее.
— Ты умеешь петь?
Я не смогла бы сыграть мелодию, даже чтобы спасти свою жизнь. Тонкая грань паники пронзила меня, как лезвие.
Королева вздохнула, услышав мое молчание.
— Ну, твои волосы, конечно, тусклые, но у тебя удивительно тонкие черты лица для крестьянки.
Боги, я ненавидела эту женщину.
— Благодарю вас, ваше величество.
— Одну из моих дам недавно вызвали домой. Смерть в семье. Она не вернется еще несколько недель. Есть причина, по которой у меня шесть дам. Шесть — это число, которое благословлено богами. Пять?
Выражение ее лица потемнело.
— Пять — это не что иное, как невезение. Ты займешь место Катины, пока она не вернется.
У меня отвисает челюсть.
— Это… невероятно любезно с вашей стороны, ваше величество.
— Да, что ж, многие скажут, что я склонна к необычным решениям, когда дело касается окружающих меня людей. Но превыше всего я ценю преданность и характер. Крестьянку с хорошим характером можно превратить в леди, но гораздо сложнее взять леди и внедрить в нее хороший характер. Не так ли, Мадиния?
Мадиния подняла голову, рыжие волосы блестели на свету, ее глаза сверкали.
— Вполне, ваше величество.
Королева нажала на кнопку звонка рядом с собой, и появилось несколько служанок. Я их не узнала, но, вероятно, они спали в комнате рядом со мной.
— Приведите ее в порядок и оденьте соответствующим образом. Мы начнем уроки позже сегодня. Мне так нравится новый проект.
Это было то, на что я рассчитывала. И все же ярость захлестнула меня, когда я медленно поднялась. Я еще не знала, знала ли королева о том, как ее муж держал большую часть их народа практически беспомощной. Но я знала, что она знала, что он казнил сотни, если не тысячи, своих подданных каждый год. И все же ей нужен был проект.
Я лучезарно улыбнулась королеве, пытаясь выразить потрясенный трепет и благодарность, но она уже отворачивалась.
Голос Ивен звучал в моей голове.
Чтобы понять элиту, ты должна стать такой, как они. Королева долгое время была одинокой, напуганной, слабой.
— Пойдем со мной, — пробормотала одна из служанок, и я последовала за ней из покоев королевы.
Она повела меня обратно к помещениям для слуг, но вместо того, чтобы спуститься вниз, мы продолжили идти.
— Ее Величество любит, чтобы ее дамы были в пределах досягаемости, — холодно сказала горничная, убирая прядь светлых волос с ее лица.
— Меня зовут Сетелла, — сказала я.
— Я знаю.
Я поморщилась. Я не могла винить ее за то, что она расстроилась. Я была здесь всего несколько дней, и в ее глазах я получила одно из самых желанных мест в замке благодаря чистой удаче.
Я бы тоже себя возненавидела.
За мной вошла другая служанка.
— Я Эрея, — сказала она мне.
У нее были вьющиеся темные волосы и выбитый зуб, который показался, когда она улыбнулась.
— Это Даселис.
Она указала на другую женщину.
Даселис проигнорировала ее и толкнула дверь.
— Ну? — огрызнулась Даселис. — Входи.
Я вошла внутрь. Большую часть комнаты занимала кровать, в несколько раз больше той, на которой я спала каждую ночь. Она был завалена подушками и мехами, в то время как на другой стороне комнаты потрескивал огонь.
— Это твоя новая комната, — вздохнула Эрея. — Разве она не прекрасна?
— Я должна… спать здесь?
Это было прекрасно. На самом деле прекрасно. И Вила оказалась в подземелье, благодаря моему плану.
— Не раньше, чем ты смоешь грязь со своей кожи, — пробормотала Даселис, направляясь в смежную ванную комнату.
Звук льющейся воды почти
