дам сопровождали королеву в течение многих лет. Мать Лисвет была одной из близких подруг королевы, и она умерла от лихорадки вскоре после рождения Лисвет, когда целитель не прибыл вовремя, чтобы спасти ей жизнь. Лисвет была самой младшей из нас, ей было всего шестнадцать зим, и королева временами относилась к ней почти как к дочери.
Карасели была женщиной, которая когда-то отвечала за огонь королевы и была ближе всех к Катине — женщине, которую королева нашла на рынке. Женщину, которую я уговорила вернуться в ее деревню.
Когда Катина вернулась домой, она нашла своих родителей в прекрасном здоровье. Карасели, казалось, ненавидела меня даже больше, чем Мадиния, вероятно, потому, что я заняла место ее подруги.
Карасели и Мадиния также ненавидели друг друга. Мадиния, казалось, ненавидела всех, но иногда, когда королева не смотрела, она с самодовольной улыбкой называла Карасели огненной девчонкой.
Была причина, по которой Мадиния, казалось, никому не нравилась. И это было не только потому, что ее отец, по-видимому, был так близок к королю.
Пелопия и Алькандре сидели на другом конце стола, тихо переговариваясь друг с другом. Я еще не узнала, как они оказались на службе у королевы — вероятно, Аурия сможет рассказать мне позже. Обе кивнули мне, но, кроме комментариев Алькандре о Громалии, они хранили молчание. Вероятно, потому, что ни одна из них не хотела навлечь на себя гнев Мадинии.
Я все еще чувствовала, что Лориан наблюдает за мной. Как именно он оказался здесь? Мое сердце забилось быстрее при воспоминании о фейри, с которым он встретился возле границы с Громалией. Мне нужно было знать, что планировал Лориан и как его планы повлияют на мои собственные.
Я рискнула оглянуться через плечо, когда в комнате воцарилась тишина. Королева поднялась на ноги. Пробормотав несколько слов королю, она направилась к двери.
— Нам нужно следовать за ней? — я спросила.
Лисвет покачала головой.
— Королева любит уединение после одного из королевских ужинов. И ей особенно нравится оставаться одной после балов в замке. Нам разрешено уходить, когда мы захотим.
Я изучала остальных за королевским столом, игнорируя Лориана, который был погружен в беседу с королем Сабиумом.
— Кто другие люди, сидящие с королем? — я тихо спросила.
Лисвет улыбнулась.
— Они патриархи короля. Они владеют огромными участками земли, в зависимости от того, какой степени королевской благосклонности они добились за эти годы. В конце стола патриарх Кофод, — она кивнула в сторону мужчины со скорбным выражением лица, который выглядел уже пьяным.
— Рядом с ним патриарх Фэрроу — отец Мадинии.
Я изучала этого человека. Мать Мадинии, должно быть, была красавицей, потому что, кроме рыжих волос, у этих двоих не было другого сходства, которое я могла заметить. Я взглянула на Мадинию. Она подняла одну бровь, глядя на меня.
Патриарх Фэрроу сидел рядом с королем. Действительно, могущественный человек. Громалианский принц сидел с другой стороны от него.
— А рядом с… принцем?
— Патриарх Тьюсон, — она улыбнулась.
У Тьюсона были жесткие белые волосы, которые торчали на голове, как будто он не мог удержаться, чтобы не провести по ним руками. Он выглядел глубоко задумчивым, изучая свою тарелку.
— Он хороший человек, — сказала Лисвет.
— Мой отец редко бывал при дворе, когда я была молода, и у патриарха Тьюсона всегда был для меня кусочек медового плода, — она наклонилась ближе и понизила голос до шепота.
— Он ненавидит двор. Он бы предпочел управлять своими землями вместе с мужем, но король наслаждается его обществом и часто настаивает, чтобы он оставался здесь. Рядом с ним патриарх Греве.
Она кивнула в сторону мужчины с тонким, острым носом и желтоватым цветом лица. Что-то похожее на страх промелькнуло на ее лице, и я открыла рот, но Лизвет снова повернулась лицом к столу. Очевидно, она не хотела говорить об этом.
Я подождала еще несколько минут, но ни одна из других дам не выказывала никаких признаков ухода. Наконец, я отодвинула свой стул.
— Я устала, — сказала я.
Лисвет улыбнулась мне. Остальные проигнорировали меня.
— Спокойной ночи.
Я практически выбежала из обеденного зала. Я не видела Ритоса или остальных членов группы, но если Лориан был здесь, я почти не сомневалась, что они были где-то поблизости.
Кто-то взял меня за руку, и я споткнулась. Затем меня втолкнули в пустую комнату.
Лориан сердито посмотрел на меня сверху вниз. Мое глупое тело хотело выгнуться ему навстречу. Очевидно, весь стресс воздействовал на мой разум.
— Ты должна быть на корабле, — прорычал он.
Я сделала глубокий вдох, и его соблазнительный аромат окутал меня. От него пахло дикостью, как от леса, и это напомнило мне о сне на открытом воздухе под звездами.
— Я никуда не пойду, пока Асиния не будет в безопасности.
Он продолжал действовать тем странным образом, которым так часто поступал.
— Ты рискуешь всем ради женщины, которая, вероятно, уже мертва?
Я фыркнула.
— Я не знаю, как объяснить тебе дружбу и верность. Ты либо знаешь, что это такое, либо нет.
Тень улыбки скользнула по его лицу. Мы оба знали, что он был очень предан своим друзьям.
— Расскажи мне.
— Это просто. Она моя лучшая подруга. Больше похожа на сестру, чем на друга. И я знаю, без сомнения, что если бы меня похитили, она сделала бы то же самое для меня.
— И все же ни одна из вас не знала, что у другой есть сила.
То, о чем я избегала думать, пока не смогла поговорить с Асинией.
— У нашей дружбы были секреты. Но сейчас все это не имеет значения. Вопрос в том, какого черта ты здесь делаешь? — я прошипела.
Он просто приподнял одну темную бровь.
— Как насчет того, чтобы рассказать мне, как деревенская жительница получает должность одной из фрейлин королевы?
— Как только ты расскажешь мне, как наемник получил место за королевским столом.
Он медленно улыбнулся мне.
— Я никогда не говорил,
