на место.
— Пожалуйста, назовите мне основные пункты его следования.
— Во-первых, это является коммерческой тайной, госпожа Роза. Во-вторых, если бы я и решился ее вам раскрыть, то все равно бы не смог этого сделать. Я всего лишь рядовой агент, делаю свое маленькое дело и плохо знаю, чем занимаются остальные.
— В таком случае назовите мне телефон вашего босса! Или того, кто сможет мне дать информацию о маршруте Рикардо Линареса в Канаде. Я готова хорошо заплатить.
— Это невозможно. Главный офис в Нью-Йорке ликвидирован, а новый, в Чикаго, еще не оборудован.
— Но где-то же руководители фирмы находятся, работают? Вы ведь как-то связаны с ними?
— Когда я нужен, они меня находят сами.
— Я до вас дозванивалась несколько дней!
— И застали меня здесь совершенно случайно! Мне звонят в другое место.
— Но дорогой господин Шорт! Я прошу вас помочь мне. Я очень беспокоюсь за мужа! Скажите же мне: сколько может еще продолжаться эта треклятая командировка?
— Точно не знаю. Не меньше недели, по-моему. Но вам совершенно не нужно беспокоиться, тем более заявлять в полицию. Если с вашим мужем, не дай бог, что-то случилось, мы бы давно это знали и сообщили вам.
— Господин Шорт, мне все же кажется, что вы не договариваете. Давайте я прилечу к вам, и мы поговорим на месте.
— Вот этого я вам вообще не советую делать. Вы хотите встретить мужа в Нью-Йорке, но, скорей всего, он не вернется сюда, а полетит прямо в Чикаго.
— Значит, я поеду в Чикаго.
— И это будет бессмысленно, так вы наверняка разминетесь с ним. Не хотел вам говорить, Рикардо просил держать в секрете, это настоящий сюрприз. Но он собирался закончить дела поскорее и, не афишируя, заехать на несколько дней в Мехико, к вам. Так что волнуйтесь по другому, приятному поводу: как вам лучше встретить мужа. А сейчас, извините, у меня посетитель.
Невидимый собеседник положил трубку. Розе хотелось ему верить, особенно последним словам. Да, это похоже на Рикардо. Он обожает сюрпризы. Но неужели ради эффектного появления он смог прибегнуть к такой жестокости. Ведь это именно жестоко — так мучить ее неизвестностью. Не может же Рикардо не понимать, как она переживает и страдает. Никакой сюрприз не стоит ее тревоги и беспокойства. Но, может быть, и правда, муж ее находится сейчас в такой глуши, откуда ни позвонить, ни отправить телеграмму. И беспокоится по этой причине куда больше, чем она. Весь извелся, осунулся, похудел от переживаний. Но ведь этот Шорт сказал, что Рикардо переезжает с места на место. Если у него есть машина, то он может подъехать туда, где работает связь. Если он передвигается по железной дороге, то даже на небольшой станции имеется телеграф. Роза ездила по провинции и знает. Вряд ли канадская провинция хуже мексиканской.
Тогда, что же получается? Рикардо может сообщить о себе, но не хочет. Или хочет, но не имеет такой возможности. Одно исключает другое, А ей советуют сидеть и ждать. Ни самой ничего не предпринимать, ни к другим за помощью не обращаться. Но Роза ведь так не может, она уже места себе не находит. Ее уже ничего в жизни не радует. Даже все растущая популярность «Карнавала», даже весть о том, что дети здоровы, набираются сил, но очень скучают по маме. Но что же она может поделать? Полететь в Нью-Йорк, полететь в Чикаго, разыскать там всех, кого можно, и вытрясти из них информацию? А вдруг и действительно Рикардо в это время объявится в Мехико и все объяснится, а она прослывет дурой в глазах его сослуживцев? Может быть, все гораздо проще, хотя и неприятнее: Рикардо заболел в командировке, но не хочет тревожить ее? Но если он заболел, она тем более должна быть рядом с ним!..
И вот Розе начал сбиться этот странный яркий сон, в котором она ныряет за Рикардо-мальчиком, но не может его достать с морского дня и просыпается. Вся разбитая, тело будто чужое, а душа ноет больше, чем накануне. «Хватит! — сказала Роза самой себе. — Хватит ждать у моря погоды. Муж — мой, стесняться мне нечего. И я могу рассчитывать на помощь наших друзей».
Сначала она хотела обратиться к Фабиле, может же он связаться с коллегами из Канады и выяснить, где находится бизнесмен Рикардо Линарес. Потом передумала, вспомнив недавний разговор с Паулой. Роза тогда посетовала, что лейтенант, обещавший приходить в гости, нигде не появляется. А Паула на это, с непонятной Розе гордостью, заявила, что Рамон сейчас очень занят. И по секрету добавила: он ловит важных мафиози. Что ж, слава богу, свет не сошелся клином на «лучшем танцоре в Мехико». Господин с противным голосом не советовал ей обращаться в полицию, она и не будет.
Роза заставила себя дождаться девяти утра и позвонила по номеру, оставленному ей самым преданным ее поклонником — Армандо.
Там, как он и предупреждал, никто не подошел. Роза положила трубку и осталась у телефона. Армандо позвонил через двадцать минут.
— Доброе утро, Роза! Чем могу быть вам полезен?
— Здравствуйте, Армандо! Я позвонила вам, чтобы попросить о встрече. Мне необходимо поговорить с вами. Это срочно!
— Насколько срочно, Роза? Если немедленно, то для меня сейчас это несколько затруднительно. А что случилось? По телефону неудобно об этом сказать?
— Не столько неудобно, сколько стыдно.
— Не стесняйтесь, я уверен, что только серьезные причины заставили вас позвонить по этому телефону.
— Именно так, Армандо, дело в том, что у меня пропал муж. Точнее, не то чтобы пропал, нет, но уже довольно давно не дает о себе знать…
Путаясь и сбиваясь, торопясь и боясь, что ее не так поймут, Роза рассказала практически все, что знала, вплоть до номеров телефонов в отеле и офисе. Умолчала только о сне. Армандо выслушал ее, а потом с сочувственной интонацией сказал:
— Вы правильно сделали, что позвонили мне. Я не из тех, кто считает подобные переживания напрасными.
— Значит, я могу рассчитывать на вашу помощь?
— Через несколько часов, точнее, к сожалению, не могу пока сказать, я перезвоню вам и сообщу, где находится Рикардо Линарес.
— Я буду ждать у телефона.
— Зачем же, стройте свой день, как обычно, возможно, я даже заскочу в «Карнавал».
— Большое вам спасибо, Армандо. Вы самый лучший мой друг.
— Счастлив это слышать. Но я не прощаюсь, Ждите.
Ужасного настроения как не бывало. Какая она дура, какая гордячка, зачем так мучила и изводила себя! Всего-то несколько часов, и она все узнает. Какой же замечательный,
