Как правило, объяснил штурман, шлюпка, войдя в пролив, минует по пути много морских стоянок. Кроме того, возможны встречи с кораблями, идущими непосредственно в Австралию и Новую Зеландию. В крайнем случае следует остановиться и подождать в Пунта-Аренасе — процветающем портовом чилийском городке.
Но, чтобы добраться до Магелланова пролива, надо овладеть шлюпкой, предварительно обезвредив Уолстона и его пособников. Значит, надо прибегнуть к силе — нападая или обороняясь. Иначе со злодеями «Северна» не справиться.
Ивенс завоевал полное доверие юных колонистов. Еще раньше Кэт горячо хвалила его. Теперь, когда штурман остриг волосы и избавился от всклокоченной бороды, стало приятно смотреть на его смелое, открытое лицо. Он был не только энергичным, решительным, но и добрым человеком, способным на самопожертвование. Поистине, как выражалась Кэт, он был «посланником небесным» — настоящим взрослым среди этих детей.
Штурман захотел посмотреть, чем располагает Френч-ден для сопротивления. Оказалось, что пещеры очень удобны для обороны: они господствовали над берегами озера и реки. Из амбразур можно было безопасно вести стрельбу, находясь под прикрытием. Имея восемь ружей, осажденные могли держать нападающих на расстоянии и даже дать по ним залп из пушки. Если начнется рукопашная схватка, в ход пойдут револьверы, топорики и матросские ножи.
Ивенс одобрил распоряжение Бриана натаскать в пещеры побольше камней, чтобы завалить двери изнутри. Обороняясь, колонисты будут сильными противниками; но на открытом месте шестерым мальчикам тринадцати — пятнадцати лет не устоять против семерых сильных мужчин, привыкших владеть оружием и способных на любое убийство.
— Вы всех их считаете отъявленными злодеями? — спросил Гордон Ивенса.
— Да, всех, мистер Гордон.
— Кроме одного, который все же получше других,— сказала Кэт.— Это Форбс. Ведь он спас мне жизнь…
— Это Форбс-то? — иронически переспросил Ивенс.— Будь то под влиянием сотоварищей или из страха перед ними — но он же участвовал в резне на «Северне»! Черт побери, да разве этот прохвост не гнался за мной вместе с Рокком? Разве не стрелял в меня как в дикого зверя? Разве не радовался, считая, что я утонул? Нет, дорогая Кэт, боюсь, что он не лучше остальных. А пощадил вас, зная, что вы им пригодитесь, и он не отстанет от прочих, когда они пойдут на Френч-ден!
Прошло несколько дней. Но колонисты, бдительно сторожившие Френч-ден с Оклендской гряды, не заметили ничего подозрительного. Ивенса это удивляло: он спрашивал себя, почему медлит Уолстон, которому необходимо спешить. И штурман предположил, что разбойник хочет проникнуть во Френч-ден не силой, а хитростью. Собрав Гордона, Бриана, Донифана и Бакстера, с которыми он обычно советовался, Ивенс поделился своими соображениями.
— Пока мы сидим во Френч-дене,— сказал он,— Уолстону будет очень трудно взломать дверь, если ее не откроют изнутри. Он хочет пробраться сюда при помощи хитрости.
— А как именно? — задал вопрос Гордон.
— Вот что пришло мне в голову,— продолжал штурман.— Сообщить вам о банде Уолстона и об их преступлениях могли только я и Кэт. Но Уолстон уверен, что Кэт погибла в море, а я утонул, пристреленный Рокком. Поэтому вы и понятия ни о чем не имеете,— даже об их присутствии на острове. Не так ли? Значит, если кто-нибудь из их шайки прикинется спасшимся после кораблекрушения, то вы окажете ему радушный прием. А попав в пещеру, этот подлец сумеет впустить в нее остальных, и тогда сопротивление бесполезно.
— Ну что ж,— сказал Бриан.— Если Уолстон или какой-нибудь его дружок пожалует сюда, мы угостим его пулей.
— А умней было бы угостить ужином,— возразил Гордон.
— Прекрасная мысль, мистер Гордон! — воскликнул Ивенс.— Да, на хитрость надо ответить хитростью. А там — посмотрим, что делать.
На следующий день все было по-прежнему спокойно. Штурман с величайшей осторожностью побывал в лесу Западни вместе с Фэнном, но ни он сам, ни собака не обнаружили ничего подозрительного.
Однако к вечеру, незадолго до захода солнца, Уэбб и Кросс, поспешно спустившиеся с утеса, сообщили, что с юга, по левому берегу реки, приближаются два человека.
Кэт и Ивенс немедленно зашли в кухню и оттуда стали разглядывать через амбразуру приближающихся людей. Это были Рокк и Форбс.
— Вот увидите,— сказал штурман.— Они хитрят — прикинутся матросами с погибшего корабля.
— Что делать? — спросил Бриан.
— Принять их получше,— ответил мужчина.
— Этих негодяев! — вскричал Бриан.— Я не смогу…
— Предоставьте это мне,— спокойно сказал Гордон.
— Хорошо,— согласился штурман.— Только бы они не заподозрили, что тут я и Кэт! Мы спрячемся, пока не придет время действовать.
Он и Кэт скрылись в боковой кладовой и заперли за собой дверь.
Через некоторое время Гордон, Бриан, Донифан и Бакстер вышли на берег реки. Увидев их, новоприбывшие изобразили величайшее удивление, на что Гордон отвечал не меньшим изумлением. Рокк и Форбс, казалось, изнемогали от усталости и еле тащились по берегу.
Произошел следующий разговор через реку:
— Кто вы такие?
— Потерпевшие кораблекрушение на юге этого острова. Мы — матросы с трехмачтового судна «Северн».
— Вы англичане?
— Нет, американцы.
— Спаслись только вы вдвоем?
— Да, остальные погибли. Мы умираем от усталости. А вы кто будете?
— Колонисты острова Чермен.
— Сжальтесь над нами, помогите, у нас ничего нет…
— Потерпевшие крушение заслуживают всяческой помощи! — ответил Гордон.— Добро пожаловать!
Моко сел в ялик и через несколько минут перевез матросов на правый берег Зеландской реки.
Конечно, у Уолстона не было особого выбора, но надо признаться, что физиономия Рокка не внушала доверия даже детям, не привыкшим определять характер человека по его внешности. Хотя он всячески старался принять добропорядочный вид, но его низкий лоб, бычий затылок и тяжелая, выдающаяся вперед нижняя челюсть обличали в нем типичного бандита. Форбс, в котором, по словам Кэт, еще не совсем заглохли человеческие чувства, производил лучшее впечатление. Очевидно, поэтому Уолстон и послал его вместе с Рокком. Оба продолжали играть роль потерпевших и, видимо, боясь вызвать подозрение после подробных расспросов, притворились крайне измученными и просили только накормить их и пустить на ночевку.
Когда их ввели во Френч-ден, от Гордона не укрылось, что «страдальцы» быстрыми испытующими взглядами осматривали расположение холла и явно удивились, увидев, какими оборонительными средствами обладает колония. Особенно поразила их пушка у амбразуры.
