Юным колонистам недолго пришлось играть претившую им роль радушных хозяев: Рокк и Форбс, наскоро поев, попросились на покой, обещав назавтра рассказать о своих злоключениях.
— Нам достаточно будет охапки травы,— сказал Рокк.— Мы не хотим вас стеснять и можем улечься в любом месте…
— Хорошо,— ответил Гордон.— Мы устроим вас на кухне.
Пройдя туда и украдкой оглядевшись, негодяи убедились, что дверь помещения выходит на реку. Итак, «бедняг» приняли как нельзя лучше; обманщики были уверены, что без труда провели юных простаков, и спокойно улеглись в углу кухни. Правда, они были не одни — Моко тоже ночевал здесь. Но парень их особо не беспокоил: его будет легко задушить, если он не уснет покрепче. В условленный час Рокк и Форбс собирались открыть дверь, и тогда Уолстон, поджидавший на берегу с четырьмя сообщниками, ворвется в пещеру и овладеет Френч-деном.
Около девяти часов вечера, когда бандиты якобы спали, в кухню вошел Моко и улегся на своей койке, готовый в нужный момент поднять тревогу. Старшие мальчики бодрствовали в холле, где к ним присоединились Ивенс и Кэт. Все шло, как и предполагал штурман; он не сомневался, что Уолстон поджидает близ Френч-дена сигнала своих сообщников.
— Посторожим! — сказал он.
Прошло два часа. Моко стал думать, что Рокк и Форбс отложили свой замысел до следующей ночи. Но вдруг услышал легкий шорох: в слабом свете фонаря под сводом юнга увидел, как матросы потихоньку ползут из своего угла к двери, где была сложена настоящая каменная баррикада. Они стали осторожно снимать один камень за другим, складывая их к стене. Через некоторое время баррикада была разобрана и дверь освобождена. Оставалось лишь отодвинуть массивный брус.
Но в тот момент, когда Рокк возился с засовом и открывал дверь, на его плечо легла рука. Обернувшись, он узнал штурмана, на которого упал свет фонаря.
— Ивенс! — воскликнул Рокк.— Здесь Ивенс!
— Ко мне, мальчики! — в свою очередь закричал штурман.
В кухню ворвались колонисты. Четверка самых сильных — Бриан, Донифан, Уилкокс и Бакстер — крепко схватили Форбса. Но в это время другой бандит оттолкнул Ивенса, выхватил нож, нанес ему удар, легко задев левую руку, и бросился вон. Не пробежал он и десяти шагов, как штурман выстрелил, но, очевидно, промахнулся, ибо убегавший даже не вскрикнул.
— Тысяча чертей! Я не попал в этого мерзавца! — воскликнул Ивенс с досадой.— Ну, ничего, есть другой… все равно, одним станет меньше!
И он занес над распростертым на земле Форбсом руку с ножом.
— Пощадите! Пощадите! — молил несчастный, крепко удерживаемый мальчиками.
— Да, пощадите, Ивенс! — повторила Кэт, бросившись между штурманом и пленником.— Смилуйтесь над ним! Ведь он спас мне жизнь!
— Ладно,— буркнул штурман.— Пока что — я согласен.
Надежно связанного Форбса заперли в кладовой. Снова закрыв и забаррикадировав дверь, колонисты остались бодрствовать до рассвета.
Глава XIII
Допрос Форбса.— Положение дел.— План разведки.— Соотношение сил.— Бриан исчез.— Донифан бросается на помощь.— Тяжелое ранение.— Крики во Френч-дене.— Появление Форбса.— Моко стреляет из пушки.
На следующий день, как ни устали колонисты после бессонной ночи, никто не хотел отдохнуть ни часу. Теперь, когда хитрость Уолстона не удалась, он, несомненно, прибегнет к силе. Убежавший Рокк расскажет обо всем, что ему удалось увидеть во Френч-дене.
На восходе солнца Ивенс, Бриан, Донифан и Гордон вышли наружу. Утренний туман понемногу рассеивался, открывая озеро, рябившее под легким бризом. Все вокруг было тихо. В загоне скотного двора спокойно паслись животные. Фэнн бегал по Спортивной площадке, не проявляя признаков тревоги.
Прежде всего Ивенс осмотрел почву, ища человеческие следы. Они свидетельствовали, что Уолстон и его сообщники дошли до самой реки. Пятен крови не оказалось — значит, Рокк удрал невредимым.
Оставался важный вопрос: может быть, Уолстон пришел не с юга, как Рокк и Форбс, а с севера? Если так, то Рокк, чтобы соединиться со своими, убегал в лес Западни.
Решили допросить об этом Форбса. Но согласится ли он отвечать и скажет ли правду? Родилась ли у него в сердце признательность за то, что Кэт вымолила ему жизнь, хоть он и предал детей, оказавших ему гостеприимство?
Вернувшись в пещеру, Ивенс развязал матроса и вывел его из кладовой в кухню, где собрались старшие мальчики и Кэт.
— Форбс,— начал штурман,— хитрость ваша не удалась. Какие же теперь планы у Уолстона? Ты должен их знать. Отвечать будешь?
Тот молчал, опустив голову и не смея взглянуть на собравшихся.
— Форбс,— вмешалась Кэт.— Ты ведь сжалился и помешал убить меня тогда, на «Северне». Так неужели не поможешь спасти этих детей от страшной резни?
Матрос по-прежнему не отвечал.
— Форбс,— не отступала Кэт.— Ребятки сохранили тебе жизнь, хоть ты и заслуживал смерти. Не может быть, чтоб у тебя не растаяло сердце! Ты натворил столько зла — так обратись теперь к добру! Подумай, какому злодейству ты помогаешь!
Несчастный подавленно вздохнул.
— Да что ж я могу? — наконец отозвался он глухим голосом.
— Ты можешь сказать нам,— снова заговорил штурман,— что они хотели сделать той ночью и что собираются сделать теперь. Вы ведь ждали Уолстона — он должен был войти сюда, когда откроется дверь?
— Да,— подтвердил Форбс.
— А этих детей, которые вас приютили, шайка собиралась перебить?
Форбс еще ниже опустил голову, не в силах вымолвить ни слова.
— Ну, а теперь скажи, откуда пришли ночью Уолстон и остальные?
— С северной стороны озера.
— А вы с Рокком явились с юга?
— Да.
— Они побывали на западном берегу острова?
— Нет, еще не успели.
— А что они сейчас делают?
— Я не знаю…
— Можешь еще что-нибудь сказать, Форбс?
— Нет, Ивенс, ничего…
— Ты думаешь — Уолстон вернется?
— Да!
Поняв, что Форбс больше ничего не знает, Ивенс снова запер его в кладовой.
Очевидно, получив вооруженный отпор, шайка решила пока затаиться в ожидании удобного случая.
Положение становилось все опаснее. Осталось неизвестным, где именно прячется Уолстон, а знать это было необходимо.
В полдень Моко принес Форбсу поесть, но тот, понурившись, едва притронулся к пище. Что происходило в душе несчастного? Быть может, в нем проснулись угрызения совести… Кто знает?
Позавтракав, Ивенс изложил мальчикам свой план: пойти на разведку к опушке леса Западни. Это предложение колонисты единодушно поддержали, хотя оно было сопряжено с известным риском. Отправиться с Ивенсом решили Бриан, Донифан, Гордон, Кросс, Уэбб, Уилкокс, Сервис и Гарнетт. Восемь ребят, хоть и во главе со взрослым, по-прежнему уступали в силе противнику, хотя теперь шайка Уолстона насчитывала только шесть человек. Правда, все колонисты были вооружены — кто ружьями, кто револьверами, тогда как в распоряжении Уолстона было всего пять ружей, и перестрелка на расстоянии давала мальчикам преимущество. Донифан, Уилкокс и Кросс были куда более меткими стрелками, чем американские матросы. Кроме того, во Френч-дене было достаточно боеприпасов, а у Уолстона, по мнению штурмана, сохранилось всего несколько зарядов.
