себе и своих талантах. Эти размышления привели меня к выводу столь же печальному, сколь несомненному: я слабый литератор. Вряд ли я смогу написать ту книгу, которой достойны вы и славные герои Солантийской экспедиции. Снова и снова представляю себе ужасную гримасу разочарования, какая исказит ваше лицо, случись вам прочесть ничтожный плод моего пера. Нет, я не могу этого допустить. Лучше сразу, одним ударом пресечь надежды. Дон Филиппе-аллен, прошу: не рассчитывайте на меня.
С глубочайшими извинениями,
Альваро Флорес да Силва”
Он сходил на почту и отправил послание. Затем долго слонялся по кабакам в поисках выпивки в кредит. Послушал тоскливые селезские романсы и проникся до слез. Встретил Золотого Дуката - квартирмейстера Карлоса эль Ниньи. Попросил передать дону: если ему в экипаж понадобится стрелок – пускай вспомнит Альваро да Силву. Пират сказал, что капитан ужасно ждет книгу, и если писатель помрет, не окончив ее, то капитан договорится с Древними, вытащит Альваро из бездны и пристрелит собственной рукой. Да Силва ответил, что в этом случае капитану лучше сразу готовить пулю…
Он вернулся домой ближе к ночи, кренясь на левый борт под тяжестью принятого в трюмы вина. Из-под двери его дома лилась полоска света.
Альваро распахнул дверь и крикнул с порога:
- Пришел меня убить? Сделай же это скорее! Избавь мир от убожества!
На диване его ожидал Фернан Герейра.
- Ситуация ясна: ты снова впал в жалость к себе.
Захлопнув дверь, Альваро уселся на стол. Там лежала какая-то груда конвертов, пришлось смахнуть их на пол.
- Вы что, сговорились с Маленой? Жалеешь себя, жалеешь себя… Нет, я лишь трезво оцениваю факты!
- Не наблюдаю в тебе ничего трезвого, в особенности – трезвой оценки. Ну-ка, выпей кофенадо и очисти разум. Есть тема для беседы.
Альваро послушно взял чашку с напитком.
- Говори же, о Фернан: что привело тебя в дом бездаря?
- Почему ты не пришел на нашу встречу? Мор очень хотела тебя видеть.
- Увы, я сам себя видеть не хотел. Темный подвал моего дома – место, где не замечать себя легче всего.
- Не желаю подкармливать твою жалость к себе, не то назвал бы идиотом. Встреча была очень важной! Мы подаем в суд на фабрикантов за применение пушек. Конечно, змеи Фатимы снова выступят на их стороне, и мы снова проиграем. Но у нас возник один план...
- Прости, это меня не заботит. У вас появилась надежда – но у меня-то надежды нет.
Фернан сгреб с пола конверты.
- Я нашел их в почтовом ящике. Ты что, даже не заглядывал туда?
- К чему?..
- Да к тому, длинноухий осел, что там может быть важное! Вот, например, письмо от меня и Люсиль. Мы прислали тебе справочник ядов.
- О, спасибо! Выберу себе подходящий…
- Не себе, а доктору Хаунесу! Ты же хотел знать, чем его отравили!
- Больше не хочу. У меня нет сил хотеть.
- Вот пишет дон Фармига с факультета словесности. Срочно требует твой план будущих лекций.
- И ты спрашиваешь, почему я не читаю почту?..
- А это от Малены. Даже знать не хочу, что там.
- Тогда зачем вскрыл конверт?
- Гм… Видимо, случайно… А вот уведомление с почты: зайди туда – получишь коробку генеральских дневников.
- В моем-то состоянии читать летопись чужого успеха – ни что иное, как пытка.
- А вот, гляди: самое главное! - Фернан сунул письмо под самый нос другу. - Читай: дон Кристобаль Мадуро зовет тебя на беседу! Знакомое имя, а?
- Да не особенно…
- О, Древние! Я таки назову тебя идиотом! Фабрикант Мадуро, паразит и кровопийца, враг честных обреро и герой нашей книги. Он зовет тебя в гости!
- Сколько восторга от будущей встречи с паразитом… Нет, Фернан, я не пойду.
Герейра выпучил глаза:
- Это в каком же смысле?
- Прости, я выразился туманно. Не пойду пешком, не поеду верхом либо в паровом экипаже, не полечу самолетом и не поплыву кораблем, если вдруг туда имеется судоходный маршрут. Никаким способом не перемещу себя в имение дона Мадуро. Теперь ясно?
- Надеешься, что он придет к тебе?
- Ни в коем случае! Зачем он мне здесь? Я не хочу его видеть.
- Сказать по чести, я тоже: это редкостная сволочь. Но нам необходимо опросить его.
- Почему – необходимо?
- Да ради книги же! Протрезвей, наконец!
Кофенадо оказал действие, и Альваро понял, в чем причина непонимания.
- Ах, Фернан, ты же не знаешь, я еще не сказал… Я бросил книгу.
- Куда?
- В зловонную бездну забвения, куда попадают все неоконченные книги. Я передумал ее писать.
Фернан повысил голос:
- Кончай себя жалеть, приди уже в чувства! Встреча с Мадуро – завтра вечером. Сейчас подготовим список вопросов, утром на свежую голову выучишь наизусть.
Альваро отстранился и покачал головой.
- Дружище, я не понимаю твоего подхода к диалогу. Я произношу реплики в расчете быть услышанным. Но ты никак не реагируешь и только твердишь свое. Скажу в третий раз: я бросил книгу о солантийских героях!
- Ты о каждой своей книге говорил такое.
- Возможно, но на сей раз имеется письменное подтверждение. Я отправил отказ дону Филиппе.
- Отправил – что?..
- Отказ.
- Кому?..
- Прим-аллену Искусства, моему заказчику.
- Давно?!
- Этим утром.
Вот теперь друг осознал ситуацию. Осознание проявилось сполна, когда Фернан прижал да Силву к стене, схватил за грудки и стал трясти, приговаривая:
- Чертов кретин! Что ты наделал?! На что ты жить будешь, а? Эринезский осел!
- Ну хватит, уймись... - пытался вырваться Альваро.
- Семь тысяч эскудо – в помойную яму! Вторые семь тысяч за один месяц! Совсем взбесился с жиру?
- Да нет же, послушай…
- Не хочу я тебя слушать, богач несчастный! Ты хуже паразитов, они хотя бы ценят деньги! Я вот живу на сотню в месяц… А ты – четырнадцать тысяч – псу под хвост!
Герейра отскочил от него и схватил кучу конвертов со стола.
- Когда снова захочешь выкинуть гору денег – просто позови меня! Скажи: “Фернан, я
