— Приоритетная цель поражения, я правильно понимаю? — удовлетворенно хмыкнул паладин.
— Молодец, «Ящер»! — похвалил я.
— Мне дадут договорить, или вам уже спасать никого не надо? — скорбно произнес Сенька.
— Говори, Сеня. — Я махнул рукой, словно дирижер оркестра.
— Так вот. — Он прокашлялся. — Климатическая башня — это объект стратегического значения, и кроме военного гарнизона у нее есть небольшая система защиты: четыре стомегаваттных лазерных турели по периметру — они находятся на десять этажей ниже, в охранном секторе, где казармы…
Он говорил это с занудно-пафосными интонациями, словно выступая перед собранием акционеров и докладывая о проделанной работе.
— Дык какого же цербера ты молчал, дядя?! — воскликнул «Ящер» в праведном гневе.
— Я пытаюсь вам это уже полчаса втолковать, — раздраженно проговорил Сенька, ритмично раскачивая головой, что было признаком его нервозного состояния. — А вам все до Гваделупы…
— Ну? — Йорген заинтересованно прищурился.
— Вот тебе и «ну»… — передразнил Сенька и продолжал, уже успокоившись.
Он включил на центральном мониторе схему этажа охраны.
— Вот здесь схема проходов в БЛУ (это боевая лазерная установка) номер один, два, три и четыре соответственно. Сами турели автоматические, но по «зеленым» маркировкам «своих» стрелять они не станут — враг догадывается, что есть защита у башни, но не знает, как она работает. Вот и ломает сервер. Управляются турели центральным сервером охраны в автономном режиме, но имеют и ручной режим стрельбы, для нештатных ситуаций, правда, кодов для его активации у меня нет и не вышло сломать, а ключ у какого-то Фишера — видно, начальника охраны.
— И чего теперь? — разочарованно спросил Йорген.
— Будем взламывать грубо и по-хакерски. — В Сенькиных глазах заблестела хитринка. Я знал, как он любит театральные эффекты, поэтому всегда рассказывает сперва, почему задача невыполнима, а затем объясняет свой гениальный план.
— Если только Странный у нас умник… — с некоторым сомнением произнес Йорген.
— Я вам уже выдал ключ для взлома системы, — с плохо скрываемой гордостью произнес Сенька, кивнув на «Ящера», который одной рукой обнимал гранатомет.
— Не понял вводную… — «Ящер» нахмурился.
— В охранном секторе есть такой же пульт с серверами, как здесь, только исключительно охранный, без технических функций. На этом сервере и стоят охранные кодировки. Он напрямую связан с главным сервером и имеет приоритетные функции…
— Дядя, чего делать-то надо! — «Ящера» напрягало обилие непонятных терминов.
— Если вы раскурочите охранный серверный блок из этой хреновины (потому что так быстрее), — продолжал Сенька уже невозмутимо, вновь кивнув на гранатомет, — центральный сервер воспримет это как чрезвычайную ситуацию и разблокирует ручное управление турелями: поднимется сигнал общей тревоги.
— Офигенная тема! — Йорген повернулся, чтобы идти к лифту.
— Это еще не все, — откашлялся Сенька, приседая и разводя руки в стороны, а потом за спину, словно юварк, готовый к прыжку.
— А чего еще? — «Ящер» повесил за спину пулемет.
— У турелей довольно хилые кабины: я тут пробежал наискосок техническую документацию — они не рассчитаны на бой с тяжелой техникой, ну, с такими танками — точно… Вас поубивают в считаные минуты… Там бронированный бруствер в сантиметр и кабина из бронеплексигласа. В Гваделупе вас потом не откопаешь…
— Да мы их ломтями настругаем! — «Ящер» был воодушевлен. — Скрутим со станков сами установки и жахнем с ворот!
— Что ты опять задумал? — спросил я.
— Мало топлива… — пробормотал Сенька, глядя в пол. — Да и энергии мало очень — каждый выстрел экономьте…
— При чем тут топливо? — поинтересовался я, внимательно глядя на Сеньку.
— Спишите данные с тактических мониторов, — продолжил он уже тише, — загрузите в пульт управления турелями. Будете стрелять почти вслепую… да… они вас не заметят, а вы будете знать, где танки стоят…
— Как вслепую? Сеня, говори уже!
— Я собираюсь запустить головной блок климатических турбин…
— Что? — Я округлил глаза.
— Это как? — поинтересовался паладин.
— Башня производит кислород из грунтовых залежей воды и льда и выстреливает его со своей высоты, из труб, вверх, — начал пояснять Сенька. — А я собираюсь включить турбины на реверс: в основании башни есть воздухозаборники для регулировки локального давления и забора углекислоты. Если хоть одна турбина заработает на полную мощность, поднимется неслабая такая буря, прямо перед танками… песчинки затруднят использование электроники наведения на танках, и вы в этих турелях сможете продержаться какое-то время, а данные с этих тактических мониторов позволят вам стрелять вслепую.
— Ну ты маньяк, — выдохнул я медленно. — А если ни одна не заработает?
— Я тут уже не первый день. — Сенька вздохнул. — Вроде проверял, по тестам… Значит, пока не начнется буря — вы сервер не взрывайте… А то еще система глюканет и я вообще турбины завести не смогу…
— Пехота на три часа! — крикнул «Ящер».
На тактическом мониторе стали появляться перемещающиеся короткими зигзагами зеленые точки, двигающиеся с северо-запада.
— Ну началось. — Я стиснул зубы. — Давай к лифту, ребята.
Сенька выдал нам флэш-карту с координатами танков, и мы бросились по коридору к лифтам.
Единственным работающим лифтом был тот, на котором мы приехали.
Дверцы лифта были с расцарапанными вмятинами. На правой створке двери было процарапано примитивное изображение мужского полового органа и надпись на империо: «Фишера имел кадавр». Кабина оставалась на нашем этаже, что и неудивительно. Двери с жестяным треском раскрылись, зажглась тусклая лампочка, и мы втиснулись в кабину. Лифт вздрогнул и тронулся вниз, слегка покачиваясь.
— Хоть этот парень и сумасшедший, но башка у него варит вроде, — сказал Йорген.
— У нас в роте тоже был похожий чел, — кивнул «Ящер». — Брадобреем его называли: узоры себе выстригал на морде…
— Кто-нибудь из вас пользовался когда-то интерфейсом боевой лазерной турели? — перебив его, задал я давно интересующий вопрос, поглядев на лица товарищей по оружию.
— Ну, — замялся «Ящер», — один раз я попал на базу «Прометей», это в горах…
— А короче? — не выдержал я.
— Стрелять не стрелял, а вот инструктаж проходил. — На веснушчатом лице «Ящера» выступили от волнения красные пятна. — Да там все просто: джойстик наводки, есть дублирующие маховики, монитор-целеуловитель, режимы мощности и…
Вдруг кабина резко вздрогнула, послышался глухой стук где-то за стенкой, и мы остановились. Лампочка погасла, и стало темно, как в гробу.
— Блин! — смачно выругался «Ящер».
— А такое в вашей роте случалось? — спросил Йорген.
— Все, приехали, — сказал я с досадой, включая нашлемный фонарь. — Кажется, Сеня не уберег систему от взлома.
— Надо срочно валить отсюда. — «Ящер» явно имел склонность к клаустрофобии: в свете наших фонарей были видны его расширенные от ужаса зрачки, обрамленные ярким пожаром рыжих ресниц.
— Поддерживаю представителя дружественных паладинов, — пробормотал я, обшаривая потолок лучом фонарика. — Йорген, видишь там, правее, защелку аварийного люка?
— Ну, — мрачновато ответил эсквайр.
— Я тебя подсажу, а ты…
— Давай лучше я тебя подсажу, — не выдержал Йорген, который тоже чувствовал себя увереннее на марсианских равнинах, а не в стальных коробках. — Пока ты мне все объяснишь…
— Давай, — ответил я, кряхтя, упираясь в стенки кабины.
Плечо садануло болью, и сильно мешали два автомата за спиной.
— Только, чур, не портить воздух, — послышался голос «Ящера», который своим раблезианским юмором пытался перебить страх запертой комнаты.
Подставивший мне локоть Йорген стал смеяться и чуть меня не уронил.
— Ребята, а чего всем так весело-то? — рявкнул я грозным голосом. — Мы сейчас шандарахнемся вниз — там и поржем!
С гулким стуком я упирался в стены кабины, нащупывая на потолке замки аварийного люка.
