— Мне что с собой брать?
— Ничего не надо, мы не в поход идем. Разве что куртку — к ночи, вроде, похолодание обещали. Ну, а если за ночь не управимся, тогда я уж и не знаю…
Рома махнул рукой и, помрачнев, о чем-то задумался. Наташка наконец-то навела красоту, и они всей компанией выбрались из квартиры. Лысый с девицей двинулись вниз по лестнице, а Андрей вернулся к себе. Достал телефон и минут двадцать увлеченно давил на кнопки, листая меню и любуясь аккуратными цифрами, которые появляются на зеленом экране. Потом не утерпел и, припомнив код родного райцентра, быстро дозвонился до мамы. Послушав ее охи и вздохи, сказал, что у него все отлично (даже сотовый номер есть!), и быстро закруглил разговор, опасаясь, что закончатся деньги. Вышел на балкон и задумался.
И каким же образом, интересно, он вечером приманит мурену? То есть, приманить-то нетрудно — надо заглянуть в тусклый мир и устроить там легкий кипиш. Сразу, сволочи, приползут. Проблема в том, как бы они его жрать не начали…
Длинный «ЛиАЗ» с «гармошкой» подрулил к автобусной остановке, и с подножки спрыгнула Инга. Заметив Андрея, она помахала ему рукой и подошла поближе.
— Бездельничаешь?
— Стараюсь, — скромно ответил он. — Заходи, присоединяйся.
— Ну, вам разве откажешь…
Через минуту она постучала в дверь. Вошла, сняла рюкзачок и, бросив его на кресло, сказала: «Уф!» Потом спросила:
— Нет, правда, а чего ты тут делаешь? На работу тебе не надо ходить? Ты мне, кстати, вчера толком не объяснил. Сказал — по распределению, но куда конкретно? Ты какой институт закончил?
— На работу — сегодня вечером, — ответил он на первый вопрос, жалея, что, в отличие от лысого Ромы, не может экспромтом наврать с три короба. — А как у тебя дела? Ну, в смысле самочувствия?
— Да нормально, вроде, — она пожала плечами. — Как будто и не было ничего… О, прикольный мобильник. Можно?
— Угу.
— Да ты крутой чувак, я смотрю. Давай, колись — где работаешь?
— Работа моя трудна и опасна, — зловеще сказал Андрей.
— Ой, боюсь, боюсь, — согласилась Инга и прошла на балкон.
— Слушай, — сказал он, выходя следом, — а что там, через дорогу? Чем эта «восьмерка», собственно, занимается?
Она скривилась, как будто нечаянно разгрызла лимон.
— Не знаю! Сам пойди и спроси у них, если надо…
— Инга, — сказал Андрей осторожно, — ты, это… не обижайся. Я же говорю — я нездешний. Если ляпну какую глупость, ты мне выговор сделай. Врежь правду-матку — сурово, невзирая на лица…
Она улыбнулась.
— Ладно, забыли.
Потом уселась на перила в углу и потянулась, как кошка, опасно перегнувшись назад. Перила скрипнули и слегка зашатались. Андрей инстинктивно схватил ее за бока и облегченно перевел дух. Сама же Инга, похоже, ни капли не испугалась.
— Экий вы нервный, Андрей… э-э-э… Батькович, — сказала она ему.
— Зато ты у нас смелая — дальше некуда.
— А куда деваться? — она покрутила у него рукой перед носом, демонстрируя красную «паутину». — Против природы-матушки не попрешь.
— Будешь умничать — сдам в «питомник».
— Ой, за что ж вы так? Пожалейте бедную девушку…
Он продолжал держать ее, поражаясь, какая же она все-таки тонкая. А глазищи стали, казалось, еще громаднее. Как у инопланетянки с Альфы Центавра. Из сказки, которую никто уже не напишет, потому что сказки сегодня — совсем на другие темы…
— Глупый ты, — тихо сказала Инга и положила руки ему на плечи.
…Рома объявился без двадцати семь. Позвонил по мобильнику и проквакал: «Выходи на остановку, мы сейчас будем». После чего отключился, не вдаваясь в дальнейшие пояснения. Едва Андрей выскочил из подъезда на улицу, у обочины тормознул внедорожник — угловатый, слегка побитый и явно не первой молодости, но зато с мерседесовской эмблемой на радиаторе.
— Лезь назад, — сказал Рома, сидевший рядом с водителем. — Знакомься — Леха, Димон. Ну, Игорька ты знаешь.
На водительском кресле развалился здоровенный мужик с сине-зеленой «татуировкой». Физиономия у него была широкая, добродушная и сразу вызывала симпатию. А вот чувак, который пристроился у него за спиной, Андрею не понравился совершенно — маленький, худощавый, с цепким настороженным взглядом. И даже сочетание цветов у него на узоре резало глаз — грязно-желтый с синими полосами. Игорь, тоже сидевший сзади, подвинулся, давая Андрею место.
Они минут десять петляли по городским окраинам, пока не выбрались на шоссе, ведущее через поле. Вечернее солнце светило ярко, было тепло — короче, погода стояла летняя, что бы там ни обещали синоптики. Игорек вертел головой и довольно лыбился. Потом толкнул Андрея в бок и сказал:
— Слушай, спасибо! Я реально не ожидал. Не думал, что ты… ну, это…
— Я тоже, — вздохнул Андрей.
Ему опять вспомнился «Пикник на обочине». Игорь со своими восторгами походил на молодого энтузиаста, который приперся в кабак, где собираются сталкеры, и уговорил-таки взять его на работу. Глазенки горят, от радости распирает, а Зона представляется бесплатным аттракционом…
Кстати, братья, когда книжку писали, наверняка ведь Эксклав имели в виду. Прямым текстом они, естественно, сказать не могли. Понятно, режим секретности, да и вообще — какая может быть чертовщина на родной советской земле? Вот и появился заграничный городок Хармонт, кишащий асоциальными элементами. Впрочем, это не помогло — печатать все равно запрещали, пока перестройка не началась…
Машина свернула на проселочную дорогу. Похоже, они направлялись к приземистым бетонным постройкам, торчащим посреди пустыря. Присмотревшись, Андрей решил, что это недостроенные заводские цеха — стены возвели, а потом махнули рукой и бросили. Денег не хватило, наверно.
Оконные проемы слепо чернели, под стенами уютно разрастался бурьян, а вокруг была россыпь строительных артефактов — куски арматуры, сгнившие доски, носилки с дырявым дном, деревянные катушки в человеческий рост и даже бульдозер, в последнем припадке ярости вонзивший нож в засохшую глину. Черный пластиковый пакет — изодранный и грязный до невозможности — зацепился за торчащую проволоку и уныло обвис, как флаг пиратского брига, попавшего в мертвый штиль.
Леха объехал ближайший корпус и заглушил мотор. Теперь машину нельзя было увидеть с дороги. Все вылезли и осмотрелись по сторонам.
— Ну, что — пошли, глянем?
— Да, пошли.
Рома и неприятный Димон побрели к огромному проему в стене — там, наверно, планировались ворота для тяжелых грузовиков. Леха флегматично закурил сигарету.
— А дальше что? — спросил у Андрея Игорь.
— Увидишь, — многозначительно ответил Андрей, хотя сам задавался тем же вопросом. Тишина слегка раздражала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
