"А когда же мы будем дома? — думал Шут, сидя у края заднего борта фургона и глядя, как убегает вдаль дорога. — Да и где он, мой дом?"
Миновало уже много часов с того момента, когда они пересекли широкую реку, отделявшую Тайкурдан от Закатного Края, и Шуту все еще не верилось, что он на родной земле, что по обе стороны от дороги — стройные леса. Столько дней вокруг не было ничего, кроме степи… Иной раз ему казалось, будто во всем мире не осталось ни высоких каменных замков, ни больших городов, ни морей, ни ветвистых дремучих чащ.
Только посвист ветра в ковыле, тишина и бескрайнее небо… Только пыль из под копыт диких лошадей да одинокий крик степного орла высоко над головой…
В небольшой деревушке на берегу они нашли этого мужика, который за несколько серебряных монет согласился отвезти путников до большого тракта. Там, по его словам, имелся постоялый двор и другие желающие подзаработать перевозкой. Только вот беда — денег у Шута почти не было… откуда бы им взяться? А пользоваться золотом Элеи он не желал, чем вызывал немалый гнев с ее стороны — принцесса не видела смысла пытаться заработать то, что и так отягощает ее мошну. Наверное, они опять бы поссорились, но Кайза все решил за Шута. Молча взял у Элеи ее кошель, отсчитал сколько просил возница и расплатился. Степного шамана никакие условности не обременяли… "Отдашь этот долг после", — сказал он сердитому Шуту и начал перекладывать свое добро с коня в повозку.
Дорога стелилась, таяла в клубах пыли из под колес… Хирга от нечего делать научил Кайзу играть в карты и теперь пытался хоть раз обставить шамана. Они неплохо сдружились, эти двое. Оба смуглые, черноволосые, только у мальчишки глаза большие, как у всех жителей Суварта… Оруженосец, сам того не замечая, даже повадки шамана стал перенимать — то улыбнется с хитрым прищуром, то вдруг так загадочно хмыкнет.
Рядом с ними, свернувшись клубком на куче из походных мешков и одеял, спала Элея. Она подложила под щеку ладонь, а второй рукой до самого носа натянула Кайзину овчину. Во сне наследница Брингалина так мало походила на строгую властительницу…
"Бедная…" — с грустью глядя на нее, подумал Шут. Длинный переход через степь вымотал принцессу до темных кругов под глазами. Но сами глаза… они как будто стали еще ярче. В них появилось нечто новое, чего прежде Шут не замечал.
Сам он не хотел ни играть, ни спать, ни даже разговаривать. Просто смотрел на дорогу, сидя у края фургона и свесив ноги вниз. Когда-то ему уже довелось проезжать здесь. С Виртуозом и его труппой… Нет, они тогда не пересекали реку и не ступали на землю тайкуров. Шутову хозяину зачем-то понадобилось наведаться в одну из приграничных деревушек. Может в ту самую, где нынче они нашли этого возницу, может, в соседнюю. Разве теперь вспомнить… столько лет прошло. Шут тогда был совсем маленьким, не минуло и пары месяцев с того дня, как его отдали бродячим артистам. К тому моменту он уже успел понять, что норов у хозяина не самый простой… но боги, как его восхищало все, что делал Виртуоз!
Лишь много, много лет спустя, незадолго до того страшного пожара, он узнал, почему на самом деле оказался в балагане Ларса. Да, это был счастливый случай, но… не такой уж и случайный. Дала рассказала Шуту, что Виртуоз искал мальчика себе в ученики. Не только королям нужны наследники, артистам тоже… А Вейка не могла продолжить дело своих родителей — в младенчестве она перенесла тяжелую болезнь и навсегда приобрела едва заметную, но совершенно недопустимую для такого ремесла хромоту. Ее ноги были испорчены недугом… Лекарь запретил делать с девочкой то, что делали с Шутом. Она росла милой и чудесной, но боги не дали дочери Виртуоза ни ловкости жонглера, ни силы акробата, ни гибкости танцовщицы. Возможно, повзрослев, она освоила бы ремесло кукольников, но тогда, в детстве, Вейка была совсем обычной. Отец любил ее безумно, но никогда не пытался сделать подобной себе. Вместо того взял Шута… Словно знал, что своего мальчика у него так и не появится. А может и правда знал…
— Сто-о-ой… — хриплый голос возницы взрезал скрипучую тишину мерного движения. Шут проснулся от этого крика и резкого толчка, с которым остановилась повозка. Сонно моргая, он сел и несколько секунд пытался понять, где находится. Все смешалось в сознании — степь с ее шатрами, дорога от реки и даже отчего-то воспоминание о тех покоях, где он жил в Чертоге. Тряхнув головой, Шут засветил небольшую лампаду под крышей повозки. Солнце, судя по всему, давно село, и на мир опустилась ночная темнота.
— Ох… — простонал рядом Хирга и выбрался из-под теплой овечьей шкуры, которая скрывала его до самой макушки. Черные лохмы торчали во все стороны, как взъерошенные вороньи перья. Мальчишка широко зевнул, торопливо прикрывая рот кулаком, и принялся искать сапоги. Рядом с ним хмуро завязывал плащ Кайза — в его глазах не было и следа сна. Похоже, шаман оказался единственным кого не коснулось желание вздремнуть. Или он просто не поддался этому соблазну, что, в общем-то, было вполне разумно…
Элея, ничего не слыша, крепко спала…
Снаружи доносились обычные для постоялого двора звуки — гул людских голосов, лай собак, хмельное пение не в лад, плач младенца… Кобыла, запряженная в повозку, радостно заржала: верно, почуяла запах сена. Они встали у самой конюшни, Шут понял это по густому лошадиному духу. Кайзин конь был сдержанней — он только громко фыркал.
— А… Свен. Чего пожаловал на ночь глядя? — кто-то тяжело ступая, почти шаркая ногами, подошел к повозке.
— Постояльцев вам привез, — хрипло пробурчал ее хозяин. — Чудные… один вовсе из диких…
— Тайкур чтоль?
— Да не… Издаля. Погоди, сейчас сами вылезут… — он подошел к заднему борту и громко постучал ручкой кнута по деревянному полу: — Эй вы! Вставайте! "Старая подкова". Приехали.
Кайза змеей скользнул наружу. Шут кивком велел Хирге оставаться с принцессой и выбрался следом, щурясь на яркий свет факела, который держал в руке встречавший.
— И впрямь, чудные, — хмыкнул этот человек. Лицо его скрывал капюшон, однако по ладоням сразу было понятно, что мужчина еще нестар и достаточно силен. К тому же ростом небесная Матерь не обидела. Рядом с ним крутился большой серый пес с крепким загривком и мощными лапами. Не иначе, как вымесок от волчьей крови. Злобным он не казался, но случись пришлым обидеть верзилу с факелом…
— Вы хозяин этого места? — спросил Шут прежде, чем Кайза успел наговорить чего-нибудь лишнего.
— Я-то? — мужик сдвинул капюшон, так чтобы гости могли видеть его лицо. — Нет, я брат хозяина. А заедино и вышибала местный. Так что если вы с дурным умыслом, то лучше сразу поворачивайте. Хлопот лишних тут без нужды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
