3. "С женою живи по-христиански, а не так, как скоты. Во время служения и пред служением от нее удаляйся. Знаешь, что здесь пишу. Увещевай и ее, чтоб чистоту любила, читай I-е Коринф. послание гл. 7, а паче ст. 29-й".
4. "В исповеди весьма опасно поступай, чтоб грешника в отчаяние не привести; такожде берегись, чтобы и во обычай греховный не вошел грешник; во обычай грешник удобно приходит, когда грех без наказаний бывает. Обыкновенно священники говорят: Бог простит, Бог простит: но смотри, каково его покаяние, истинно ли кается, и впредь от греха обещается ли отстать. Такожде во отчаяние может придти грешник, когда с ним жестоко поступает иерей; греха тяжесть показует, а о великом Божием милосердии не объясняет. Надобно в сем случае иерею и праведный суд Божий грешникам представить не кающимся; а истинно кающимся исповедимое Божие милосердие. Молодых жен и девиц берегись исповедывать, — молод ты сам, — чтобы сатана плевела не посеял на сердце; пусть их другой священник исповедует".
5. "По обедни всегда что-нибудь прочитай, хотя краткое, ради поучения людей, а праздника никогда не оставляй без поучения, и где бываешь в приходе, в чьем-либо доме, всегда что-нибудь душеполезное скажи, чтобы люди духовно созидались; ежели кого знаешь в чем грешаща, увещевай его и моли, чтобы перестал от греха и судом Божиим устрашай и мукою вечною и неизвестною жития его кончиною; горе христианам неисправным и попам нетщащимся исправлять их! Лица сильного не стыдись, и не бойся, но всех, кто грешит, обличай, сие бо есть звание священническое, и всем помощи у Бога проси, хотя и будут тебя за то ненавидеть злые и злословить, не бойся их; ты делай свое, Бог тебя защитит".
6. "Обычаи злы, как-то божбу: "ей-Богу, на то Бог свидетель", и прочие призывания имени Божия в подлых вещах обличай и искореняй, понеже в сем люди тяжко грешат. Бог, Который повелевает: да не будут тебе бози инии разве Мене, Тойже повелевает: не приемли имени Господа Бога всуе. Такожде, когда един с другим говорит: судит-де ему Бог и прочая, все сие зло искореняй и обличай".
7. "Напоминай всем, что суд Христов есть при дверях, уже настал день Христов, уготовил Господь на суд престол Свой. Оттуда страх родиться может".
8. "Заповеди святые десять и сам часто прочитывай: изрядно протолкованы оные в книжке Платона[16], учителя великого князя; думаю, что есть она у многих в Воронеже".
9. "Богатым, другам, почтенным лицам не угождай — грех велик есть человеком угождать; но что видишь в них худо — обличай, и страхом суда Божия грози неисправным".
10. "Тако ежели, по должности своей поступая, презрен будеши, и злословие, клевету и прочия гонения от беззаконных будешь терпеть, небреги о том, но паче радуйся по Христову словеси; радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех! Аминь".
"Поминай и мене грешного. Спиши зде увещевание преподобного Моисея — оно написано в Прологе, декабря 15 дня, и прочитывай часто, и внимай, и тщись поступать так! Бог милостивый, видя твое усердие и тщание, просветит ум твой Своею благодатию и поможет тебе. Чего тебе усердно желаю".
Отец Иоанн показал себя достойным той любви и доверия, с которым отвечал ему святитель Тихон.
Службу он совершал с величайшим усердием.
Звон завел он у себя пред службами особый: в колокол ударяли не часто, но редко, как в монастырях. Ежедневно совершал он позднюю литургию, и затем акафист Богоматери со звоном.
Сам он во время службы был так полон благоговения, что невольно возбуждал его и в присутствующих. Когда же он замечал, что кто-нибудь стоит невнимательно, оборачивается или разговаривает: тогда он делал замечание, а иных высылал из церкви. Обыкновенно это бывали приезжие, не знавшие требований о. Иоанна. Для исправления шалунов, неспокойно стоявших в храме, он прибегал к суровым мерам.
При всякой литургии о. Иоанн говорил поучение, читая иногда по книге, а иногда по своей рукописи.
Особенно заботился о. Иоанн о храме. Он был до него тесен и некрасив. О. Иоанн расширил его и расписал внутри картинами из житий святых.
Свой же дом его совершенно не интересовал. Кроме тесовых сеней с коридором, которые он пристроил вместо прежних плетневых, он не сделал никаких переделок. В крыше показались как-то трещины, и в это время посетил о. Иоанна епископ орловский Иона. Смотря на крышу и потолок, он сказал: "Я думаю, тебя дождь мочит, бывает течь с худого потолка". — "Нет, владыко, — отвечал он: — я всегда бываю сух"… Во время этого разговора ударил дождь. Земля покрылась водой. А в комнату чрез худую крышу и потолок не проникло ни одной капли, крыша даже была суха, так что архиерей в изумлении воскликнул: "Как чудно Царь небесный спасает и покоит Своих рабов!"
В обиходе своем о. Иоанн был крайне воздержен.
Пища его состояла из куска хлеба с солью и какой-нибудь приправой. А приход его был богатый. Все доходы раздавал он бедным. Милость его была неудержимая. Часто, за неимением денег, он отдавал им последний носовой платок. Он сам первый разыскивал по домам бедных, вдов и сирот и поддерживал их, посещал тюремные замки и подавал милостыню заключенным, уговаривал их покаяться и терпеть.
Часто жена о. Иоанна укоряла его за его бесполезную щедрость. "Как ты не помнишь, — говорила она ему, — что у тебя есть свое семейство и дети? Вместо того, чтоб награждать чужих, ты бы своим кровным что-нибудь приберег и собрал!"
— Не думай, — отвечал он ей на такие речи, — что, расточая свое добро, я лишаю моих детей. Они не будут бедными. Весь мой избыток в лице нищих и бедных я даю взаймы Самому Богу. Я делаю Его должником моим в твердой надежде, что в свое время, когда мои нужды будут велики, Он заплатит мне. Я не расточаю, а собираю для детей.
И его слова оправдались: оба его сына и обе дочери были хорошо устроены.
Вот несколько свидетельств тому, как оправдана была вера о. Иоанна в Божественный Промысл.
У жены его не было денег на покупку припасов к празднику Рождества Христова. Она просила мужа дать ей денег.
— У меня нет денег, — сказал он ей. — Помолись Богу и потерпи. Он и без денег пошлет тебе нужное на праздник, как это бывало и прежде.
Но она неоднократно требовала денег. О. Иоанн решительно сказал ей, что у него нет ничего. Но при этих его словах растворились ворота, и въехал целый воз, со всем нужным для праздника. Тогда о. Иоанн сказал жене: "Благодари Бога и впредь будь терпеливее в недостатках".
Но жена вообще много досаждала ему, своим беспокойным сварливым нравом. Даже, когда он молился, она не умолкала и часто вынуждала его своим ворчанием уходить молиться в приходскую церковь, находившуюся в той же ограде.
Однажды во время молитвы его в церкви пред иконами Спасителя и Богоматери о том, чтоб излилась и на него и на паству его благодать Божия, — он услышал от иконы Богоматери голос: "Иоанне, Иоанне, услышаны молитвы твои".
В ужасе упал он, долго плакал от умиления и не мог продолжать молитву. В расслаблении вышел он из церкви и ночевал в притворе церковном.
В другой раз пришел он к елецкому купцу Ростовцеву, который только что перед тем читал рассуждение о тайне Пресвятой Троицы, и с недоумением размышлял, как бы лучше ее постигнуть.
Придя к Ростовцеву, о. Иоанн сказал: "Матвей, взгляни на потолок". Тот взглянул и увидел открытое светлое небо. Купец от страха упал на пол и залился слезами; плакал с ним вместе и о. Иоанн. Когда окончилось видение, он сказал: "Где нам глупым рассуждать о Святой Троице? Притом и то не забудь, что пророк Моисей, увидев купину, горевшую и несгоравшую, не смел приблизиться к ней. А ты, нечистый, углубляешься в это великое таинство и хочешь постигнуть непостижимое. Наше дело не углубляться, а сердечно веровать".
В доме своем, исполняя завет святителя Тихона, о. Иоанн не оставался без дела. Молитва, чтение книг или другие добрые дела занимали его время. Смеха и шуток не любил он. Исправляя требы, был нестяжателен, совершал таинства с благоговением, а на обедах поминовенных не участвовал.
Замечательно было в его служении священническом то, что он, навещая прихожан, особенно ходил к тем, кого заметил в дурном поведении. Он обличал их, угрожал гневом Божиим и нередко склонял к покаянию. С такими же наставлениями ходил он и по больницам, в тюрьму и бедные дома. Никто не отходил от него без вразумления, которое часто изменяло все взгляды собеседника на жизнь.
Однажды пришел к нему елецкий житель Кожухов и сказал о себе, что, слава Богу, всю свою жизнь прожил покойно, всего у него довольно, недостатков нет, бед с ним не случалось. На эти слова о. Иоанн воскликнул.
— Жаль мне тебя, несчастный счастливец!
— Чем же я несчастлив? — спросил тот.
— Тем, — отвечал о. Иоанн, — что не посещен Божиим наказанием, которое верный знак любви Бога к нам: "его же любит Господь, того и наказует". А ведь ты не малый грешник! Как же можешь считать себя счастливым, когда пьешь беззакония как воду, а живешь без вразумления и бед, которые спасительны, потому что побуждают грешника к покаянию!
