— Хитрая чертовка! — едва слышно, проговорил Броль. — Не удивлюсь, если она знает, сколько в этом кошеле монет.
— Я всё знаю, — рассмеялась ведьма. — Даже срок полукровки, отпущенный ему на этом свете. Хочешь, расскажу, когда ты сдохнешь? Остроухий!
Всебор посмотрел на Громилу и заметил на его губах ироничную улыбку. Броль не верил колдунье, а если и верил, то со свойственным его характеру упрямством, отрицал любую возможность предсказания собственного будущего. Наверное, в иных условиях, эльф наговорил бы старухе всяких гадостей, но ситуация была такова, что решал не он. Ританаль схватила Громилу за руку и предупреждающе покачала головой.
— Ладно! — пожал плечами Всебор. — Я не жадный.
Он вынул из мешочка ещё две монеты и подбросил их над камнями очага. Но на этот раз, ведьма не стала показывать фокусы, а просто схватила их рукой и спрятала в своих лохмотьях.
— Так-то лучше, — зашипела Велимора. — Знания стоят дорого и дурак тот, кто скупится.
— Укажи нам путь к «Воронке душ», — попросил Всебор. — Если тебе это известно.
— Да-а-а! Мне известно, как туда пройти, — проговорила Велимора. — Орёл до сих пор бьётся в зыбучем капкане, и подобраться к нему будет не просто. Эльфийская штучка стоит немеряно. И целые армии готовы сложить головы для того, чтобы заполучить эту вещь. Но воронка охраняет свою добычу и может вырвать душу из каждого кто сунется в неё. Ты готов пожертвовать душой?
— Почему я? — смутился Всебор. — Почему не кто-то другой?
— Глупый человек! Кого ты пытаешься обмануть? — зарычала ведьма. — Думаешь, я не вижу, что ты давно знаешь собственное предназначение? Тебе и никому другому суждено отправится в адский вихрь.
Велимора схватилась рукой за голову и тихонько завыла.
— Не-е-ет! Этого я не вижу, — проговорила она. — Я не вижу, что случится завтра, потому что навье колдовство закрывает свет.
— Как пройти к «Воронке душ», — закричал Всебор. — Укажи нам путь.
Колдунья жадно втянула ноздрями воздух и замерла.
— Завтра, на зорьке, взойдите на ребристый хребет, повернитесь ликами в сторону заката и ждите, пока солнце не укажет вам направление, — сказала Велимора. — У вас будет минута, чтобы узреть великую ярость навьего колдовства, но этого достаточно. Когда же доберётесь до логова зверя, ступайте по тропе голов, чтобы не сгинуть в бездонных трясинах Скальбура. Тысячи погибших уже давно томятся в вязкой пучине, но они были жадными и не спросили добрую Велимору, какой дорогой идти.
Ведьма рассмеялась и снова протянула костлявую руку.
— Хорошо! — Всебор улыбнулся, покачал головой и достал ещё две монеты. — Ну, раз уж ты начала говорить, может, расскажешь, что-нибудь обо мне?
— Зачем тебе это? — колдунья забрала добычу и уселась перед очагом. — Твоя жизнь удивительна и без моих предсказаний. Могу только сказать, что ты не тот, кем себя считаешь.
— Расскажи, что будет со мной? — воскликнул Клут. — Вернусь ли я домой?
— О, да! — оскалилась ведьма. — Вернёшься, если не наделаешь глупостей. Твоя жена ждет, не дождётся. Коптит угрей, да пиво варит.
Велимора замычала, радостно засмеялась и ткнула пальцем в сторону Ританаль.
— Девка никогда не обретёт счастья. Долго будет скитаться по земле без цели и смысла до той поры, пока её семейная тайна не станет поводом к войне. Одноглазый вернётся в деревню, но сидеть на одном месте не сможет и отправится в путь, длинною в жизнь. Тот зубатый паренёк, что прячется за спинами других…
— Из дворянского рода? — нетерпеливо выкрикнул Жиль. — Скажи, что это правда! Умоляю!
— Ты придурок! — фыркнула ведьма. — Не был дворянином и никогда им не станешь. Твой удел копейки сшибать, да возиться с бумажками.
Велимора склонила голову на бок и посмотрела на Броля.
— А ты разве не хочешь знать своё будущее? — спросила она. — Эльф-полукровка, изгнанник и неудачник.
— Мне наплевать, — усмехнулся Громила. — Моё будущее в моих руках, и никто не может его изменить кроме меня самого.
В комнате наступила тишина. Было слышно, как снаружи бормочут «отверженные» и мурлычут одичавшие кошки.
— Тогда пошли вон! — заскрипела колдунья. — Убирайтесь прочь, пока мои детушки мирно спят. Когда они пробудятся, добрая Велимора вам уже не поможет.
Глава 29
Слова Громилы здорово разозлили Велимору. И без того ужасная, ведьма стала напоминать разъярённого демона. Её лоснящаяся кожа покрылась пятнами, белые глаза вылезли из орбит, а вокруг фигуры заклубилась маслянистая копоть.
— Не надо было так с нею разговаривать, — прошептала Ританаль. — Это может плохо закончится.
Комната наполнилась едким дымом, и вся компания, подгоняемая проклятьями Велиморы, вывалилась наружу. «Отверженные» так и стояли у входа в храм, но их поведении уже изменилось. Словно хищные звери, они тянули носами, тихо рычали и конвульсивно вздрагивали, пытаясь сбросить колдовское оцепенение. Мутные глаза вращались в глазницах, приглушённо щёлкали зубы.
— Они нас чувствуют, — предупредила Ританаль. — Не делайте резких движений, не шумите, иначе…
Всё могло быть иначе, если бы не чихнул Клут. Пронзительный звук, естественный в иных условиях, эхом разнёсся над болотами и разбудил оголодавшую нечисть. Из сотен глоток, вырвалось глухое рычание, отовсюду потянулись костлявые руки и островок, зашевелился от безобразных зловещих теней.
— Хватайте их детушки! — завопила Велимора. — Будет вам жратва, сытная и свежая.
— Проклятая чертовка! — выкрикнул Броль. — Всё-таки натравила своих мертвяков.
Они бросились к болотной тропе но, чтобы пробиться к гатям, пришлось поработать клинками. Свирепые твари выползали из-под коряг, бесстрашно кидались в трясину, пытаясь дотянуться до вожделенной добычи.
— Шага не замедлять, — выкрикнула Ританаль. — Остановимся и нам конец.
На болота опустились сумерки, и в какой-то степени это было на руку компаньонам. Твари шли на запах, толкали друг друга, втаптывали упавших в грязь.
— Рвите им глотки! — закричала Велимора. — Сожрите их вместе с потрохами.
— Видать здорово распалилась колдунья, — бросил Громила. — Но своё-то мы получили! А, ребята?
Кто-то разрядил пистолет и в огненной вспышке Всебор заметил колышущуюся массу мертвецов. Велимора ими управляла, и никакие препятствия не могли остановить бездушную армию тварей.
С большим трудом им удалось вырваться из западни и теперь, уставшие и озверевшие от злости, они брели по гатям назад, подальше от капища коварной Велиморы. Припустил дождь. Холодный, порывистый и крупный. Но дождь стал их союзником, он смыл их следы и развеял запах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
