В первый же свободный день, незадолго до заката, он случайно вышел к стоявшему на окраине городка рубленому зданию. Что-то кольнуло его, когда он проходил мимо – вглядевшись, он понял, что именно. Над приоткрытой дверью висела резная доска – пикирующий сапсан, искусно намеченный неизвестным резчиком всего несколькими штрихами, рассекал на ней небо. И в памяти тут же встала картина, о которой он до сих пор не вспоминал, хотя и воспринял самым краем сознания – омерзительная рожа желтого коротышки, словно изъеденная проказой, и падающий на нее сокол. Сокол чернеет, обугливаясь в доли секунды, а Дар, сливаясь с шеддой, пытается сдержать удары шаманской магии...
Решительно шагнув к зданию, Дар взялся за железное кольцо – массивная, сколоченная из трехдюймовых брусьев дверь отворилась легко, без скрипа. Внутри стоял небольшой алтарь, украшенный резной фигурой всё того же сапсана и изображением стрелы на щите. Пол земляной, присыпан чистым речным песком. На стенах – несколько охотничьих приспособлений – капкан, небольшой арбалет, нечто вроде короткой пики с широким лезвиеобразным наконечником. И жуткая голова какой-то твари – чучело, прибитое как раз напротив алтаря, над дверью, внутри. Дар застыл, вглядываясь в это порождения кошмара. В нем смешались черты кабана, волка, еще непонятно кого, но самым чудовищным был высокий, вполне человеческий лоб, и глаза разумного существа, неотрывно глядевшие на Дара. Только спустя полминуты Дар сообразил, что глаза выточены из какого-то камня и неживые.
За спиной послышался шорох. Вздрогнув Дар резко развернулся – алтарь оказался чуть повернут, открывая проход во внутренние помещения храма. А перед Даром стоял невысокий жилистый человек в неновом, но аккуратном и чистом балахоне цвета весенней листвы. Не зная, что сказать, Дар коротко наклонил голову, приветствуя незнакомца по принятой в империи традиции.
- Отец Ветер, жрец бога Хора, приветствует странника! – голос у жреца, вопреки его внешности, оказался гулким и глубоким.
- Я... я Дар, горец. Хочу поблагодарить бога Хора за его помощь в моем путешествии.
- Рад тебе помочь.
Дар подождал с минуту, но видя, что жрец молчит и чего-то ждет, объяснил, что в империи он впервые, и не знает, как принято благодарить богов.
- Ты из тех троих, кто спустились с гор и помогли отразить нападение самалитов на караван? Мне рассказали, что это были легионер, девушка-волшебница и горец.
- Да. Слухи у вас распространяются быстро...
Жрец беззвучно рассмеялся. Когда он повернулся к алтарю, задвигая его на место, Дар увидел, что левая рука служителя Хора покрыта застарелыми страшными шрамами.
- А ты не прост, жрец, - мелькнула мысль. – Повоевал или поохотился в свое время знатно... да и сейчас, небось, по цели не промажешь...
- Всё просто, парень. Подходишь к алтарю, кладешь руки здесь – вот на эти два кристалла, и мысленно произносишь всё, что хотел донести до бога. Потом можешь сделать пожертвование храму – трофей какой, или деньги – что захочешь. Впрочем, это совсем не обязательно...
- А кто пожертвовал вон того красавца? – Дар указал на голову монстра над дверью. Жрец молчал, и Дару стало неловко, он почувствовал, что совершил бестактность. – Простите, если я чего не так спросил, если это секрет...
- Обычно об этом не спрашивают, - подтвердил жрец. - Но этого хазарга добыл я – десять лет назад. От него же мне вот эта памятка, – он показал покалеченную руку.
- Мне говорили, что сюда такие не забредают...
- Верно. Это не здесь и было – в Милеве я его встретил, севернее Тарсея. Ну, так что, начнешь? Тебе помочь с медитацией?
- Нет, спасибо, я сам! – Дар испугался на секунду, что жрец сможет увидеть в нем лишнее... Решительно сжав в руках верхушки деревянных столбиков с кристаллами, Дар прикрыл глаза, сосредочился и мысленно произнес:
- Благодарю тебя, Хор, за помощь в путешествии и за твой амулет. И за участие в том бою...
- Человек-шедда, пришелец с Изнанки, я помог тебе потому, что твой путь к цели будет долог, а труд – тяжек! – Совершенно неожиданно, как тогда, в замке, голос прозвучал прямо в голове Дара. Но спутать его с голосом Сешат было невозможно. Интонации, аура - зеленоватая, лиственная, а не холодная, лазоревая, голос мужчины-воина. – Следуй за друзьями, помогай им, оберегай девушку! Рассчитывай на себя, но мы будем следить за вами и помогать там, где сможем.
- Но в чем моя цель? Защита Элеаны от Хакеса? Я же не выстою против него – не такой я дурак, чтобы на такое ...
- Не лезь в драку первым, учись, думай... – голос бога постепенно затихал, словно удаляясь. – Ищи союзников...
- Где?
Ответа не последовало. Дар, по-прежнему стоя с закрытыми глазами, вдруг ощутил изменения в храме, которые ранее не замечал, поглощенный разговором. Алтарь перед ним теперь ярко светился в магическом плане, глаза резного сокола сверкали изумрудным светом. Открыв глаза, Дар с трудом разжал руки и шагнул назад, чуть не натолкнувшись на жреца. Тот ловко посторонился, придержав Дара за локоть, глядя на него широко открытыми глазами, и не скрывая изумления.
- Второй раз, за время моего служения, Хор разговаривал в этом храме,- пробормотал он, в ответ на невысказанный вопрос Дара. – Боги обратили на тебя внимание, парень. Сочувствую я тебе – ведь ты даже бездольный...
- Амулет меня закрывает от него – это хорошо! – отметил Дар, а вслух произнес:
- Ты тоже слышал слова Хора?
- Нет, разумеется, - с большим удивлением ответил жрец. – Слова бога всегда предназначаются только для конкретного человека.
- А почему ты мне тогда посочувствовал?
- Ну, для этого ничего слышать не надо! – жрец грустно усмехнулся. – Когда человек становится предметом интереса богов, судьба его может быть какой угодно, но только не легкой и не простой...
- Странно слышать такое от жреца...
- Почему же? Мы служим богам и людям, пользуемся мудростью и магией Покровителей, чтобы нести в жизнь их же установления. Но ничто не мешает жрецу, как и любому человеку, иметь свое мнение о своих господах и об их действиях...
- Боги играют в свои игры, а люди платят по счетам?
- Я такого не говорил. Боги-Покровители дали нам жизнь, знания, помощь против темной магии Отступников и их слуг. За всё надо платить, парень. Долг перед родителями, долг перед страной, долг перед богами – это стрелы из одного колчана. От этого никуда не уйти. Да и ты же не из тех, кто свои долги перекладывает на других!
- Долги... да, я тоже не без них – меня, конечно, не спросили... но жизнь с долгами лучше небытия без долгов, тут спору нет...
- Благодарю тебя, отче... Ветер, - Дар чуть запнулся, вспоминая имя жреца, которым тот представился в начале встречи. – Особенно – за беседу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
