его на плаву и не сдаваться среди всех этих проблем? Однако, мне всегда казалось, что к преподавателям и руководящему звену не применимы… обычные правила. Педагог может держать учебник или методичку у себя бессрочно…
- Ес-сли это ему нужно для работы, - кивнула Змея Особо Ядовитая. – И ес-сли это – не единс-ственный экземпляр! А я что-то не помню, чтобы вы читали курс-с алхимии!
Оба случившихся тут же алхимика – пожилой мэтр Анастас и его более молодой коллега мастер Августин – невольно придвинулись ближе. Насколько я помнил, никто и никогда не замещал алхимиков. Занятие могли отменить, могли перенести на более позднее время, но никогда, придя на урок, студенты не встречали на кафедре преподавателя другой дисциплины. И тем более, никто не пытался замещать алхимиков, как я замещал преподавателя пентаграммостроения и Верину Кит. В самом крайнем случае, для первокурсников приглашали кого-нибудь из лаборантов, чтобы те просто проконтролировали поведение оставшихся без присмотра учеников.
- Хм… - ректор изобразил напряженную работу мысли, - видимо, кто-то из нас переутомился на работе… поскольку я с трудом припоминаю эту методичку. Кажется, было что-то такое… я, помнится, удивился, как эта книжица попала в стопку других… Такая тонкая… немудрено ее было случайно туда положить… или даже подбросить… кому-то, кто очень не хотел, чтобы его интерес к алхимии был замечен! – повысил он голос, обводя собравшихся пристальным взглядом. – Если эта книга у меня, ее мне могли подбросить… И я буду очень рад вернуть ее… по назначению. Пока меня не вздумали обвинять по всякой ерунде, отвлекая от работы! У вас, - он резко стукнул тростью об пол, - тоже, кажется, работы полно? Так чего стоите? Занятия сами себя не проведут! Половина учащихся сейчас предоставлены сами себе. Это, как мне кажется, поважнее, чем какая-то порча и пропажа методичек!
«Подпорченный» преподаватель-ведун аж вздрогнул при этих словах, и мэтр Визар положил ему руку на плечо. Правда, тут же отдернул и стал яростно трясти кисть – прикосновение к «порченному» могло ему дорого обойтись.
- По местам, я сказал! – почти заорал ректор. – Считаю до трех! Ра-а-аз…
- Успею, - решил черный маг и решительно сделал первый пасс.
Некоторые педагоги потянулись к дверям. Первыми выскочили оба алхимика, за ним гурьбой, толкаясь и наступая друг другу на ноги, вывалились аспиранты и с ними парочка младших преподавателей. Потом, косясь на меня, мимо протиснулись мастер Кунц, а также двое преподавателей с кафедры общей магии – у их заведующего мэтра Йоганна сегодня был выходной. Мэтр Визар продолжал вдохновенно делать пассы, и аура ведуна искрила и переливалась так, что еще чтуь-чуть – и будет видна невооруженным глазом. «Порченный» дергался в такт пассам, двумя руками удерживаясь за сидение стула, чтобы не свалиться.
- Два-а-а, - угрожающе протянул ректор.
- Идите, Рихард, - мэтр Сибелиус потрепал своего заместителя по руке, - надо исполнять свой долг.
- Наставник, - голос Вагнера чуть дрогнул, - я…
- Мне все равно давно пора на пенсию…
- Золотые слова, - процедил ректор, не сводя глаз с черного мага. Тот так ушел в работу, что не заметил бы даже отряд боевиков от Инквизиции верхом на драконах, разносящих Колледж по кирпичику. Аура его пациента полыхала так, что больно было глазам. Мэтру Визару удалось зацепить кончик плетения порчи, и он начал вдохновенно его распутывать. Дело затягивалось потому, что действовать ему приходилось одной рукой, в то время как второй он продолжал совершать защитные пассы. Виртуозно, прямо скажу! Засмотришься!
- Два с полови-и-иной… - почему-то дрогнул ректор.
Рихард Вагнер вышел вместе с «общевиками», которые изо всех сил тянули шеи, чтобы подсмотреть за работой. В учительской осталось всего восемь человек – мэтр Визар, его «пациент», мэтр Сибелиус, уже начавший подниматься, чтобы покинуть комнату, ваш покорный слуга с задержанным им аспирантом, сам ректор, библиотекарша, которая, наоборот, просочилась в учительскую и младший преподаватель боевой магии. Прижавшись к стене, он попытался прокрасться к выходу за спинами собравшихся, но был замечен мною:
- Стоять!
- А?
Он метнулся к выходу, едва не оттолкнув попавшегося на пути ректора, но я оказался проворнее и загородил ему дорогу:
- А вас, мастер, я попрошу остаться.
- Я ничего не делал! – ощетинился тот. – Это произвол! Я…
- Вы мне нужны, чтобы отконвоировать задержанного по назначению, - сказал я. – И проследить, что все совершилось согласно закону. Именем Святой Инквизиции! – вскинул руку с перстнем, демонстрируя печатку и с огорчением думая, что был в полушаге от того, чтобы третий и последний раз отречься от магии.
«Боевик» сник.
- Идемте.
Мне ужасно захотелось задержаться и досмотреть представление – я еще никогда не видел, чтобы так снимали порчу, да и вообще при мне порчи снимали не часто – но надо было спешить. Все, что я мог, это кивком привлечь внимание мэтра Сибелиуса:
- Наставник… Вам стоит навестить мэтра Голона и дать себя осмотреть. Вы… ваше здоровье и возраст… с этим не шутят.
- Да уж, - попытался улыбнуться тот.
- К тому же я хотел бы вас попросить… вашему коллеге после снятия порчи все равно придется навестить целителей. Так что, мне кажется, вам стоит пойти вместе с ним. Двоим – или даже троим, ведь кто-то должен вас сопровождать! – господин ректор не сможет отказать!
Старый некромант улыбнулся еще раз, прекрасно понимая, что я имею в виду.
С этими словами я вышел, увлекая за собой аспиранта и его конвой. Меня больше не интересовали ни ректор, ни библиотекарша. То есть, конечно, интересовали, но совсем не так. Пропавшая методичка… в данный момент она находилась у меня, конфискованная у студентов. И если ее дал им сам бессменный ректор, то… дело получает новый поворот.
Зачем он им ее дал?
За всеми этими передрягами у меня не было времени как следует ее изучить – так, пролистал на досуге, убедившись, что там в основном описания опытов. На штамп не обратил особого внимания и даже не помнил, есть ли там какие-нибудь особые пометки. А теперь это и не так уж и важно. Самые главные ответы получены только что. А насчет остальных… думаю, Динка не откажется со мной побеседовать на эту тему.
