Читаем без скачивания Преступление - Ирвин Уэлш

— Блин, горячо! — взвизгивает Стэрри; впрочем, полотенце приглушает звук.

— Ничего, потерпишь, — говорит Леннокс, глядя на Робин.

— Рэй, что происходит? — Робин нервно обирает катышки с линялой зеленой водолазки. — Где моя девочка? Ты к Чету ее отвез?

— Я уже говорил, Тианна в порядке. И нечего мне тут спектакли устраивать. Я, Робин, один твой спектакль уже видел. — Леннокс достает из кармана диск.

— Ты записи нашел… — Робин непроизвольно поправляет волосы, Леннокс еле сдерживается, чтобы не наорать на нее.

«Она думает, я ревную! Вот дура! Решила, я это на почве ревности!»

— Да, нашел.

— Меня с Джонни Стэрри познакомила. Ему нравилось записывать на видео, когда мы… ну, когда мы были вместе.

Леннокс кивает, думает о парнях, мечтавших о карьере порнозвезд, — мечты прекращались одновременно с осознанием, что перед камерой не встает. Через пару поколений, по-видимому, вставать не будет без камеры.

— А потом он и Ланса задействовал — скулит Робин.

— Сука! Ланс — мой парень! — доносится приглушенное полотенцем шипение Стэрри.

Робин не реагирует.

— …С каждым разом они все агрессивнее становились, просто как помешанные. Потом я узнала, что были и другие женщины, и другие записи.

— О да, были и другие, — язвит Леннокс.

Робин смотрит на Стэрри, полотенцем прикрывшую сломанный нос, подвывающую от боли, переводит взгляд на Леннокса.

— Рэй, кто ты? Кто ты такой? — Придушенные рыдания Робин сопровождаются судорожными сглатываниями — густая слюна в избытке поступает в пищевод.

— Обо мне позже, — отмахивается Леннокс. Сможет ли он когда-нибудь ответить на этот вопрос, так чтобы ответ удовлетворил его самого? — Ты смотрела эти записи?

— Нет, откуда?

— Некоторые из них были сделаны на Четовой яхте.

— Нет, — выдыхает Робин. — Нет! Нет! Не верю… Чет не мог… Где Тианна?!

Леннокс вставляет диск в плеер.

— Вот эту запись ты точно не видела.

— Что? Ты собираешься порно смотреть? Прямо сейчас? С какого перепу…

— Нет, смотреть будешь ты. Тебе надо знать, чего на самом деле хотят твои так называемые друзья.

Леннокс не в силах снова увидеть Тианну — он следит за реакцией Робин. Мелькают первые кадры. Слышится голос накачанной снотворным Тианны.

— Меня тошнит… Я хочу домой…

Увещевания Диринга:

— Все хорошо, деточка, просто расслабься…

— НЕТ! Боже… Нет! — У Робин грудная клетка ходуном ходит. Ужас неподдельный; теперь Ленноксу понятно — все совершалось без ведома Робин.

— Прости. — Леннокс нажимает на пульте «стоп». — Мне надо было убедиться, что ты не замешана.

— Что? Что ты имеешь в виду? Кто? — У Робин округляются глаза, она ловит ртом воздух, как рыба.

Стыд давит Леннокса, он не выдерживает, смотрит в пол.

— Вероятно, они давали Тианне какое-то седативное средство. Не на яхте, нет — скорее всего, в машине, когда отсюда ехали, на Аллее Аллигаторов. — Леннокс поднимает взгляд. — Пока ты была в реабилитационном центре.

— Но я ведь оставляла Тианну со Стэ… — Робин осекается на полуслове, смотрит на кресло, на фигуру под полотенцем. — Не может быть… НЕТ! ЧТО ТЫ ДЕЛАЛА С МОЕЙ ДЕВОЧКОЙ, ТЫ, ГРЯЗНАЯ ТВАРЬ, СУКА ПОДЗАБОРНАЯ?!

— Робин, — продолжает Леннокс, — ты помнишь Винса, ну, того, с которым ты водила знакомство в Алабаме?

— Да, — еле слышно выдыхает Робин, сверлит Стэрри полным ненависти взглядом. Стэрри прикрывается полотенцем, как маской.

Леннокс стискивает руку Робин, переключает ее внимание на себя.

— Ты уехала из Мобила, чтобы отделаться от Винса. Уехала вместе с Тианной, поскольку знала, что Вине за птица? Тианна тебе все рассказала и ты ей поверила, так?

— Я… да… Винс говорил, что любит меня!

— Винс входит в организованную группировку педофилов; Ланс и Джонни — тоже. И Джимми Клемсон из Джексонвилля.

— Нет… разве такое бывает? — кричит Робин. Впрочем, судя по глазам, она уже поняла: бывает.

— Все дело в том, что они выслеживают матерей-одиночек, таких, у кого нет ни денег, ни дома, ни родных, зато есть дочь лет десяти-двенадцати. Информацией обмениваются главным образом через интернет — у них свой вебсайт, — но также и на своих сборищах, так называемых семинарах по оптимизации продаж. У меня имеется список, в интернете нашел. Они разработали целую стратегию, как передавать информацию другим педофилам. Эти же, в свою очередь, выслеживают указанную женщину, пытаются склонить ее к сожительству. Когда цель достигнута, педофил переключается на девочку. Если у матери появляются подозрения насчет истинных намерений своего любовника, тот просто исчезает, а домашний адрес, адрес места работы и прочее передает дальше, так что вскорости у женщины появляется новый любовник-педофил.

— О боже… — стонет Робин. Она закрыла ладонями лицо. — Моя Тианна… что я натворила… что они сделали с моей девочкой?

Ком в Ленноксовом горле обжигает, но Леннокс делает над собой усилие.

— Закон у них один — не рисковать. Сначала добейся доверия матери, только потом заводи дружбу с дочерью, только потом проявляй к ней интерес. Педофил играет в папочку, который так нужен ребенку, постепенно добивается эмоциональной близости, а там и физического контакта. Возьми меня за руку. Обними меня. Потом чмок в щечку. Потом подонок признается в любви, только просит держать это в тайне. И постоянно хвалит девочку, всячески подчеркивает, что она такая одна-единственная, вот девочка и верит, что между ней и «папой» особенные отношения, и в то же время проникается необходимостью не афишировать их, вообще никому ничего не рассказывать. И вот к чему это приводит. — Леннокс кивает на экран.

Из груди Робин вырываются тихие, горестные, ритмичные, всхлипы, глаза она все еще закрывает ладонями. Кажется, у нее даже поры расширились — будто специально, чтобы впитать всю грязь обстоятельств места. Внезапно Робин смотрит на Стэрри, в ее глазах безумная ярость. Стэрри замерла в неестественной позе, притихла, полотенце все еще на голове.

— ВКЛЮЧИ ПРОСМОТР, Я ХОЧУ ЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СДЕЛАЛИ!

— Нет, — отвечает Леннокс. — Если хочешь увидеть больше — пожалуйста, смотри, только без меня. — Стэрри напоминает ему ястреба, на которого надели клобучок, чтобы заглушить инстинкты. — Педофилы практикуют круговую поруку. Не успела ты развязаться с Винсом в Мобиле, как твои данные уже были переданы им Клемсону из Джексонвилля.

— Я же не знала… Откуда мне было знать?

— Неоткуда. Едва ты заподозрила Клемсона, он связался с Джонни и Лансом из Майами.

— Жирный боров, — шипит Робин. — На Винса я бы никогда не подумала, но Клемсон… гребаный вонючий боров!

— Боров и есть. Таким образом, по мере того как твои любовники проявляют в сексе все больше агрессии, ты все чаще думаешь: «Наверно, мужчинам только это и надо, может, я просто немного старомодная». И вот ты совсем одна, подруги и родня далеко. Зато с тобой эта блядь. — Леннокс кивает на Стэрри. — Она на них работает, а тебе внушает, что жизнь удивительна и прекрасна. Не успеешь заподозрить — а они уже получили от тебя что хотели. — Еще один кивок, на диск.

— Они меня вокруг пальца обвели, купили просто. Снабжали халявой: снежком, амфетамином, травкой, седативными…

— В тот вечер Стэрри затащила тебя в бар не просто так — там поджидал очередной извращенец. Если бы все пошло по плану, он бы стал твоим новым. Помнишь типа, с которым я повздорил?

Следует вымученный кивок и душераздирающее «ЗАЧЕМ?» в адрес Стэрри.

— Просто ответь: тебе-то это зачем?

Стэрри, ото всего изолированная окровавленным полотенцем, что-то бормочет по-испански, не иначе молитву.

— Она меня за педофила приняла, — продолжает Леннокс. — А потом, когда до дела дошло, сообразила, что лоханулась. Помнишь, она ведь сначала нас сводила, а потом стала с тобой соперничать за мое внимание?

— Я не могу поверить. Оказывается, все они… и Винс, и Джимми, и Джонни, и Ланс… все замешаны… — От внезапной догадки глаза у Робин чуть не выскакивают. — И Чет тоже? Тианна сейчас у него?

— Нет, Тианна в безопасности. А с Четом другая история.

Он не педофил. Он несчастный вдовец. Ублюдки завели с ним дружбу, чтобы на яхту доступ иметь. Использовали его, как тебя. Ту же тактику применяли. Сначала стали ему приятелями. Диринг — он ведь полицейский, а Чет, как и большинство людей, полицейским доверяет. — Робин жадно ловит каждое слово Леннокса, он чувствует себя птицей, выкармливающей ненасытного птенца. — Показали Чету пару-тройку пикантных фильмов — приятели так иногда поступают. — При мысли «приятели иногда делают еще кое-что» Леннокс чувствует тошноту. — А потом последовала фраза: «Мы сами любим кино снимать. Можно, у тебя на яхте займемся?»