В окошке «имя» — Даника. Это было просто. Дата последней менструации. Имя мужа/отца… Дерьмо! Зачем же всё так усложнять? Написать, что неизвестно? Или просто пропустить?
— Госпожа Уитни!
Даника так резко вскинула голову, что почувствовала боль в шейном позвонке. Она посмотрела на ожидающую её медсестру, стоявшую в дверном проёме. Наконец Дани встала и направилась к ней.
— Я ещё не закончила, — сказала она несчастно.
Женщина нахмурилась, неодобрительно глядя на неё.
— Просто держите его при себе, и заполняйте, — сказала она, а затем быстро выхватила клипборд и поставила её на весы.
— Я могу снять обувь? Джинсы? Я знаю, они весят, по крайней мере, фунтов пять.
Медсестра была удивлена.
— Конечно.
Даника боролась с желанием ударить эту косоглазую, которая, затаив дыхание, наблюдает, как женщины набирают вес.
— Вес… и тому прочее.
Дани натянуто улыбнулась женщине.
— Разве без этого вы не можете сказать диагноз?
Женщина недружелюбно посмотрела на неё и записала рост, ничего больше не говоря. Как будто это кого-то волновало!
— Проблемы с мочеиспусканием?
— Нет. Каждые пять минут, как часики.
— Стул?
— Что?
— Ваш кишечник?
— Да, он у меня на месте.
Женщина прищурилась.
— Есть проблемы с пищеварением?
— Нет. Всё возвращается обратно.
Медсестра кивнула.
— Тошнота, — бормотала она себе, записывая.
— Рвота, — исправила её Даника.
— И рвота, — покорно отметила медсестра. — Как часто?
— Каждый день. Это плохо? То есть нормально?
Она пожала плечами.
— У каждого беременность протекает по-разному. У вас были проблемы прежде?
— До того, как забеременела?
— В предыдущих беременностях?
— Нет, — резко ответила Даника. — Я не была раньше беременна.
Губы женщины напряглись.
— Вы не заполнили эту графу.
— Не успела.
Женщина вручила ей чашку.
— Нет, спасибо. Я не хочу пить, — всё равно она была пустой.
— Помочитесь сюда.
— О. Сколько надо?
Женщина ехидно посмотрела на неё.
— Столько, сколько сможете.
Сука посмотрела на неё с отвращением, когда Дани принесла полную чашку, оставила содержимого на кончик пальца, а остальное вылила.
Данике понадобилось всё самообладание, чтобы в этот момент не врезать косоглазой медсестре. Если для анализа было достаточно нескольких капель, зачем она просила «сколько сможете»? Просто, чтобы заставить её выглядеть глупо?
Затем её направили к следующей камере пыток, где девушка стала подушкой для булавок. После того, как ей искололи обе руки, медсестра заявила так, как будто Даника преднамеренно сделала это:
— У вас плохие вены.
Даника впилась в неё взглядом, но воздержалась от комментария, что с венами у неё всё было в порядке, просто криворукие медсёстры не умеют делать уколы. Та вызвала помощницу. К счастью, вторая после двух-трёх попыток нашла вену, и взяла столько крови, что хватило бы на переливание.
Дани испытала огромное облегчение, когда медсестра решила, что с неё хватит. Косоглазая проводила её в смотровую, приказав раздеться догола и, надев «платье», лечь на стол. Даника лежала на спине с клипбордом в руках, пытаясь закончить заполнять формуляры, и, наконец, бросила это занятие.
Незаметно для себя она задремала, но сразу подскочила, когда кто-то неожиданно распахнул дверь и вошёл внутрь.
Мужчина выглядел настолько молодо, что мог бы быть её сыном!
Плюхнувшись на стул с колёсиками, он подъехал к ней, устроившись между ног, и начал разговаривать с ней, засунув несколько пальцев ей во влагалище, время от времени поглядывая на Данику и задавая вопросы. Наконец он встал и обошёл девушку, продолжая удерживать одну руку внутри неё, а другой надавливая на живот, и в этот момент разговаривая с медсестрой.
Просмотрев её данные, доктор взглянул на Дани отеческим взглядом.
— Так, вы беременны!
— Это не… опухоль или что-то подобное?
— Нет. Не думаю. Когда у вас была последняя менструация?
Он нахмурился, когда она ответила ему, положил клипборд на её живот и снова полез пальцами во влагалище.
— Вы уверены?
— Что-то не так? — спросила она тревожно.
Доктор нахмурился вместо ответа.
— Судя по вашим анализам, я бы сказал, что срок гораздо больше.
Мужчина написал ей предписания, объяснил, что она должна купить и когда, погладил её по руке и, насвистывая, проводил к двери.
При выходе он отдал ей последние указания.
Даника испуганно смотрела на всё это, чувствуя, что её обманули. Ей придётся ждать ещё несколько недель, чтобы узнать окончательно «да» или «нет»?
Конечно, врач, казалось, знал наверняка, но как он мог сказать это только прощупав её пальцами?
Кон бросил своё меню поверх остальных папок и поудобнее устроился за столом.
— Я надеюсь, что ростбиф будет лучше, чем прошлым вечером, — пробормотал он.
Дакота пожал плечами.
— Я просто рад, что они наконец открылись и снова работают. Мне чертовски надоел гриль.
— Я счастлив, что мне не придется здесь вновь питаться, — пробормотал Джаред. — Будет здорово вернуться домой.
Кон и Дакота бросили на него укоризненный взгляд.
Ксавье кивнул.
— Это было бы хорошо, — согласился он. — Не могу сказать, что огорчён этим.
— Ты что! Я чертовски счастлив, что покончено с этим бардаком, и с нетерпением жду домашней кухни, своей постели… своего долбанного душа, — резко закончил Дакота, пристально глянув на Блейна.
Тот пожал плечами.
— В целом я не думаю, что мы могли сделать что-то лучше. Совет сегодня освободил нас, они назначат кого-нибудь отвечать за организацию местной стаи. У него будет вся власть… на некоторое время, по крайней мере.
Кон задумчиво нахмурился, проводя рукой вверх-вниз по бутылке, стоявшей на столе перед ним.
— Жители будут хорошими маленькими собачками… до следующего полнолуния, так или иначе.
— Которое вот-вот настанет, — сухо добавил Блейн.
Дакота прикрыл глаза на секунду, а затем нахмурился.
— Так долго? Я имел в виду, такое чувство, будто мы здесь навсегда застряли, но, наверное, это потому что я не спал нормально с тех пор… с первого перехода, — быстро закончил он, обведя взглядом сидящих за столом, чтобы увидеть, заметил ли кто-нибудь его заминку.
Ни один из них не взглянул на него, было трудно понять, заметили ли они это или же не обратили внимания.
Джаред пожал плечами.
— Они неплохо справляются. Даже появились признаки самообладания.
