К осени 1998 г. польский частник оказался в глубокой дупе из-за дешевых германских продуктов. Они сейчас бузят там, бастуют, тракторами дороги перегораживают, а ведь не поможет. Польские фермеры протестуют против наводнения польского рынка более дешевыми западноевропейскими, в основном германскими, продуктами, в частности, картофелем. Они лишились сбыта! А опустить цены польские крестьяне не могут — это для них медленная смерть. Несколько лет они потрепыхались, так как наше правительство обеспечивало полякам рынок, но торговля шла на доллары... а доллары у России возьми, да и кончись.
Примерно та же ситуация в Латвии. Сколько было рассказов о культурных хуторах, где у "Каждой фермы — рампа, на которую выставляются фляги с молоком, и по отличной асфальтированной дороге каждое утро к ферме приезжает грузовик... не то, что в темной, некультурной России, где шоссейки нет и к многотысячному селу. Кстати, из космоса граница между Прибалтикой и Россией хорошо видна — на ней заканчиваются дороги с твердым покрытием, построенные после войны.
Прибалты грозились завалить Европу молочными продуктами, стоит им лишь отделиться от России. На чем их боевитость зиждилась? Да на плохой памяти. За годы советской власти как-то забылась дореволюционная поговорка о бедном человеке: «у него, как у латыша — х... да душа». Именно таково было благосостояние прибалтийских народов раньше, и именно к этому состоянию дела идут сейчас.
Те семейные фермы-хутора, которыми нас так запугали националы в конце 80-х, сейчас перешли на натуральное хозяйство. Одна-две коровы, только для себя. Производить что-то на продажу — себе дороже, на солярку больше уйдет. Сельское хозяйство развалилось. А чего тут удивительного? Это для нас в Прибалтике зима мягкая, а по западноевропейским понятиям там великоват стойловый период, повышенный расход кормов, велика децентрализация, хуже кормовая база. Нерентабельно! И свой же брат прибалт голосует конвертируемым латом за голландское масло. Вот и кончилась мечта. На какие шиши теперь асфальтировать шикарные автострады, построенные в советские времена? Если только НАТО на военную инфраструктуру подбросит. Конечно, некоторое время их Европа пофинансирует...
Но вот сейчас транзит через Прибалтику кончится — и все, аллес капут. Чем они на жизнь заработают? Проституцией у ворот американских баз? Но проститутки ценятся, пока молоды, а потом все равно работать придется. А где работать, что производить? В рамках российского и советского рынков их продукция была ой как конкурентоспособна, а вот в рамках мирового — извините. И не надо быть особым прозорливцем, чтобы догадаться, что доллары они заработать не смогут, а вот рубли — запросто. И вернутся, голубчики, туда, откуда с таким скандалом вылетели — в изолированный от мирового рынка российский рынок, со всеми его прелестями. Не хочется? А придется. Их, может быть, эта перспектива не радует, но с законами экономики не поспоришь. Меня, кстати, их будущее возвращение радует еще меньше.
Может Эстония залить Северо-Западную Россию сметаной? Может, и даже запросто — в Прибалтике всегда рентабельность молочного хозяйства была выше, чем в России, особенно когда СССР фуражное зерно подкупал. А Германию? Да Господь с вами. Нужна там эстонская сметана.
Причем все вышеперечисленное касается не только Центральной Европы. Да, в Абхазии растут мандарины. Да, их там много, Грузия могла бы обеспечивать всю Россию. Но, сунувшись со своими цитрусовыми на мировой рынок, грузины уйдут оттуда несолоно хлебавши. Не тот у них мандарин, чтобы с марокканским и испанским соревноваться. Он в Грузии на трифолиуме привит, а это не лучший подвой. И сорта не те, и затрат больше, и восстанавливать плантации часто приходится, потому что для некоторых культур и Закавказье — зона рискованного земледелия.
А где сбывались, скажем, финские товары? Я думаю, об этом легко догадаться. Не в Западной Европе.
Я не испытываю предубеждения к болгарским сигаретам. На мой взгляд, рак легких от болгарского табака ничем не хуже, чем от американского. Но положа руку на сердце — какие шансы у «Болгартабака» в конкурентной борьбе против «Филип-Морриса»? Если конкурировать в долларовой зоне? А пока рубль конвертируется — мы все в зоне доллара.
Причина одна — в Европе условия для сельского хозяйства ухудшаются с Запада на Восток, и оно становится менее рентабельным. Вот сейчас и восточноевропейский фермер узнал, что это такое.
Правда, не могу не пояснить: на самом деле никто в мире не торгует продовольствием. Торгуют продовольственными излишками, а это не одно и то же!
ЛЕГКО ЛИ БЫТЬ ЛИМИТРОФОМ
Если вы помогли другу в беде, он наверняка вспомнит о вас, когда снова окажется в беде.
Правило Чейтса
Современный мировой рынок состоит из двух определенных категорий — одни страны дешево производят, другие с чувством и толком потребляют. Восточная Европа с большим удовольствием присоединилась бы ко второй категории (как и Россия, впрочем), но не может оказаться даже в первой.
Те же факторы, что и в России, влияют и на их рентабельность промышленного производства, хотя и несколько слабее. Но в конкурентной борьбе имеют значение излишние траты даже в размере нескольких процентов.
Так что некоторые трудности в экономике наших западных соседей не случайны, это не временный кризис. Процесс на этом не остановится. Пока — лишь пока — наши западные соседи живут во многом за счет транзита, приграничной торговли, реэкспорта, причем главным действующим лицом в этих операциях является Россия. Так, почти все бананы в Россию почему-то попадают из Финляндии, поэтому они в Питере дешевле всего. Но покупательная способность России падает...
То, что наши соседи пока что имеют процент от реэкспорта нефтепродуктов и цветных металлов — во многом результат коррупции российских чиновников и, так сказать, несовершенства механизма разграбления нашей страны. В принципе, наши экспортеры платят ближайшим соседям совершенно излишний процент, и вполне могли бы на пути к конечному потребителю обойтись без посредников. Даже если «пореформенная» экономическая система не будет сломана, а лишь усовершенствована, то роль посредников будет в конце концов сведена к нулю.
Аналогично, то, что основной торговой базой для наших «челноков» была Турция — результат временного стечения обстоятельств. Дело в том, что частная внешняя торговля — это, конечно, для нашей страны — зло. Но торговля в форме «челночничества» — зло в квадрате. Импорт мелкими партиями приводит к дополнительному разорению страны. А «челноку» чисто технически было неудобно ехать куда-то дальше Турции, а в Европу через Польшу — противно и опасно. Впрочем, естественный процесс вытеснения мелкого «челнока» оптовыми импортерами почти завершился к 17-му августа, и, если бы не кризис, в будущем импорт шел бы крупным оптом, и не обязательно через Турцию.
Ситуация фактического валютного банкротства нашей страны сильно сократила эту внешнеэкономическую деятельность. Даже если экспорт цветных металлов и нефти из России не будет национализирован, его объемы все равно сокращаются. Будущее у экономики «лимитрофов» (так в период между мировыми войнами называли пограничные с Россией страны) незавидное, В 20-е — 30-е годы из Прибалтики эмигрировала значительная часть населения, и это было неспроста. У эстонцев была своя пословица:
«колыбель эстонцев — Эстония, а могила — весь мир». Нечем им было в Эстонии жить! А сейчас подобная ситуация снова воспроизводится.
Таким образом, положение наших западных соседей — весьма своеобразно. По сравнению с экономиками стран Западной Европы и Южной Азии их экономики неконкурентоспособны, и входить с ними в одно рыночное пространство, «мировое» — для них самоубийственно. Зато в одном рыночном пространстве с Россией производства в этих странах могут и процветать. Если российские предприятия будут работать хорошо, то и предприятиям стран — бывших членов СЭВ — будет хорошо также, ведь они находятся в более благоприятных условиях, у них есть экономическая фора — меньшая потребность, чем у российских, в энергии. Проблема у них лишь в одном — чтобы они хотели продавать на нашем рынке, необходимо, чтобы им можно было что-то на этом рынке и купить. Это и сырье, и полный набор товаров, по современным понятиям, необходимых для жизни. Вот в этом проблема! Прошлый раз при жизни СЭВ — так не получилось. Наши братья-славяне и прочие угрофинны очень обиделись на темную варварскую азиатскую державу, что она их всячески угнетает. Подоплека была, конечно, не в угнетении, а в меньшем разнообразии в витринах. У западных соседей витрины были богаче!
Сейчас витрины на центральных улицах у «братьев-славян» — как надо, а вот производство где стоит, а где и лежит пластом. Через некоторое время настанет момент, когда жизнь напомнит: человек не только потребитель, но в первую голову работник, и чтобы потреблять, надо что-то производить и продавать, а их производство никому в мире не нужно. Кроме России и Монголии, и то на определенных условиях.
