Взяв ящик с пистолетами у нее из рук, Джеймс сказал:
— Мисс, мне не хотелось бы об этом говорить, но эти двое слишком уж серьезны. А вы говорили, что это все шутка. Где же лорд Уортен?
— Лорд Уортен будет здесь с минуты па минуту, — отвечала с улыбкой Мег, стараясь казаться спокойной. — А мистер Уайт здорово играет свою роль, правда?
Джеймс, нахмурившись, посмотрел на мистера Уайта. Он насмотрелся много всяких странных игр, в которые играли господа. И не может же он не повиноваться мисс Маргарет! Он поклонился ей, отнес ящик мистеру Уайту и вернулся к лошадям.
Мег предложила ему отвести их к ручью, как он это сделал вчера, и он с готовностью согласился. Если она ничего не имеет против, он бы предпочел держаться подальше, сказал он.
Мег наблюдала за Монтфордом и мистером Уайтом, пока пистолеты не были осмотрены. Только когда они оба обернулись в ее сторону, она вышла из кареты. Надвинув шляпу на уши и завернувшись в шарф, она направилась к ним, стараясь подражать походке Чарльза.
Остановившись перед ними, она повернулась так, чтобы ее лицо оставалось в тени. Ни один из мужчин, видимо, не нашел ничего странного в ее наружности, и она слегка расслабилась, по меньшей мере настолько, чтобы поклониться им и назвать Монтфорда по имени.
Монтфорд, с неподвижным лицом, сказал:
— В вашем письме, Бернел, вы превзошли все пределы. Эта дуэль доставит мне величайшее удовольствие.
Если Мег до сих пор нервничала, при этих его словах гнев пришел на смену неуверенности. Она выпрямилась и слегка наклонила голову с саркастическим выражением. Она уже не боялась, но смотрела на него вызывающе, ожидая его следующего шага. Не заподозрил ли он чего, подумала она. На секунду он слегка прищурился, но больше никаких чувств не выразил.
Мистер Уайт обратился к ней:
— Бернел, поскольку Уортен отсутствует, хотите проверить оружие в присутствии Монтфорда?
Мег закашлялась, но она достаточно владела собой, чтобы твердо ответить:
— Я вам вполне доверяю, Уайт. Если все в порядке, я полагаю, нам пора приступить к делу.
Монтфорд и Уайт обменялись взглядами. Потом Монтфорд сказал:
— Конечно. В тридцати шагах?
Мег кивнула. Мистер Уайт показал им, где встать и откуда начинать сходиться.
Впервые с того момента, как этот план родился у нее в голове, стоя спиной к спине с Монтфордом, Мег поняла весь ужас того, что должно было случиться.
Лорд Уортен мчался по дороге, вонзая шпоры в бока своего гнедого жеребца. Как он мог быть настолько глуп, чтобы сразу не заметить, что письмо написано не Чарльзом? Слуга принес ему это письмо вечером, и хотя ему показалось странным, что Чарльз изменил время поединка, у Уортена не было оснований ему не верить. Только позже, одеваясь, он снова случайно взглянул на письмо и обратил внимание на то, что росчерк в конце подписи был не Чарльза, но в то же время он показался ему очень знакомым.
В это же мгновение у него в памяти промелькнула рукопись Мег. Догадавшись, что письмо было не от Чарльза, а от Мег, он понял, что замышляется что-то страшное. Не колеблясь ни секунды, оставив на постели жилет и фрак, он выскочил из своей комнаты и крикнул конюху, чтобы ему сейчас же оседлали лошадь.
Гнедой летел как вихрь. Сердце бешено стучало в груди Уортена. Успеет ли он предотвратить катастрофу? Он не знал, что замышляла Мег, вмешиваясь в эту историю, и не повредит ли Чарльзу такое вмешательство, но что бы там ни было, он почти обезумел от страха — за безопасность ее и Чарльза.
Мег отмечала про себя каждый шаг, который вслух отсчитывал мистер Уайт: «Двадцать шесть, двадцать семь…»
От охватившего ее теперь откровенного ужаса у Мег гудело в ушах. Что она делает? Для чего она все идет и идет с этим дурацким пистолетом в руке? Для того чтобы повернуться, прицелиться и выстрелить в Монтфорда? Конечно, она сама выстрелит в воздух, а что, если он попадет ей прямо в сердце? Двадцать девять! Мег становилось дурно от страха. Тридцать! Мег стремительно повернулась, подняла руку высоко вверх, услышала выстрел и упала навзничь, когда прозвучал второй.
Услышав один выстрел, а затем другой, Уортен пришпорил лошадь. «Господи, только бы никто не пострадал!» Вылетев на поляну, он увидел тело Бернела на земле. На противоположном конце стояли Монтфорд и Уайт, глядя на него. Пистолет Монтфорда еще дымился. Неужели Чарльз убит? А где же Мег?
— Я не знаю, что случилось! — воскликнул барон, увидев Уортена.
— Если вы убили Бернела, вам не жить! — отозвался виконт, устремляясь к распростертому телу.
Спешившись, он снял шляпу с головы Бернела и с изумлением увидел, как из-под нее упали на траву длинные рыжие локоны.
— Мег! — воскликнул он в ужасе.
Не обнаружив у нее раны ни на голове, ни на теле, он в смятении приподнял ее и прижал к груди.
— О Боже! Скажи мне, что ты жива!
Мег шевельнулась. Поддерживая ее одной рукой, Уортен другой развязал ее шейный платок. Она была очень бледна.
Монтфорд и Уайт поспешили к нему.
— Да это мисс Лонгвилль! — воскликнул мистер Уайт. — Так вы узнали ее? — обернулся он к Монтфорду.
— Как раз перед тем, как она повернулась ко мне спиной. Ее скулы совсем другие, чем у Чарльза.
— Но зачем же вы стреляли в нее? — спросил в недоумении Уайт.
— Да не стрелял я в нее. Я просто не мог удержаться от искушения выстрелить в воздух.
Веки Мег дрогнули. Увидев лицо Уортена, она закрыла глаза и произнесла драматическим тоном:
— Как темно! Наверно, я покидаю этот мир.
Уортен засмеялся.
— Глупышка моя милая! Ну конечно, вокруг темно. Рассвет еще только наступает.
— Вы не понимаете, — прошептала Мег. — Я была смертельно ранена на дуэли с Монтфордом. Вы сказали мне однажды, что я должна оказаться перед дулом пистолета на расстоянии тридцати шагов. Я так и сделала, и теперь я должна проститься с вами.
Она закрыла глаза, не понимая, почему он смеется. Она ожидала, что ее дух должен был немедленно воспарить в небеса, но ничего такого не произошло. Наоборот, птичьи голоса стали громче, прохладный утренний воздух освежал ее щеки, и ощущение рук Уортена у нее на теле доставляло ей невыразимое наслаждение. Короче говоря, было непохоже, что она умирает.
Мег несколько раз мигнула. Ее самочувствие сейчас напоминало ей состояние, пережитое ею на пикнике — когда она упала в обморок.
— Только не говорите мне, что пуля меня даже не задела! — простонала она.
— Боюсь, что именно так и было, — сказал Уортен. — Монтфорд выстрелил в воздух, чтобы вас напугать.
Мег прижала руку ко лбу.
— Господи, я стала вроде Розамунды! То и дело лишаюсь чувств! Как это унизительно!
— Розамунда? — спросил мистер Уайт. — Кто такая Розамунда? Я не знаю женщины с таким именем, кроме разве моей весьма противной тетки, но она умерла от удара, как раз после того, как меня определили в Итон.
