– Ну и зачем?
– Что? – Он уже не пытался натянуть маску демонстративно-непонимающего, потому его вопрос звучал естественно.
– Зачем ты, пользуясь тем, что твоими и моими возможностями зрения команда не обладает, а потому второго корабля пока не видит, убеждаешь поступить неправильно? Не даешь нам всем возможности просто и без шума смыться? – Он шевельнулся было что-то сказать, но она продолжила лишь чуточку громче: – Я понимаю, что тебя, само собой, не волнует судьба этих ребят, которые обречены погибнуть в схватке. Но ведь и ты можешь ошибиться, Рейр! Ведь на каком-то из этих двух кораблей могут оказаться бойцы из Дозоров!
– Не могут, – резко, но тоже едва слышно отозвался он. – После того как ты вынула из упаковки и пустила в ход артефакт, они, если б находились рядом, обязательно бы отреагировали. И это не прошло бы незамеченным.
– Я не пускала его в ход.
– Ты всерьез это говоришь? Твои игры с погодой и дальнейший контакт с артефактом были сродни паре мощных огненных смерчей.
Она, не веря самой себе, смотрела в его непроницаемые, оттенка предгрозового неба глаза.
– Ты сейчас обрекаешь их всех на гибель, подвергаешь серьезному риску наши жизни – зачем?
– Я думаю, ты и сама все понимаешь. Нам с тобой в действительности ничего не грозит. С этими викингами я сумею договориться, не тревожься. Меня интересует только моя и твоя жизни. До остальных мне дела нет. А в Сортавале и тем более Янисъярви мне делать нечего.
И, мягко отодвинув ее в сторону, прошел на корму.
А она осталась стоять, не представляя, что следует делать в этой ситуации.
Кайндел знала, что пытаться разъяснить кому-то, в чем заключается замысел Рейра, бессмысленно. Решение глава отряда уже принял, она не успеет все растолковать раньше, чем станет уже поздно. Тогда Готье сам все увидит.
А вот после ее откровений потратить драгоценное время на выкидывание Рейра за борт вполне может. «Эдак мы и без корабля останемся», – сумрачно подумала она, догадываясь, как ее спутник отреагирует на желание кинуть его за борт. Реконструкторы вряд ли представляют себе, на что он способен. Следовало искать другой путь.
Потом с кормы донесся густой мат, и девушка догадалась, что у Готье отличное зрение – для человека, конечно. Поэтому как только второй корабль, на который после поворота как раз и нацелилась их лодья, вынырнул из-за волн разыгравшегося озера, он сразу его заметил. Кинулся к кормчему, выдрал у него рулевое весло и заорал на ребят у мачты, чтобы бойчее управлялись с парусом. Даже теперь, в спешке, мореходы все сделали как надо, парус ни на миг не потерял ветер.
Правда, в этой ситуации последнее лишь отсрочило неизбежную развязку. Даже теперь, правда, никто не заподозрил Рейра, решили, что просто не повезло. Кайндел глянула на него и, заметив довольное выражение, едва-едва пробивающееся сквозь маску хмурой озабоченности, заподозрила еще какой-то подвох. Подхватив чашу (ее не хотелось выпускать из рук), девушка пробралась поближе к носу корабля и попыталась рассмотреть, что там впереди. Зрение ее спутника было не лучше, но несколько острее ее нечеловечески-пронзительного зрения, а рассчитать, куда повернет корабль, заметив «викинга», для опытного человека не составляло труда. Ветер – величина постоянная, а парусный корабль двигается только относительно ветра.
Именно в этот момент курсантка предположила, в чем именно заключается подвох, и высунулась из-за носового украшения, вглядываясь в мечущиеся, свинцовые с белыми гребешками волны. Третьего «викинга» она разглядела не прямо впереди, а чуть правее, однако если двигаться так, как двигаются сейчас, в конце концов, корабли столкнутся.
Она растерялась и не сразу сообразила, что на вражеский драккар стоит обратить чье-нибудь внимание. Оборачиваясь, ища глазами Готье, девушка вдруг подумала, что если только магия и может помочь в этой ситуации, то надо прибегнуть к ней. Первая мысль была – вызвать грозу. Это ей вполне по плечу, гроза раскидает корабли, не позволит им сцепляться и вообще сближаться. Один минус – гроза непредсказуема. Она может погубить и лодью, не только драккары. Управлять же грозой чародейка не могла. Это как выпустить джинна из бутылки – можно лишь молиться, чтобы он обрушился на врага, а не на тебя самого.
Вторая мысль понравилась ей намного больше. Кайндел перегнулась через фальшборт и задумчиво посмотрела на толкающие корабль волны. «Интересно, то, что ты задумала – вообще реально? Или это так, игра с образами, эмпирическая шалость? Чем ты рискуешь?»
Получалось, что рискует многим. В том числе и жизнью.
Но сейчас эта плата не казалась большой, в том числе и потому, что Рейра на этот корабль она привела сама. И фактически поручилась за него. Значит, до определенной степени несла ответственность за его выходку. Которую надо как-то исправлять.
– Готье, глянь, – крикнула она, сообразив, что надо бы и другим показать, куда несется лодья.
– …твою налево!!! – завопил тот, как только оказался рядом с ней. – Что ж ты молчишь, … за ногу через …
– Интересно, я, по-твоему, молчу, что ли? – оскорбленно вопросила девушка, оглушенная потоком нецензурщины. А потом поняла, что именно его взбесило. Ее спокойствие.
Которое, правда, происходило вовсе не от равнодушия, а от задумчивости. Ее голова была полна образов и идей, их все следовало оценить в считанные мгновения и сделать выбор, и потому уже обдуманное казалось незначительным.
– Ну все. Мужики, п…ц нам всем, однозначно! – возгласил реконструктор, кинувшийся разглядывать горизонт следом за предводителем отряда и тоже впечатленный увиденным. – Теперь не уйдем.
– Поворачиваем, мать вашу!!!
– Толку-то?! Мы пока тут вертеться будем, они нас тепленькими накроют.
– А ты что предлагаешь? Лечь и помирать?!
– К бою готовиться, что нам остается-то?!
– В бою нас положат за пять минут! Их в пять раз больше, чем нас!!!
– Готье, меня послушай, а! – гаркнула Кайндел, и – удивительное дело – ей удалось перекрикнуть окружающих. – У меня есть одна идея магического свойства… Нет, не как в бою победить, а как унести ноги. Рискованная идея. Можно попробовать, но только в том случае, если ты обещаешь делать все, что я скажу, без лишних вопросов и разговоров.
– У нас и так положение рискованней некуда. Делай давай, что там у тебя за магия в запасе…
– Ведро воды мне дайте.
– Какое ведро? – опешил предводитель отряда. – Какой воды?
Кайндел, сдвинув брови, посмотрела на него долгим взглядом. Мысленно она уже была вся в структуре заклинания, которое собиралась сейчас построить, причем без всякой подготовки, боялась и дрожала от нетерпения в одно и то же время, словно молодой спортсмен, впервые приехавший на Олимпийские игры. Поэтому говорить ей было трудно. И с ходу сообразить, что от нее хотят – тоже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
