Наташа посмотрела в глаза Кириллу Львовичу и произнесла фразу, какую наверняка произнесла бы здешняя Наталья:
– Кирик, не суетись! Ты же меня знаешь, все под контролем!
Кирилл Львович, заломив руки, прошелся по ковру и буквально простонал:
– Наташа, как у тебя получается всегда сохранять присутствие духа? Ведь речь идет о многих сотнях миллионов! И скоро, очень скоро они станут нашими!
Мужчина снова полез к ней целоваться, и тогда Наташа дала ему пощечину. Ей с первого момента встречи очень хотелось сделать это – за то, что Кирилл Львович предлагал ей деньга за Стасика. За то, что вел себя с ней как последний мерзавец. За то, что уволил без всяких на то причин.
И только потом Тогобицкая сообразила: этот Кирилл Львович не имеет отношения к тому, из прежней жизни. Но симпатичности ему это отнюдь не прибавляло. Кстати, если бы она дала пощечину своему шефу по ту сторону ДВЕРИ, он бы немедленно выбросил ее на улицу. А Кирилл Львович здесь потер щеку и пробормотал:
– Дорогая, ты же должна меня понять! Речь идет о жизни и о смерти! О моей, о твоей, о нашей!
– И наверняка о жизни твоей Машеньки? – спросила язвительно Наташа.
Кирилл Львович в изумлении воззрился на нее и переспросил:
– Машеньки?
– Твоей дочурки! – пояснила Тогобицкая.
Ведь у Кирилла Львовича должна иметься дочурка Машенька… Или нет?
– Наташа, оставь свои шутки! – тяжело вздохнул мужчина. – Ты же знаешь, как я хочу завести ребенка, доченьку по имени Машенька. И мы заведем ее – после того, как провернем эту операцию. Мы, ты поняла? Это будет наша дочурка!
Женщину передернуло. Родить ребенка от Кирилла Львовича? Нет уж, спасибо! Но здешняя Наталья, кажется, была на это согласна.
Из сумочки донесся писк мобильного. Тогобицкая быстро вытащила аппарат и сбросила звонок. А потом выключила телефон. На мгновение ей сделалось страшно. Она ведь вторглась в чужую жизнь, в чужую судьбу. И ей предстояло остаться здесь, в почти незнакомом мире, надолго. Возможно, навсегда. Если, конечно, ДВЕРЬ не откроется снова…
– Поговорим об этом после того, как все закончится, – обронила Наташа. – Вообще-то мне пора. Я хочу последовать твоему совету и поехать домой, отдохнуть. Потому что чувствую себя неважнецки…
Кирилл Львович мотнул головой:
– Наташа, я же неспроста с тобой хочу поговорить! Значит, ты уверена, что нам удастся обвести Набоку вокруг пальца?
Глава 6 (47)
Набока? Ну, конечно, Набока! В этом мире тоже имелся Виктор Денисович Набока!
Тогобицкая молчала, и это только раззадорило Кирилла Львовича:
– Ну ты же из меня все жилы тянешь, Наташа! Я хочу знать, как обстоят дела! Набока же от тебя без ума… Но, думаешь, мне легко осознавать, что моя любимая женщина спит с этим боровом?
Наташа еле сдержалась, чтобы не охнуть. Здешняя Наталья – любовница не только Кирилла Львовича, но и Набоки!
– Нам сказочно повезло, что он в тебя втюрился, – продолжал, потирая руки, шеф. – Хотя все ведь и понятно. Ему надоели молодые вертихвостки, а тут элегантная женщина с богатым опытом… Скажи, он же сделал тебе предложение? Ну, говори!
Наташа наморщила лоб.
– Кирик, ты, похоже, ревнуешь?
Кирилл Львович простонал:
– Какая же ты бессердечная! Но именно такую я тебя и обожаю! И клянусь: как только все закончится, я разведусь со своей Ольгой. Но ты должна понимать, что сейчас никак не получится. И очень важно, чтобы о наших отношениях никто не узнал. Никто, Наташа. Иначе тогда наш план пойдет прахом.
Ага, Кирилл Львович крутил роман с Натальей, одновременно состоя в законном браке. Тогобицкая заметила на письменном столе несколько фотографий в серебряных рамках. Ее пронзило воспоминание – в точно таких же рамках на столе в кабинете Ирины стояли фото Романа и Стасика!
Она подошла к столу, взяла одну из рамок – и онемела. На нее смотрело изображение холеной, не первой молодости дамы, удачно, впрочем, скрывающей свой возраст. И это было лицо Ольги Минц – жены Генриха Минца! Точнее, женщина была его супругой в старом мире, по ту сторону ДВЕРИ, а здесь – законной половиной Кирилла Львовича.
Наташа еле удержалась, чтобы не спросить, не было ли у Ольги ранее мужа по имени Генрих.
Кирилл Львович забрал у нее из рук фотографию, поставил на место и залепетал виноватым тоном:
– Понимаю, понимаю, на что ты намекаешь. Но ведь все деньги принадлежат Ольге! И если она сейчас пронюхает, что у меня с тобой шашни, то просто раздавит меня. Ты же в курсе, что эта мегера любит навещать меня на работе, поэтому и держу здесь ее фото. Но скоро, совсем скоро…
Мужчина закатил глаза. Наташа, усевшись на стол, спросила:
– Хочешь знать, сделал ли мне Набока предложение? А если и сделал, то что с того? Да, встал на колено, преподнес кольцо с большущим изумрудом и умолил меня обвенчаться с ним!
Кирилл Львович побледнел и крякнул:
– Не верь ему! Он же монстр! Мы должны забрать то, что нам причитается, и все. Вот, послушай кое-какие мои мысли по поводу нашего плана…
Из его рассказа Наташа узнала, что любовники задумали преступление.
Кирилл Львович и в ЗАДВЕРЬЕ занимался импортом медицинского оборудования, а с недавних пор – производством лекарств тоже. Его главным конкурентом был не кто иной, как Виктор Набока. Между двумя бизнесменами шла война. И надо же такому случиться – повстречавшись на одном из приемов с Натальей Тогобицкой, Набока страстно в нее влюбился. И она стала его любовницей. Так что теперь Наташа поняла, почему милицейские чины относились к ней с таким подобострастием – наверняка знали, чья пассия попала в аварию.
Но самое удивительное другое. Выходило, что Наталья все еще продолжала любить своего Кирика. А Набоку ненавидела. И вместе с Кириллом Львовичем разработала хитроумный план, как прибрать к рукам фармацевтическую империю Виктора Денисовича.
– Что ж, я готов вверить ему самое ценное, что у меня есть. То есть тебя, Наташа! Так когда свадьба? – завершил разглагольствования бизнесмен.
Переход от слезливо-романтического к обыденно-примитивному был поразителен. Тогобицкая таинственно улыбнулась:
– Много будешь знать, скоро состаришься, Кирик.
Так вот почему Наталья бросила Романа! Ради денежного мешка, нувориша, фармацевтического короля! Как же мерзко и банально! И не только Романа, но и Стасика бросила! Выходило, что Наталья номер два здесь, в ЗАДВЕРЬЕ, была ничуть не лучшей матерью, чем она сама, Наталья номер один из параллельного мира.
– Ох, не томи меня! – взмолился Кирилл Львович. А потом вдруг раскраснелся и выпалил: – Или ты решила выскочить за него и забыть о нашем плане? Думаешь, станешь мадам Набокой, женой без пяти минут миллиардера, и все тут?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
