обвиняет.
— Не волноваться? Сказать-то легко, — недовольно поджала она губы. — Мне стоит связаться с отчимом?
— Если посчитаете нужным. Но скорее всего он настоит на прекращении общения с Джослин.
Я вздрогнула и резко поднялась со стула, с силой сжимая ладони в кулаки. Глаза щипали злые слёзы. Ведь теперь я могла лишиться подруги. У меня их не так много, только две.
— К счастью, в здании нет свободных комнат, — Мелисса ободряюще хлопнула меня по бедру. — Всё хорошо, Джослин.
— Если бы… Итан, ты объяснишь, что происходит?
— Мы можем поговорить только в моём кабинете. Если ты не против отложить…
— Я против, — перебила его. — Если есть возможность поговорить сейчас, то я настаиваю.
— Хорошо. Тогда оденься теплее. На улице снова дождь, — попросил он, и я не смогла понять по взгляду, как он относится к моему требованию.
Итан будто пребывал сейчас в другом месте, в синей глубине глаз притаилось нечто тёмное и опасное. Скорее всего, он в ярости из-за нападения, но она не касалась ни меня, ни Мелиссы. По крайней мере, пока. Вскоре нам предстоял разговор по душам.
Мы покинули комнату, Итан взял меня за руку и повёл по пустому в это время суток коридору к лестничной площадке. По дороге молчали. Я ощущала крепкую хватку холодной ладони и гадала о том, что происходит. Меня всё ещё потряхивало после нападения. Тайны мужа страшили. Он упоминал, что у него достаточно врагов. И я понимала, что назревает что-то опасное, когда Итан нашёл у меня прослушку, обвешал защитными артефактами и попросил в одиночку не покидать академию. Вот только не знала, к чему готовиться. Казалось, в академии безопасно. Но выяснилось, что враги мужа могут дотянуться до меня через астрал. Просто подкинуть особый артефакт в сумку моей соседки.
— Теперь можно говорить, — объявил Итан, когда мы вошли в его кабинет.
Астральная книга развеяла темноту помещения. Блеснуло плетение, и нас окружила полупрозрачная сфера безмолвия, испуская голубоватое сияние.
— Что происходит, Итан? — я прямо посмотрела в его глаза, но взгляд его скрывался в тенях ночи.
— Мои недоброжелатели активизировались, — пояснил он ровно. — Тебе подкинули прослушку, я заподозрил возможность нападения.
— И ждал его? Мог бы хоть предупредить.
— Я не был уверен, Джослин, — тяжело вздохнул он, приблизившись ко мне, чтобы положить ладони на мои плечи.
— И всё равно… Но что им нужно, Итан? Что они хотят выяснить? — я дёрнулась, не позволяя ему меня коснуться.
— Мою тайну, — пожал он плечами, скользнув пальцем по повязке на глазу. — Либо мои планы. Я пока не разговаривал с… ночным гостем.
— Что с ним будет? — нахмурилась я.
— Посидит в астрале, — голос Итана стал колючим, словно порывистые касания снега в бурю.
— А мне что делать? Дальше ждать нападения? — я запустила пальцы в волосы, пытаясь осмыслить ситуацию, в которой оказалась.
Тётя настояла на этом браке, для моей защиты, но в итоге я под ударом. Просто из-за того, кто мой муж. Обязана ли я рисковать ради него жизнью, своими планами, своей тайной? Если бы ментальная защита оказалась слаба, тот мужчина узнал бы, кто я. Узнал бы, и рассказал Итану во время допроса или своим подельникам. Страшно представить, что может произойти, если тайна моего происхождения станет известна таким опасным личностям. Да и Итан вряд ли оставит мне свободу, если узнает правду. Он военный, патриот, высокородный, для которого долг превыше всего. А я не в состоянии защититься ни от него, ни от его недоброжелателей. Ведь только делаю свои первые шаги на пути становления полноценным магом. Но уже угодила в жернова разборок власть имущих.
— Джослин, — позвал Итан, всё же положив руки на мои плечи. Внезапно бережно, нежно. — Мне безумно жаль, что тебе пришлось это пережить. Представляю, как тебе было страшно. Поверь, ты под моей защитой, я не дам тебя в обиду.
— Но… зачем мне рисковать, Итан? — помертвевшим голосом спросила я.
Он помогал мне, поддерживал, пустил в свою жизнь и доверил опасную тайну. Но обязана ли я оправдывать его доверие? Мы вместе временно, одной безопаснее.
— Я предупреждал, что мои тайны опасны, — сипло напомнил он.
Да, предупреждал. Но я не осмыслила и не поняла, на что на самом деле иду.
— Джослин… — Итан привлёк меня ближе, его губы коснулись моего лба, горячие, даже обжигающие в контраст холодным прикосновениям пальцев. — Мне правда очень жаль.
Я замерла. Не дышала, не знала, как поступить, и было так сложно противиться, ведь меня тянуло к этому мужчине. Он был первым, кто проявил ко мне симпатию. С ним я испытала первый поцелуй и первую совместную ночь, пусть и без близости. Он уже стал для меня особенным, тем, кто займёт место в памяти навсегда. Моменты неповторимых мгновений первой влюбленности формировались между нами драгоценными бусинами, нанизываясь на ожерелье крепнущих отношений. Я понимала, к чему это может прийти, но теперь проявили себя новые трудности. Хотя новые ли они? Наши тайны всегда были с нами. А доверия не возникло, чтобы смело поделиться ими. Ведь Итан так и не рассказал ничего конкретного, не высказал предположений. Меня же пугала возможность выдать свои секреты.
Объятие стало крепче, губы обожгло лёгким поцелуем. А потом снова и снова. Настойчиво, порывисто, сладко. Отчаянно. Тело горело, оно плавилось в кольце умелых рук. А душа плакала, потому что так будет всегда. Мои тайны не позволят мне ни с кем сблизиться. И эфемерное ожерелье отношений так и не будет завершено, оставшись лишь скудной заготовкой, которую я буду лелеять словно величайшую ценность особенно одинокими вечерами.
— Я так волновался за тебя, — признался он взволнованно, проведя большим пальцем по моей скуле. — Так боялся…
— Хватит, Итан, — голос задрожал, а тело мужа закаменело. — Я не обязана… не должна принимать на себя удары, которые предназначаются тебе. Не обязана рисковать.
— Я не виноват в том, что происходит, Джослин, — справедливо напомнил о том, что я сознательно опускала. — И не уверен в том, из-за чего произошло нападение. Но могу предположить…
— Нет! — остановила его я.
Сама хотела объяснений, но теперь отчётливо ощущала, что мы приблизились к границе. За ней доверительность возрастёт, я войду в близкий круг, но буду под ударом и скорее всего сама не замечу, как фиктивное замужество станет настоящим.
— Нет, — повторила опустошённо.
Надо остановиться, надо прекратить, пока желание коснуться тепла не переросло в чувства и зависимость.
— Ты много для меня сделал. И я обещала тебе помочь. Но на этом всё. Не стоит, Итан.
Наступили мгновения напряжённой тишины. Тяжёлые, оседающие на душу пеплом несбывшихся грёз.
