моих близких и Киры… Но будь я на ее месте, то сам себя и на полет эльфийской стрелы бы не подпустил. Жаль, конечно, что так все сложилось, ну, а вдруг примет? Ходит же в народе сказка про красавицу и чудовище… Может, и мне повезет.
Настроение у меня поднялось, и оставшийся путь до огромной пещеры я прошел в приподнятом настроении. Как ни странно, но хаоситов до пещеры мы больше не встретили.
Зато, войдя в пещеру, мы поняли, что бой легким не будет. Точнее, это мы поняли еще до того, как вошли, но одно дело — альтернативное зрение, другое — увидеть все обычным. Пещера была освещена факелами, и у дальней стены стояло кресло, сделанное из чьих-то костей. Наверное, оно служило для местного низшего демона чем-то вроде трона. Он, кстати, сидел именно на нем, когда мы появились. Как только мы вошли в пещеру, Падший тут же метнулся и прикончил одну из адских гончих, что собиралась выйти через проход в левой стене. Та-ак, судя по тому, что в бой вступил Падший, мы в очередной раз нарвались на что-то значимое. Дольше ждать мы не стали, и сходу наша звезда врубилась в ряды инфернальных тварей.
Поначалу мы пытались наносить по семь ударов, в течение которых к этому времени мы могли контролировать внутреннего зверя, но быстро сообразив, что в этом случае сильно увеличивается нагрузка на наших товарищей, мы принялись зачищать пещеру с помощью изначальной ярости.
Дальний выход перегородил Падший и убивал всех хаоситов, что пытались в него просочиться. В остальном он просто наблюдал за происходящим. Я же остался на контроле того входа, через который мы все вместе сюда попали. Мои руки с преобразившимися кистями мелькали с бешеной скоростью, но я не просто все прекрасно видел, я видел это все в замедленном темпе. Вот в прыжке замирает адская гончая, и я ударом правой руки вырываю ей горло. Горячая кровь демонического отродья вырывается из ее шеи. Удар левой рукой сверху вниз, и голова очередной адской гончей, пытающейся ухватить меня за голень, разрывается, окропив пол пещеры мозгами и осколками черепа. Из шеи тут же брызнула кровь. Несколько ударов, и ближайшие псины взрываются визгом от полученных ран.
Мгновения тянутся, и вот я понимаю, что кровь убитых мною хоаситов выливается на меня несколькими потоками, и меня это заводит, меня это раззадоривает так, что я поддаюсь ярости, которая меня накрывает, и перед глазами проявляется кровавая пелена.
Я не сразу осознал, что изначальная ярость сменилась неконтролируемой, но это отлично понял низший демон, что преспокойно сидел себе на костяном троне и наблюдал за нами. Скорее всего, он понял, что отсюда ему живым не выбраться и решил напоследок подгадить своим убийцам.
Я чувствовал на себе его взгляд и, когда улучил момент, то взглянул ему прямо в глаза и, судя по всему, это стало для него тем самым спусковым крючком, который заставил его действовать.
Низший демон сорвался с трона и подбежал ко мне, по дороге раскидывая свою свиту. Он остановился в паре десятков шагов от меня и что-то прокаркал на своем демонячьем языке.
— Считай, что ты уже докаркался! — пророкотал я, сам удивившись своему басу.
Но тут я заметил, что демон в руках держит что-то непонятное, и только, когда он поднял руку, я заорал:
— Подмени меня!
Слово «меня» никто из моей команды уже не услышал, потому что в это время над нами уже развернулся барьер импа. Однако брат успел среагировать и перекрыл выход из пещеры, за который должен был отвечать я. В результате мы находились в одном и том же месте, но для меня все, кто был вне барьера, виделись мне прозрачными и состояли будто из красного тумана. Точно таким же я виделся и им. Когда барьер закрылся, все, кто находились на этой площади, попали внутрь вместе со мной и низшим демоном. С нашей стороны я был тут один. А вот когда к выходу кинулся мой брат, а на него накинулись адские гончие, то все они оказались вне барьера и проходили сквозь меня, будто были бесплотными.
— Я помогу тебе пробудиться, — прокаркал этот недокозел на общем языке. — Если с этой стороны порталов у нас будет такой, как ты, мы победим! И Тагардом будет править наш Владыка!
— Чем править? — не понял я.
— Ты даже не знаешь название этого мира? Этот мир называется Тагард. И он будет наш! Слишком долго мы ждали этого.
— Ты этого не узнаешь! — рыкнул я и кинулся в бой. Гончие, которые после появления барьера стояли смирно, бросились на меня. Низший демон оказался не таким сильным, как те из свиты, но и не таким слабым, как остальные.
Эта тварь не пыталась меня убить. Он хотел меня разозлить, вывести из себя настолько, чтобы я окончательно потерял контроль и перевоплотился в демона полностью. В этом случае у него появлялся шанс не просто выжить, но и уничтожить с моей помощью моих друзей. Его ранения были не просто болезненными, но еще и унизительными. При этом он не забывал обзывать меня, все больше распаляя мою ярость.
— Ты, блевотина глода! — удар по правой ягодице разрывает мне кожу, и демон разрывает дистанцию, а на его место уже прыгает несколько адских гончих.
— Ты не достоин называться дитём Хаоса, отрыжка арахны! — несколько ударов по корпусу, которые я отбиваю, вспарывает мне предплечье и плюет в лицо.
Я реву, как бешеный и прыгаю туда, куда он отпрыгнул, но его уже там нет — он перекатом ушел в сторону, а меня снова задержали эти хреновы псы!
— Дерьмо адского пса! — серия ударов, и у меня еще одна рваная рана, только теперь на левой ягодице.
Глаза от бешенства у меня уже заволокло кровавым туманом, и я ничего перед собой не вижу обычным зрением, только слышу, чувствую и чую.
Гончие от моих ударов разлетаются в стороны в виде кровавых ошметков, а я продолжаю преследовать гадкого демона, которому каждый раз удается избежать моего возмездия.
Удар, и я снова промахиваюсь, а мне прилетает подсрачник. Очень унизительно получить подсрачник от козла, да еще и по им же разорванной заднице!
Ярость начинает меня заливать, и тут я ощутил толчок в шею. Будто кто-то натянул поводок.
«Поводок!» — всплывает знакомое слово в моей голове.
«Мне кажется, я его сейчас порву!
Но ведь его нельзя рвать!
Странно, а почему нельзя?
Не помню!
Но если не помню, то может можно?
