понесла моя охрана, были последней частью цены, запрошенной судьбой. Американцы как один выразили возмущение «вероломным нападением на территории нейтральной страны». Если сложить это с уже имевшимся негативом в отношении «депеши Циммермана», можно было не сомневаться, что Соединённые Штаты вступят в войну, как только она возобновится.
А гарантией возобновления было возмущение, охватившее Россию и страны-союзники. Шведы, впрочем, тоже заявили протест послу Германии, предупредив о том, что с 1 апреля вводят против его страны торговое эмбарго. Изящно выкрутились! И протест заявили, и не потеряли ни эре[192]! Всё равно с возобновлением боевых действий эта торговля станет невозможной из-за блокады странами Антанты.
Кстати, возмутилась общественность Швеции и неловкими действиями их полиции, что послужило причиной для начала реформы[193]. Немцы тоже понесли большие потери, причём не только в ходе боя, но и после него, при задержаниях. Шведские полицейские были слишком напуганы и обозлены «Хапарандской бойней», чтобы быть аккуратными с террористами. К тому же немцы традиционно сильны в планировании, но нередко теряются, если план отправляется псу под хвост.
Лейтенанта Блюхера и Хубера, буквально тащившего командира на себе, арестовали у врача, оказывающего им помощь. Впрочем, руку лейтенанту спасли. А вот гауптман Штейгер с Вольфгангом сумели улизнуть от погони и благополучно добраться до фатерлянда, где Алоиза сделали крайним за неудачу операции и выставили главным злодеем в глазах общественности. После чего он был оперативно разжалован, осуждён и отправлен на каторгу.
Война же шла с нарастающим ожесточением. Даже то, что в апреле Конгресс Соединённых Штатов официально объявил о вступлении в войну на стороне Антанты, не заставило немцев опустить руки.
В мае наши войска, поддержанные болгарами и сербами, взяли Будапешт, а в августе — Вену. Почти одновременно германские войска ухитрились взять Париж, но надежды их руководства не оправдались. Французское Правительство просто покинуло столицу, а армия продолжила сражаться. Причём они не просто оборонялись, нет, 1 сентября Париж был отбит обратно!
И вот после этого, наконец, Берлин согласился капитулировать. Раньше даже, чем в Европу должны были отправиться первые транспорты с американскими войсками.
Дополнительным бонусом для меня стало требование западных партнёров подписать закон «О территориях опережающего развития». Тот самый «культурный развод», о котором мы договаривались в Хапаранде, предусматривал довольно значительные кредиты предприятиям нашего Холдинга. Вот чтобы я мог их гарантированно вернуть, как и то, что американцы ещё до войны инвестировали в сибирские проекты, и понадобилось это «юридическое обеспечение».
Да, господа, война окончена, революции так и не случилось, но теперь нам предстоит «выиграть мир». И потому законы про ТОР мы аккуратно распространили и на Крайний Север, Дальний Восток, Харбин, Северный Афганистан и значительную часть остального Туркестана.
— Ещё раз прошу простить, господа, что вам пришлось подождать! — сказала Ксения Александровна, первой войдя в зал. А пропустивший её Сандро пояснил:
— Моя жена с этого дня — Регент при наследнике. Император Николай II скончался около часа назад.
Эх, а всё одержимость Александры Фёдоровны срочным замужеством цесаревича Алексея. В мае она, виня себя во всех несчастьях семьи, приняла постриг в монашество, тем самым официально отойдя от управления страной. А постоянные контакты по матримониальным вопросам сделали своё чёрное дело — Николай II где-то подцепил «испанку» и быстро угас. Хорошо ещё, что регентшей он выбрал жену Сандро.
— Надо готовиться к участию в мирной конференции, — заметила она. — Союзники хотят собрать её в Версале. Возглавлять российскую делегацию я поручу своему супругу, а графа Воронцова и Петра Аркадьевича прошу принять участие в её работе.
Эпилог 1
Санкт-Петербург, квартира Воронцовых на Миллионной улице, 6 августа 2014 года, среда, четыре часа ночи
Алексей с сожалением закрыл тетрадку. Уже больше года он время от времени открывал для себя заново события вековой давности, приведшие к основанию их рода. Да и не только их. А Тищенко? А Менделеевы-Горобец? Просто Горобцы? Иоффе, Гребеневичи, Френкели, Рябокони, Сикорские, Данеляны, Артузовы, Шоры?
И какая разница, что далеко не все эти роды стали дворянскими? Военные, ученые, банкиры и писатели составляют ничуть не менее славные роды.
О событиях после покушения в Хапаранде предок писал мало и скупо. «Вы найдёте это в открытых источниках и семейных легендах, которые будут уже не обо мне!»
Американец скромничал, но не обманывал. Молодой наследник рода Воронцовых действительно знал и о Версальской мирной конференции, и о том, что Вильсон пошёл на примирение, первым прислав дружественное письмо.
Труднее было найти сведения про дальнейшую судьбу «Героев Хапаранда». Оказывается, Юсси Партанен был награждён и шведским королём, и русским императором орденами воинской славы. Как и Фрэнк Ричардсон с Генри Хамблом. Юсси так и остался в Службе безопасности Холдинга. Израненного Фрэнка сумели буквально «вытащить с того света», причём первым, кого он увидел, придя в себя, была Марьям. Поди пойми этих женщин! То пять лет носом крутила, то «срочно замуж и только за тебя!»
Вот по ганфайтеру судьба жёстко оттопталась. Казалось бы, всего одно ранение, причём в ногу и даже кость не задета, но… Что-то там починить не удалось, и всю оставшуюся жизнь Генри был вынужден ходить с палочкой. Какие уж тут финты во время стрельбы? Но Американец всё равно нашёл ему дело по душе. Выделил денег и создал «с нуля» студию в тогда ещё малоизвестном Голливуде. Так и сказал: «Не можешь стрелять сам, учи других! Заражай их своей страстью через фильмы!»
Что интересно, идея выстрелила. Уже через пять лет Голливуд стал известен, как центр киноиндустрии Соединённых Штатов[194], ещё через четыре года Хамбл заработал свой первый миллион.
Впрочем, он был далеко не единственным среди «питомцев гнезда Воронцова», открывших бизнес за океаном. Сикорский строил свои самолёты не только в России, но и там тоже. Да и Зворыкин продвигал телевидение в обеих странах. Всё же Америка очень неплохо заработала на войне, и даже сумела немало «откусить» от рынков послевоенной Европы, несмотря на то, что её солдаты так и не ступили на землю Европы.
Богатство, новые рынки и влияние позволили создать достаточно богатый средний класс, поэтому и спрос на гражданскую авиацию и телевидение там был в разы выше, чем в России.
Как сказал предку тот же Якоб Шифф незадолго до своей смерти: «Юрий, вы развивали свою страну, но большего всего вы дали Америке! Так что прозвище Американец вами вполне заслужено!»
Эпилог 2
Северный ледовитый океан, января 1939 года, 15 января, четверг.
Наука подвержена веяниям
