никогда не считал себя экстрасенсом, однако и он чувствует, как от тёмных домов с редкими яркими окнами, от тротуаров и фонарных столбов веет безнадёгой и обречённостью. Вот ещё одна причина как можно быстрей убраться из этого дурдома, который буквально через пару дней начнёт светиться по ночам и без уличных фонарей.
– Смотри, трупов нет, – воскликнула Инга.
Виант подбежал ближе. И в самом деле, тел четырёх расстрелянных идиотов нет. На тротуаре остались лишь большие бурые пятна. Так или иначе тела убрали. Это хороший признак.
Сухая кровь уже не кажется такой страшной, хотя на бурые пятна лучше не наступать. Виант повернулся к забору. Перебраться через кирпичное основание труда не составит. Но тут уши вновь уловили рокот движков.
– Да чтоб вас, – Виант распластался на прохладном асфальте.
Предосторожности лишними не бывают. Пусть машина пройдёт мимо, а там видно будет. Но, от удивления Виант приподнял голову, это не машина, а машины. Даже больше – длинная вереница самых разных автобусов.
Впереди катит жёлтый городской автобус с тремя широкими дверями. За ним уже явно междугородний серого цвета со стальной полосой. Дверь всего одна, зато через окна отлично видны бурые спинки высоких кресел для пассажиров. Потом вообще микроавтобус человек на десять максимум. А потом вновь огромный городской автобус. Все без исключения машины забиты под завязку. В окнах то и дело мелькают испуганные лица. Люди стоят в проходах и едва ли не свисают со ступенек.
– Эвакуация, – Инга проводила глазами очередной автобус.
– Это в мирное время, когда всё хорошо, а на каждом перекрёстке дежурит вежливый полицейский, жить в больших городах легко и приятно, – заметил Виант.
– Но без электричества большие города разом превращаются в бетонные джунгли смерти, – продолжила Инга.
– Что мы уже имели счастье лицезреть, – закончил Виант.
Вот такая у них с напарницей образовалась гармония. Виант кисло улыбнулся и поднялся на лапы. Правительство точно решило эвакуировать население столицы. А это значит, что Вейтину, как месту жительства огромного количества людей, скоро пипец. Это понимают и те, кто сейчас пялятся через окна на обречённый город. Тогда… Виант торопливо развернул внутренний интерфейс игры. Пронесло! Точка выхода замерла на месте и не думает дёргаться. Пока, по крайней мере.
Велика вероятность, что правительство Юрании уже сделало ноги. Если судить по карте, то на острове Гоала, где находится Вейтин, хватает горных хребтов. Пусть они не Гималаи, но мест для строительства надёжных атомных укрытий более чем достаточно.
Ладно, время не ждёт. Словно по лестнице, Виант легко вскарабкался по кирпичному основанию ограды и тут же спрыгнул на коротко стриженную траву. В нос тут же шибанул противный запах тухлятины.
– Что за вонь? – Виант недовольно поморщился.
– Нога, – рядом на траву мягко приземлилась Инга.
– Какая ещё нога? – не понял Виант.
– Да вон же, – Инга мотнула головой. – Помнишь, вчера вечером четырёх идиотов, которых как раз на этом самом месте турель расстреляла?
– Такое забудешь.
– Так вот, у одного из них пуля ногу оторвала. Вот она до сих пор лежит и воняет.
Виант присмотрелся. Точно! У забора до сих пор валяется оторванная нога. Шнурки некогда белой кроссовки потемнели от крови, носок закатан, брючины нет совсем. Большие чёрные мухи вовсю ползают по сизой коже. Гадость какая, Виант скривился. Снаружи трупы убрали, а за оторванной ногой так никто и не полез.
А вот и та самая автоматическая турель-убийца. Виант на полусогнутых проскользнул мимо стального толстого столбика. Турель будто специально решила его припугнуть и повернулась в их сторону с лёгким шелестом. Виант нехотя поддал газу. Слава богам «Другой реальности» стрельба в спину так и не последовала. Хотя автоматика турели, хвост на отсечение, засекла присутствие двух крыс.
Какая чудесная ночь, Виант на миг остановился и поднял голову. Редкие тучки даже не пытаются бросить тень на Аниту, местную повелительницу ночи. В тени кустов можно заметить её серебристый отблеск. В такую ночь хорошо гулять под руку с любимой девушкой по старому парку, или в весёлой компании под гитару с водочкой закусить жаренными шашлыками возле пылающего огнём мангала. На душе тут же стало грустно, Виант тихо вздохнул. Это же упасть и не встать. Как же давно ему в последний раз довелось закусить хорошим шашлычком и заполировать его хорошей водочкой в хорошей кампании. Увы, Виант опустил голову, сейчас не время для сердечной тоски.
– Виант, ты только глянь, – удивлённо протянула Инга.
– На что глянь? – Виант тут же насторожился.
– На Луну глянь. Ну, это, – Инга тут же поправила сама себя, – на Аниту глянь.
Виант вновь поднял голову. И что на местном естественном спутнике Ксинэи может быть не так? Ну да, рисунок «морей» совсем другой. Но, Виант вытянул шею…
– Во дают! – от удивления Виант поднялся на задних лапах и вылупил глаза.
– И я о том же, – закивала Инга.
Вот, опять! Виант затаил дыхание. На жёлтом лике местной луны вспух огненный шарик. А потом ещё один, и ещё. В разных частях Аниты, словно яркие искорки, то и дело вспыхивают огненные шарики. Большие и маленькие, хотя последних заметно больше. Каждый раз шарик будто вырастает изнутри, а потом неторопливо-быстро растекается по поверхности Аниты. Виант опустил глаза. Горячее дыхание войны всё ближе и ближе.
– Это же… Ядерные взрывы! – наконец-то Инга озвучила очевидное. – На Аните уже во всю полыхает ядерная война!
– Конечно, – Виант криво усмехнулся. – Холодный мёртвый спутник, это не зелёная и живая планета. Правители обоих блоков не стесняются пулять друг в друга ядерными боеголовками. Только их эффективность в безвоздушном пространстве не та, далеко не та.
Печально осознавать, что пал ещё один очень серьёзный моральный барьер. Пусть Анита мёртвый и холодный спутник Ксинэи, однако на ней хватает поселений людей, и далеко не все из них исключительно военные объекты. А если её поверхность уже опалили ядерные взрывы, то и самой Ксинэе недолго осталось ждать.
– Побежали, – хмуро бросил Виант.
Кому война, а кому настойчивый поиск точки выхода, чтобы сбежать от неё. Как крыса, он вообще никак и ни коем образом не может повлиять хоть на что-нибудь. Будь он человеком… Виант скривился. Всё равно не факт. Если миссия «Ядерный конфликт» единственная, то ни один игрок ни сейчас, ни в каком бы то ни
