иногда показать на людях, это как-то воспринял.
Для меня это (если переводить на армейские термины) как сборка автомата — если всё не встанет на свои места, не вщёлкнется коробка — сборка не закончена. Внешне автомат — а на деле куча деталей.
С N., мне показалось, сходная история — есть куча слов, деталей, смыслов из которой не собирается единый организм. Есть только расстёгнутый ворот рубахи, придыхания и обезжиренная грудь. Впрочем, я не берусь судить. Я-то всегда в этом месте рассказываю про Твардовского, что будучи редактором в "Новом мире", раскладывал на своём столе стихи в две стопки — "это — "задеёт", а вот это — не "задеёт". И это был прелестный субъективный подход. N. меня не задеёт. И нечего мне тут умствовать.
— Подписываюсь. Меня тоже не задеет. Даже если у него щелкнет, меня не заденет.
— И меня! И меня! Правда потом тебе скажут, что ты пользовался служебным положением в целях собственного корыстного возвеличивания себя. Же.
Извините, если кого обидел.
23 августа 2006
История про разговоры СDLXXXI
— Вот он, гендерный подход.
— Имелось в виду "не обобщайте". Но обещать на всякий случай тоже не надо — "Не обобщай меня без нужды Извратом нужности своей" А также "Не обобщайте деве юной".
— Да. Но всё время обидно, когда с меня хотят денег! Это полный гендер!
— Вы полагаете, с девушек денег за проход, проезд и провоз багажа денег не требуют? Вы живете в иллюзорном, романтическом мире, Володя. Напишите роман — "Великий Гендер" Главный герой — Остап Гендер. А что, разве требуют?
— Увы. Требуют. Ни стыда ни гендера. Что до романа, то я его обязательно напишу. В стихах. Герой там будет любвеобильный. С биографией. Стал вновь читать он без раззора: Мацони, Генндера, Рошфора. Четыреста строк разными размерами с рифмами. Да.
— Обязательно в стихах! Читал охотно Мураками, Зато Коэльо не читал.
Извините, если кого обидел.
23 августа 2006
История про разговоры СDLXXXIII
— На ночь глядя обнаружил, что никто не знает автора песни про коричневую пуговку, патроны для нагана и карту укреплений советской стороны. Обычно на такие песни целый букет авторов — десятка два. Все они гундят или за них распоряжаются дожившие приятели. А тут — нет. Практически ни одного, за исключением невнятного указания на одного кинематографического режиссёра. И получается, что он эту песню написал в 22 года, в 1970. Причём это написано только в одном месте, и больше не повторяется. Совершенно загадочная история. Сеть полна недоумёнными вопросами, Сеть полна пуговкой в mp3, и текстами этой песни. И есть ещё загадочное сообщение: «Мы, группа «Сансара», больше не будем петь песню про «Коричневую пуговку». Вот сейчас споём — и всё. Только если что-то необычное случится, вот тогда споём. А так — ни-ни». Кто они, эти люди из группы «Сансара», что у них случилось с пуговкой? Пришёл к ним автор, что ли, и отпиздил? Живы ли они? Не произошёл с ними необычный случай? Ничего не знаю. Рай агностика.
— Не плачьте о них, вдруг всё нормально. Вдруг всё разрешилось, и у них снова есть пуговка…и карта укрепле-ений советской стороны. Ага.
— Нет. Главное, есть что вставить в наган.
— О да! Вообще-то всю жизнь был убежден, что Капгер. Ну, точно Капгер… хренушки, я — плотоядная. Но утверждается, что Вадим Алеников. И вправду странно.
— Только Владимир, режиссёр «Петровасечкина».
— Вот так она хранится, советская граница…
— Есть перевод этой песенки на иврит — очень смешной.
— Ребята, какое 70-й? Я во втором классе это пела (год типа 65-й или 66-й).
— Вот и я сомневаюсь — в Сети есть какие-то воспоминания людей из Североморска. Они говорят, что ещё в шестидесятом году пели. Но людям из Североморска никакого доверия нету — у них там ночь полярная есть, а никакого дня нету. Я знал одного мичмана из Североморска — он был совсем на голову ёбнутый.
— У бля. Мне тогда тоже нет. Я это пела в городе Заполярном, что на том же Кольском полуострове, не так далеко от пресловутого Североморска. У нас там та же самая полярная ночь.
— Ну все, точно говорю: слова Берии, музыка Шостаковича, подтекст народный… танцуют все!
— Мда, не срослось. Может, даже и раньше пели. Мои тетушки утверждают, что эту песню аж на целине пели, а это еще при безумце-в-одном-ботинке было. Гуглирование автор автор песни пуговка выдало что-то неприличное крайне и параноидальный текстовый разбор. Вообще-то среди ЖЖ-стов должны быть еще те, которые на «Разгуляй» ездили и помнят исключительно все…
— Я сам ездил на «Разгуляй». И что? Ясности это не прибавляет.
— Значит придется искать за пределами «всемирного разума». Не удивлюсь, правда, если этот поиск преподнесет какие-нибудь действительно странные сюрпризы…
Но в народ идти лучше днем. Это уж точно…
На ночь глядя обнаружил, что никто не знает автора песни про коричневую пуговку, патроны для нагана и карту укреплений советской стороны.
Обычно на такие песни целый букет авторов — десятка два. Все они гундят или за них распоряжаются дожившие приятели. А тут — нет. Ни одного. Совершенно загадочная история.
Я только не понял, знаете ли вы Великую Гражданскую Тайну авторства «Пуговки».
— Вашей собеседнице известна только Великая тайна пещеры Лейхтвейса… Поделитесь еще тайной «Пуговки» тогда? У меня их будет целых две! А у вас еще много останется…
Извините, если кого обидел.
23 августа 2006
История про разговоры СDLXXXIV
Интересно, что все знают слова и словечки из «Трёх мушкетёров», но никто не помнит — вернее, не на слуху имена его переводчиков. Множество моих знакомых могут назвать несколько переводчиков Шекспира, канонических — Джойса или Пруста. Но Дюма?
— Сейчас посмотрим… А Атос-то да… Самое интересное, что у меня в книге не указан переводчик. Кто, кто, кто это сделал? Сознайтесь, ничего не будет. То есть, будет только почёт и уважение. Может, Трескунов, чьё предисловие?
— А у вас какое издание? Разве тоже 1949 года? Вильнюс? Или везде было одно и то же предисловие?
— Иллюстрации Мориса Лелуара, переводчики В.С.Вальдман и Д.Г. Лившиц., во всяком случае, так в моем издании.
— Ну, уж не в три. Зачем в три-то. А у меня: Вальдман, Лившиц, Ксанина — 1992 года издание.
— В три глотки-то?
— Нас будет трое? Среди них один ребёнок. А скажут…
— Вот результат изысканий: Часто I, главы I–XX — В. С. Вальдман; главы XXII–XXX
