— После отдохнем не больше четверти часа и в путь, — напомнил Лоу и расслабленно откинулся на древесный ствол. Я послушно догрызла свою долю и приготовилась вздремнуть хоть эти жалкие пятнадцать минут, и, само собой, у меня ничего не получилось. Парни расселись на расстоянии друг от друга, даже Кай сидел в сторонке, точил меч, и я подсела к Рансу, выглядевшему самым незанятым.
— Покажи ключи, — попросила я. — Они же у тебя, да?
Жуть как интересно было подержать их в руках, особенно теперь, когда в наших руках оказались все три. Произошло это тем самым вечером, когда в разгар нашего импровизированного совета вклинился Ингвар.
Тогда Лоуренс смерил его нехорошим взглядом, после чего расплылся в беззаботной улыбке:
— Здравствуй, дорогой братец! Давно не виделись, да? Два года уже.
— Все так. — Ингвар замолк и равнодушным тоном добавил. — Брат.
Повисла напряженная пауза, которую так никто и не решился нарушить. Я же смотрела на Ингвара с новым интересом. Брат? Что значит «брат»? Тогда я еще не знала всех подробностей, ими позже поделился Бьорн.
Маг прошел в горницу и, опустив все лишние приветствия, заявил:
— Третий ключ у меня.
Ахнули все, даже Хейке, который, как я успела понять, Ингвара недолюбливал. Только Лоуренс недоверчиво прищурился и переглянулся с Каем. Что это они, интересно, удумали?
— И откуда же, позволь поинтересоваться, у тебя взялся третий ключ? — Блондин скрестил руки на груди. Очень правильный и интригующий вопрос.
— Пожалуй, пришло время рассказать об этом.
Все обратились в слух, семейные распри были отложены, объявили временное перемирие. По крайней мере, со стороны выглядело именно так — Лоуренс, все так же сплетая руки на груди, уселся на лавку напротив Кая. Рансу сник, слезая с лавров рассказчика и уступая почетное место Ингвару.
Я еще более внимательно присматривалась к магу, с одной стороны, меня терзали сомнения, ведь не могло все оказаться настолько просто, чтобы третий ключ, который так сильно нам сейчас необходим, был под самым носом. А с другой — обуревало любопытство, а в голове уже один за другим возникали различные варианты. Но ни один из них не оказался правильным.
Ингвар начал без излишнего эпатажа:
— Надеюсь, все помнят историю с Крочфордским ключом, — в голосе его скользило пренебрежительное превосходство, я лишь подивилась, как Бьорн умудрялся находить с ним общий язык. Хотя что это я? Патлатый обладал именно тем складом характера, который находил хорошее во всем и всех и располагал к себе если не с первой минуты знакомства, то уж точно довольно прочно. Чего нельзя было сказать о Родионе — сейчас питерский мальчишка в Бьорне смотрел с подозрением и недоверием. — Инарийцы пытались украсть его, но мы вовремя спохватились. Охотников до ключей оказалось очень много, и мы с отцом, — тут он сделал выразительную паузу, победоносно посмотрев на блондина. Лоуренс в ответ хмуро кивнул, — решили обезопасить его. Старейшины объявили, что ключ украден, организовали целую операцию по поиску вора, но, разумеется, так его и не нашли. Чтобы отвести подозрения от старейшин и предотвратить очередную попытку кражи, тайник обустроили в доме моей матери. Я сам узнал об этом совсем недавно.
Я закивала, как китайский болванчик. Теперь понятно, почему старейшины, получив два ключа, успокоились и просто отобрали их у Бьорна, ведь вся верхушка знала, что третья часть надежно спрятана.
Маг, так и не дождавшись должной реакции (видимо, бурные овации звучали лишь в его воображении, судя по кислому лицу), достал из кармана шкатулку.
— И это ключ? — Я вытащила на свет странный треугольник с одной округлой стороной. Похоже это было больше на плоский кусок сыра с дырочками — только выемки были самой разной и непредсказуемой.
А теперь в моих руках было три таких «сырных» куска. Я приняла их от Рансу и сложила в стопочку, пытаясь соотнести отверстия друг с другом, но они оказались слишком различными.
— Я не знаю, как они работают, — с горьким вздохом признался рыжик. — И даже, если честно, пробовать боюсь.
Вот это было на него очень непохоже. Я по-новому взглянула на металлические треугольнички — вдруг они реально опасны? Держу их на ладони, а они тем временем поглощают мой разум.
— Их создали для людей из твоего мира. — Рансу доверительно наклонился ко мне и заглянул в глаза. — И книгу, наверное, тоже написали специально для тебя.
— Дай ее сюда, — мне пришла в голову одна мысль, которую я хотела проверить до конца привала. Получив фолиант, сразу перевернула задней обложкой и поднесла к лицу. Незнакомый Рансу символ, в сущности, был не таким уж теперь и незнакомым и кое-что напоминал.
— Смотри! — Я разложила на земле три ключа, и мы дружно вдвоем склонились над ними. — Если сложить их так, так и так, — я поменяла их местами, — то получится похожий рисунок. Ну? Скажи, что я молодец?
Рансу горячо закивал. Со стороны мы, вероятно, смотрелись как два заговорщика.
— А давай проверим? — предложил он, потянулся к ключам и быстро отдернул руку. — Поймем, правда ли будет похоже.
Звучало соблазнительно. Моя жажда знаний ничто в сравнении с исследовательским энтузиазмом кузена, но мы, девушки, от природы любопытны.
Я взяла в руки два ключа и поднесла друг к другу. На глаз их пазы идеально подходили друг к другу. Нужно было только соединить.
— Нет. — Я в последний момент отступила. — Мне страшно.
И не соврала. А если опять бабахнет, что мама не горюй? Прибью еще и Рансу, вдруг окажется, что и он попаданец, оказался в Инарии с младых лет, а на Земле теперь прошло лет двести? Рыжик, с его внешностью, мог бы быть сыном какого-нибудь французика, наступающего на Москву в одном ряду с Наполеоном. Нет, такого удара судьбы я просто не переживу, хватит с меня сюрпризов.
«Сын французика» посмотрел на меня с пониманием, но в глазах уже загорелся исследовательский азарт. Все-таки он неисправим.
— Так, хватит тут рассиживаться, — мы оба вздрогнули от прозвучавшего слишком грозно голоса Лоуренса. Он наклонился, собрал с земли ключи и убрал в шкатулку. — Выдвигаемся.
И все. Вот так вот просто забрал ключи и ушел дальше раздавать распоряжения. Мы с рыжиком переглянулись, не в силах возразить.
— Странно, что Хейке до сих пор не почувствовал погони, — протянул Бьорн. Все это время он предпочитал отмалчиваться, вел себя тише воды ниже травы, что было мало похоже на него как Бьорна, но вполне объясняло как Родиона. Возможно, он до сих пор боролся с двумя живущими в нем личностями, и каждый раз, смотря в его бесенячьи глаза, я испытывала к нему самую искреннюю жалость, на которую была способна. А что, если бы со мной случилось то же самое?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
