Чудакулли был мастером невозмутимости. Невозможно регулярно общаться с Ветинари, не научившись мгновенно делать непроницаемое лицо. Однако на этот раз он даже не стал пытаться.
Орех явно забеспокоился.
— Я не смог продемонстрировать свою ценность, сэр?
— Что? А. Нууу… — лицо Чудакулли приобрело нормальное выражение. — Очень даже смогли, Орехх. Прекрасно! Гм, а где вы раздобыли химикаты?
— О, в подвале нашлась заброшенная алхимическая лаборатория.
— Хммм. Ясно. Ещё раз спасибо, — сказал Чудакулли. — Однако, как глава этого университета, я вынужден просить вас не обсуждать ни с кем данное изобретение, пока мы с вами не поговорим о нём подробнее. А сейчас мне пора возвращаться к гостям.
— Не волнуйтесь, сэр, я прослежу, чтобы открытие не попало в злые руки, — заверил Орехх и поспешил прочь.
"Боюсь, ты и есть те самые злые руки", — подумал Чудакулли, направляясь к столу.
— Впечатляющая демонстрация, — заметил Ветинари, когда Чудакулли вновь занял своё место. — Могу ли я предположить, что упомянутый вами мистер Орехх и есть, фактически, тот самый мистер Орехх?
— Верно, сэр, да, отличный парень.
— И вы разрешили ему заниматься алхимией?
— Похоже, сэр, это была его собственная идея.
— И он всё время находился здесь, рядом с нами?
— Да, он чрезвычайно ответственный. А в чём проблема, Хавелок?
— Нет, нет, что вы, никаких проблем, — сказал Ветинари.
Демонстрация действительно получилась весьма впечатляющей, признала Гленда, однако ей мешал наслаждаться зрелищем прожигающий спину взгляд мисс Герпес. Теоретически, своей деятельностью Гленда уже, считай, заслужила ещё один, весьма бурный, фейерверк. Но ведь ничего не будет, правда? Просто ещё один невидимый молоток. Впрочем, Гленду в данный момент волновали иные, менее личного свойства, проблемы.
Пусть её соседи были недалёкими, глупыми и беспечными людьми, Гленде надлежало, как и всегда, заботиться об их интересах. Их зашвырнуло в мир, который они совершенно не понимали — поэтому Гленде пришлось понимать его за них. Эти мысли пришли ей в голову, потому что, проходя между столами, она чётко расслышала недвусмысленный звук "звяк-звяк!" и заметила, что количество серебряной посуды стремительно убывает. Внимательно понаблюдав пару минут, она решительно подошла к мистеру Столлопу и без лишних церемоний вынула из кармана его пиджака три серебряных ложки и одну вилку.
Он резко обернулся, но, увидев, что это сделала она, даже слегка смутился.
Гленда ничего не сказала, в этом не было нужды.
— У них так много всего, — принялся оправдываться он. — Зачем им столько ножей и вилок?
Она потянулась к другому его карману и достала три серебряных ножа и солонку.
— Ну, просто куча столовых приборов, — сказал Столлоп. — Думаю, они и не заметят, что парочки не хватает.
Гленда молча посмотрела на него. Звон исчезающей со столов посуды звучал тихим, но отчётливым аккомпанементом к общему шуму в Зале. Затем она наклонилась, приблизив своё лицо на расстояние дюйма к лицу мистера Столлопа.
— Мистер Столлоп. Я полагаю, лорд Ветинари ожидает от вас всех именно такого поведения. — Его лицо побелело. Она кивнула. — Именно. Мудрому достаточно, — сказала она.
Эта информация распространилась среди мудрецов мгновенно. Шагая дальше между столов, она с удовлетворением расслышала звон серебра, стремительной волной покидающего карманы. Оно звучало, словно волшебные колокольчики фей.
Гленда улыбнулась своим мыслям и пошла дальше, чтобы встретить все, что ниспошлёт ей судьба. Или, по крайней мере всё, что она посмеет встретить.
Лорд Ветинари встал. По какой-то необъяснимой причине ему не требовались фанфары. Никаких "Аплодисменты, пожалуйста", «Внимание», или «Потише». Он просто встал, и шум улёгся сам собой.
— Джентльмены, спасибо, что пришли сегодня, и особое спасибо Архиканцлеру Чудакулли за его щедрое гостеприимство. Позвольте воспользоваться этим моментом, чтобы успокоить вас. Кажется, по городу прошёл слух, будто я не одобряю футбол. Ничто не может быть дальше от истины. Я истинный поклонник этой традиционной игры и буду более чем счастлив увидеть, как она покидает сумрак и забвение окраинных улиц. Более того, я знаю, что у вас есть собственный календарь игр, и поэтому предлагаю создать футбольный союз из, собственно, наиболее влиятельных команд, которые станут доблестно соперничать друг с другом за золотой кубок…
Раздались не совсем трезвые одобрительные выкрики.
— …или, точнее, золочёный кубок…
Ещё больше криков и смеха.
— …созданный по образу и подобию недавно обнаруженной урны под названием «Битва», которую, я уверен, вы все уже видели?
Гленда хихикнула.
— Ну а если нет, то уж ваши жёны видели наверняка.
В Зале повисла тишина, за которой последовало целое цунами хохота, подобно всем большим волнам, обильно украшенное пеной.
Гленда, скрывшаяся среди прочих официанток, была одновременно взбудоражена и оглушена, что создало ей определённые неудобства. Она гадала… Итак, он что-то замыслил, и они сейчас проглотят это вместе с пивом.
— Никогда раньше такого не видал, — сказал официант рядом с ней.
— Чего не видал?
— Чтобы его светлость пил алкоголь. Он даже вина не пьёт.
Гленда бросила ещё один взгляд на худощавую фигуру в чёрном и поинтересовалась, тщательно формулируя вопрос:
— Когда ты сказал, что он не пьёт вина, ты имел в виду, что он не пьёт вина или что он не пьёт… вина?
— Алкоголь он не пьёт, вот что я имел в виду. И ничего больше. Он же лорд Ветинари. У него уши повсюду.
— Лично я вижу лишь два, и, по-моему, этого достаточно. Он и так симпатичный.
— Ага, женщинам он нравится, — фыркнул официант. — Все знают, что у него интрижка с вампиршей из Убервальда. Слыхала? Той, что придумала Лигу Трезвости. Общество вампиров, не сосущих кровь. Привет, в чём собственно…?
— Позвольте заверить вас, что не я один страстно желаю лучшего будущего для этой великой игры, — продолжал тем временем Ветинари. — Сегодня, джентльмены, вы увидите футбол, услышите о футболе, и даже попробуете на зуб футбол, если не успеете вовремя уклониться. Сегодня, в знак союза между старым добрым футболом и новым дерзким футболом будущего, я представляю вам первую команду Невидимого университета… Невидимых Академиков!
Все свечи одновременно потухли, даже Великая Люстра. Гленда могла разглядеть в темноте призрачные дымки от погасших фитилей. Рядом с ней Орехх принялся тихо считать вслух: "Один, два…" На счёт «три» свечи в дальнем конце Зала снова вспыхнули, явив взорам присутствующих Трева Вроде, улыбавшегося своей наиболее заразительной улыбкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
