Чудовище отвернулось от спящего и бросилось к Джерину. Его зубы блестели в свете двух лун. Когтистые руки были раскинуты, готовые разорвать все, что им подвернется. Джерин отчетливо сознавал, что защищают его лишь шлем и щит. Прохладный ночной ветерок проникал сквозь льняную рубашку и шерстяные брюки, напоминая, что могут сделать с его почти обнаженной плотью когти и зубы подземного существа.
Вместо того чтобы начать рубить, он сделал выпад в сторону упыря, когда тот подскочил к нему на расстояние вытянутой руки. Чудовище налетело прямо на острие бронзового клинка. Джерин покрутил меч в ране и резко выдернул. Чудовище снова вскрикнуло, но на этот раз к его крику примешивались боль и удивление, приблизительно в тех же пропорциях, в каких они наличествуют в стонах раненых воинов.
Когда враг зашатался, Джерин пронзил его снова, на этот раз прямо в горло. Из раны фонтаном забила кровь, черная в свете лун. Чудовище покачнулось, упало и больше не поднималось.
Лис бросился к ближайшему очагу схватки. И с ходу ткнул в спину какого-то упыря мечом. Тот завопил и обернулся к новому врагу, но тут воин, с которым он дрался, нанес ему почти такой же удар, как и Лис.
Хотя каждое чудовище в отдельности было гораздо сильнее человека, сражавшегося без доспехов, драться они умели только обособленно и лишь за себя. Поэтому элабонцы стали постепенно одерживать верх над врагами. И оказалось, что, как и всем хищным животным, этим тварям вовсе не хотелось сражаться с теми, кто давал им достойный отпор. В конце концов они убежали обратно в лес, крича от ярости и ненависти.
— Подбросьте дров в костры, — велел Джерин. — Надо посмотреть, что тут творится, и довести дело до конца.
Когда пламя разгорелось, воины стали обходить поле боя, приканчивая тех чудовищ, которые из-за ран уже не могли ни бежать, ни ползти. Несколько воинов тоже погибли. Джерин, Райвин и еще пара людей, худо-бедно смысливших в искусстве врачевания, по мере сил помогли тем, кто был покусан или пострадал от когтей.
— Хорошо, что они не напали на лошадей, — сказал Вэн, выставив для перевязки раненую руку. — Тогда бы нам несдобровать.
— Это уж точно, — согласился Джерин. — Правда, теперь на некоторых колесницах у нас по два человека вместо трех. Но ты прав. Могло обернуться и хуже.
— Могло, даже вот как, — сказал чужеземец. В его речи порой проскальзывали обороты, присущие трокмуа. — Но я ужасно рад, что мне не придется идти пешком, когда за нами погонится Адиатанус и его мальчики в колесницах. А это произойдет уже завтра, если, конечно, Адиатанус не слепой, в чем я уверен.
— Ты снова прав, — сказал Лис. — Мы легко могли наткнуться на него еще вчера. Вообще-то я даже на это надеялся. Все эти стычки лишь ослабляют нас перед главной схваткой.
Вэн кивнул и сказал:
— Однако мы причинили им больше вреда, чем они нам.
— Я утешаю себя этой мыслью, — ответил Джерин, — но пусть я сгорю в самом страшном аду, если знаю, кто из нас может позволить себе нести большие потери — я или Адиатанус. Этот сукин сын привел с собой из-за Ниффет немало трокмуа, а жуткие твари весьма усиливают его войско.
— Придет время, и все выяснится, — сказал Вэн гораздо бодрее, чем смог бы произнести это Джерин. — Однако, что касается меня, единственное, чего мне сейчас хочется, — это еще поспать.
Он опустил на землю копье и щит, снял шлем, завернулся в одеяло и захрапел. А Лис все еще стоял, возмущенно глядя на великана. Он почему-то не мог столь же легко выкинуть из головы только что разыгравшееся побоище, как и большинство его воинов. Некоторые все еще стонали от ран, а остальные сидели у костров и тихо обсуждали, через что им пришлось пройти.
Небо на востоке сделалось серым, затем розовым, потом золотым. Тонкий полумесяц Тайваз почти исчез на фоне пробуждающегося рассвета. Солнце залило землю своими яркими лучами. Люди Лиса с трудом вырыли неглубокие могилы для своих убитых чудовищами товарищей, а затем прикрыли холмики камнями, чтобы жуткие твари, равно как и падальщики, не добрались до них. Трупы же упырей, все еще грозных, но неподвижных, так и остались лежать, где лежали.
Возницы запрягали лошадей в колесницы.
— Пора отправляться, — сказал Джерин. — То, что мы сумеем сделать сегодня, покажет, чего стоит все это предприятие.
Первая крестьянская деревня, встретившая им на пути, казалась необитаемой. Сначала Джерин не придал этому значения и, лишь миновав заброшенное поселение, понял, что весть о приближении элабонцев уже докатилась до этих мест. Если уж и крестьянам известно, что во владения Адиатануса вторглось ищущее боя войско, то трокмуа и подавно знают о том.
— Ну, мы ведь и не рассчитывали, что наше приближение удастся скрывать так долго, — сказал Вэн, когда Джерин высказал свои опасения вслух.
Чужеземец пощупал свой щит и остальное оружие, дабы убедиться, что весь арсенал у него под рукой. Джерин приказал Раффо замедлить ход. Возница повиновался, и вскоре остальные колесницы подъехали к ним. Тогда Джерин отдал своему войску пару распоряжений и хлопнул Раффо по плечу. Его колесница вновь устремилась вперед, за ней неслась колесница Драго.
На широком лугу пасся крупный рогатый скот, овцы и пара коней. Животные удивленно подняли головы, завидев движущиеся к ним колесницы, как и их пастухи. Последние вскоре пришли в ужас и бросились в сторону леса, хотя до него было достаточно далеко.
— Догнать их? — спросил Раффо. — Судя по рыжим волосам, это лесные разбойники.
— Нет, пусть бегут, — сказал Джерин. — Они выглядят настоящими бедняками, так что для нас не опасны.
Вэн показал на другую сторону луга, куда из леса, громыхая, выкатывались колесницы, запряженные лохматыми пони, раскрашенные яркими спиралями и заостренными свастиками. Люди в них стояли бледнокожие и светловолосые, как и убежавшие пастухи. В лучах утреннего солнца бронза их лат отливала красным.
— Ты хотел увидеть других местных жителей, которые могут быть нам опасны, а, Лис? Вот, кажется, и они, — сказал Вэн.
Не успел Джерин кивнуть, как с другой колесницы раздался крик Драго Медведя:
— Что будем делать, господин?
— Съедем на обочину, начнем выстраиваться для боя. А заодно освободим дорогу, чтобы остальные колесницы смогли развернуться, — ответил Джерин.
Раффо, хорошо знавший его, уже направил колесницу к нужному месту. Возница Драго последовал примеру товарища.
Обращаясь к Вэну, Джерин пробормотал:
— Посмотрим, чему научился Адиатанус за несколько лет войны с нами.
— Йо, если он привел сюда все свое громадное ревущее войско, как это любят трокмэ, то раздавит нас прежде, чем подоспеют наши друзья, — сказал чужеземец. — Будем надеяться, что он, как и мы, выслал вперед только разведку и что та тоже ждет прибытия основных сил. — Он хихикнул. — На этот раз боевая смекалка сыграет не в его пользу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
